Де Ревель и его подчинённые наслаждались представлением. Удивление, разочарование и, конечно, страх. Поклонившись судье, молча прошёл к де Ревелю и отдал полковнику честь, спросив о дальнейших указаниях.

— На сегодня свободны лейтенант — полковник подмигнул мне — вас сопроводят, новости по службе узнаете по дороге.

Я кивнул и двинулся к выходу, местные дворяне всё так же растерянно сидели. За мной пристроился Рей. Молча вышли на улицу и двинулись к лошадям. Только я хотел закинуть ногу в стремя, как услышал разговор нескольких дружинников. Судя по одежде и оружию, не последние люди у барона.

— Думая вечером, когда этого сучонка повесят, надо будет заглянуть в трактир, где он обитает, мне там киса приглянулась за барной стойкой — вещал о своих планах мужичок, стоя́щий ко мне спиной. Как говорят в таких случаях, у меня упало забрало.

Я молча шёл к их весёлой компании, слушая влажные мечты на сегодняшнюю ночь. Недолго думая, разворачиваю говорившего ко мне лицом, и апперкотом отправляю его в полёт. С глухим стуком тело падает под ноги стоявшей неподалёку лошади, которая начинает на него гадить.

— Уверен, вы все догадались, что петля отменяется — стараюсь говорить спокойно — а насчёт трактира, так теперь это моя собственность, сунетесь внутрь, вырежу всех до последнего. Кто хотя бы подумает о том, чтобы тронуть работников, сожгу к хренам заживо.

Под сумрачные взгляды местной гопоты в цветах уважаемых родов я отчалил в новый дом. Парни, не сговариваясь, окружили меня коробочкой. Сразу взяли быстрый темп и рысью домчались до трактира. В итоге я выдохнул, зайдя внутрь. Всё было спокойно, вечер шёл своим чередом. Я поблагодарил парней и отпустил их. Перед уходом десятник вручил два кристалла, белый и красный.

— Белый для охранения, что в соседнем здании, а красный на случай серьёзного нападения из трущоб или одного из баронов — объяснил десятник — и да, теперь вас охраняет пятнадцать человек, личное распоряжение полковника — молча взял кристаллы, и мы простились до утра.

Дойдя до нашего, можно сказать, служебного стола, растекаюсь по стулу. Мирра улыбнулась мне из-за барной стойки, но видя моё состояние, нахмурилась и подошла к столу.

— Влад, всё в порядке? Ты выглядишь не очень хорошо — озабоченно спросила кошка.

— Всё в хорошо, просто устал немного, день был насыщенным — я ободряюще улыбнулся — как у вас дела, без происшествий?

— В целом да, был только один инцидент — ответила кошка, но я напрягся — несколько человек одного из баронов вели себя по-хамски, а потом ещё и платить отказались. Арчи пытался спокойно решить миром, а они устроили дебош. В итоге наши парни их хорошо так отметелили, а Феликс сломал руку одному из них, когда тот начал орать, что они вернутся вечером — Мирра благодарно посмотрела на меня — нам очень повезло, что ты у нас есть, Влад.

— Не стоит, Мирра — я отмахнулся — вы и так бы пришли к этому решению.

— Или закрылись, как прошлый хозяин трактира, так что не прибедняйся — погрозила мне пальчиком Мирра — сейчас Мери принесёт ужин, а потом ложись спать, на тебе лица нет — мне оставалось только согласно кивнуть.

Пока ужинал, на своё место вернулся Феликс. Коротко пересказав, ту же историю, что и Мирра, кот добавил к ней момент, которого не видела девушка. А именно как Мидори в мясо забила троих дебоширов после того, как те начали орать, что ваш Морозов не доживёт до утра. А ещё Феликс чётко бдит округу, срисовав наблюдателя на чердаке соседнего здания. Но тут же успокоил, что это боец от стражи. Кот узнал в нём одного из моих сопровождающих. События резко ускорились вокруг нас, поэтому спросил Феликса, есть ли у него на примете, кто может встать рядом с ним в охрану. Он заверил, что есть пара кандидатов, скоро я с ними встречусь. Закончив ужин и поболтав с девушками о наших делах, я направился в постель.

Сегодня мне дали выспаться до отвала, чему был несказанно рад. Умывшись, я вышел в зал трактира и застал там интересную картину. Мидори спарринговалась с Феликсом, причём делали это в щадящем темпе, явно что-то отрабатывая. Мой взгляд сразу зацепился за ошибки в технике, и я решил немного вмешаться в процесс. Увидев меня, Феликс сразу поклонился, а Мидори, очаровательно улыбнувшись, пожелала мне доброго утра. Хвостатые спрарринг-партнёры хотели разбежаться, но я вернул обоих на позицию, встав рядом с Феликсом, и попросил повторить то, что отрабатывали. После того как они показали связки, скорректировал стойки и движения. С непривычки выходило туго, всё-таки мышечную память трудно сломать за один день. Но где-то через час стало заметно лучше. Я дал команду провести короткую схватку, постепенно повышая темп. По мере ускорения одёргивал Феликса, когда тот начинал проваливаться в топорные движения, заставляя двигаться, как я показывал. По окончании Мидори признала, что поправки в ударной технике пошли Феликсу на пользу, и лисе чаще чем раньше, приходилось защищаться. Разумеется, мне пришлось давать этим любителям бить лица обещание, что займусь тренировками. Мне несложно, всё равно собирался это делать.

Через полчаса в дверь постучались, за ней меня ждало сопровождение к месту службы. Двигались неспешно, горожане несколько раз нас приветствовали, вызвал удивление у моих бойцов. Как пояснил мне один из них, обычно в этой части города отношение к страже, мягко говоря, отрицательное. Что же, будем работать над имиджем дальше, раз хватило казни двух убийц, чтобы нам не плевали вслед.

С такими мыслями въехал на территорию казарм. Не сказать, что было пусто, но людей явно на три сотни не хватало. Пока спешивался и передал лошадь конюху, возле меня выстроились несколько человек. Пятеро десятников первой сотни стояли по стойке смирно и откровенно угорали с оставшейся тройки. Ими оказались трое полусотников, ведь их начальники свалили из стражи, а также бо́льшая часть подчинённых. Как только все узнали, что одного из командиров повесили, а рядовых бойцов протащили через ад проверок, крысы тут же начали покидать корабль. В итоге на трёх начальников было всего сто десять бойцов. Что характерно, ушли все десятники и полусотники, остались только эти трое.

— Сразу задам вопрос, почему вы остались, а не ушли как остальные? — начинаю агрессивные переговоры, лучше и этих сразу отравить домой, чем потом расхлёбывать проблемы.

— Господин лейтенант, мы хотим остаться! — начал говорить временный командир десятой сотни — ведь теперь в страже есть смысл — мужик помялся и добавил — после того, как из сотен ушли некоторые из личностей.

— Раз знал, что есть личности, которые не дают нормально нести службу, чего не сообщил полковнику? — вопрос риторический, но я хотел видеть реакцию. Все трое опустили взгляд — боялся, что возвращаться будет некуда? — он молча кивнул. Разумеется, семья дороже.

— Каким образом происходило влияние на выполнение обязанностей? — хотелось узнать из первых.

— Кто-то из сотников или полусотников подходил и рекомендовал не соваться в определённые районы, постепенно мы отдалялись от трущоб — виновато ответил другой полусотник. Я кинул взгляд на Вангарда, тот коротко кивнул в ответ, что принял новую информацию.

— Все должны понимать, что веры вам особой нет — те уныло кивнули — к тому же никто не отменял вашей дерьмовой подготовки. Докажите делом и усердием, что остались не просто так. На данный момент вы не полусотники, а рядовые стражники. Возвращайтесь к остальным, скоро начнём, будет общий сбор — ударив кулаком в грудь, трое бывших полусотников направились в казарму.

— Лоренц, я что, так плохо выгляжу, с чего вдруг из трёх сотен свалило сто девяносто человек? — обращаюсь к десятнику, но в ответ весь строй потихоньку начал ржать.

— Командир, ты давно на себя в зеркало смотрел? — невинно спросил Лоренц — особенно в новой форме и с обмороженным взглядом?

— Да вроде всё нормально — я посмотрел на своё отражение в ноже, чем вызвал ещё один взрыв смеха.