Пока бойцы де Ревеля аккуратно расползлись по секторам, уточняя обстановку, полковник с тремя М смотрели бой против троицы. Как сказала Мери, полковник подобрал челюсть с пола, только когда покидал место зрителя. Дальше они хотели подойти к столу Габриэля, но один из подчинённых де Ревеля загодя остановил полковника, что-то тихо озвучив. После чего вся компания покинула арену и ждала развитие событий на улице. Которых особо-то ждать не пришлось. Судя по всему, сумма золотых у бабули в прозрачном для гопоты рюкзачке была на порядок больше моей. Ведь когда девушки спросили, что в мешке, я честно ответил золото. В глазах сразу побежала строка, что можно купить на эти деньги. Выглядело это весело, так что я откровенно засмеялся, вгоняя их в краску. По их взглядам было понятно, шквал вопросов на подходе, поэтому сразу отдал приказ на отбой и разойтись по комнатам. По своим, по одной, до утра. Ибо не хер, я спать хочу.

Проснулся ближе к обеду, снова подорвавшись на стук в дверь. Наученный горьким опытом, я пригнул голову, поэтому полка осталась не у дел. Это была Мирра, которая уведомила меня, что прибыл один из помощников де Ревеля с лошадьми. Тонкий намёк, что пора на службу. Поблагодарив её, попросил передать, что буду готов через двадцать минут.

Домчались мы быстро, форма городской стражи хорошо распугивала зевак с дороги. Де Ревель разве что с караваем не встречал возле двери. Горячо пожав мне руку, мы прошли в его кабинет. Стражники, что попадались по пути, прикладывали сжатый кулак к сердцу, здесь это был аналог «взять под козырёк». Гражданские уважительно кланялись. Прав был де Ревель, когда сказал, что скоро все будут знать про мои увлечения на арене.

— Не будем откладывать формальности — начал де Ревель — все бумаги готовы, в том числе для подачи в дворянское собрание. Хоть титул условно временный, но ты будешь в списках знати. Я прямо уж вижу оголтелый срач — усмехнулся он — ведь каждый купец первой гильдии спит и мечтает, как его отпрыски получают титул хотя бы баронета, чтобы стартовать в собрании. А здесь ты, такой красивый и в белом, из стражи.

— Как считаете, много будет интересных предложений, ну там, медленно моргнуть при проверке, свернуть не на тот склад и пропустить погрузку? — я спросил, хотя ответ лежал на поверхности.

— Будет столько, что не унесёшь — хохотнул де Ревель — поэтому, как лейтенанту сразу предлагаю получить связь с Камнем Правосудия. Хотя многие из них считают, что раз ты связан с ним, то можешь его игнорировать или знаешь способ обойти.

— Откровенная глупость, даже идиоту должно быть понятно, что связь с Камнем создаёт практически идеального исполнителя в рамках закона — фыркнул я.

— Вот именно только знать или купцы, чьи капиталы созданы их предками, далеко не так умны, как хотелось бы — вздохнул де Ревель — мне приходится стабильно раз в три или четыре месяца вешать на площади очередного идиота, у которого самое хамское предложение из всех полученных за этот срок.

— Удивлён, что так мало, вы прямо гуманист — делаю восхищённое лицо, не обезображенное интеллектом.

— Не надо это комедии — скривился де Ревель — ты гораздо умнее и более жесток. Да, именно жесток, я это прекрасно осознал там, на арене. Что ещё раз убедило меня, что мне, наконец, улыбнулась удача. А знаешь — задумчиво сказал полковник — вот с таким дебильным выражением лица слушай все заманчивые предложения. Сможешь, наверное, сразу полсотни закрыть в темнице. Хотя откупятся, Камень предложит такой вариант — посоветовал де Ревель — может, наконец, осозна́ют, что всё и всех купить не получится.

— Всех? — зацепился я за слово — и много денег оседает в карманах стражи из полка?

— Слишком много — хмуро кивает де Ревель — это, считай, одна из главных проблем. Поэтому страже почти не доверяют. Чем ближе трущобы, тем сильнее преступные кланы, хотя в какой-то мере, они следят за порядком.

— В чём выгода местного криминала, так сказать, основа их существования? — раз съехали на тему законности, я сразу решил уточнить.

— После каждого прихода Опустошителей начинается классика жанра, грабежи, разбои, изнасилования — начал рассказ де Ревель — потом организованная преступность восстанавливает свои позиции, и кланы начинают организованно доить фермеров и ремесленников. Сборы на дорогах за проход караванов. Кого-то вгоняют в долги, такие почти официально работают за гроши в течение многих лет. Нелегальная проституция, там вообще всё печально. Хорошо, если просто обслуживают клиентов в бешеном потоке, очень часто такие женщины попадают к любителям острых ощущений с нанесением побоев или чего похуже.

— Ну, в общем, стандартный набор — кивнул я в ответ — видал и похуже.

— Есть похуже — глаза де Ревеля недобро блеснули — тех, у кого есть хотя бы предрасположенность к дару, могут зарезать в ритуальном круге, чтобы получить магический кристалл. Думаешь, много по королевству бегает магических животных, особенно таких здоровых, как в нашем пограничном лесу.

— Не понял, как скот, что ли, на бойне? — меня передёрнуло, я вспомнил, как мы с парнями сожгли в одних интересных горах Азии комплекс, где людей разрезали на органы для богатых старичков. Самое страшное, там было много детей и подростков — только не говори, что и детей тоже? — де Ревель молча кивнул.

— Теперь ты понимаешь, как тяжело находиться в этом кресле — снова заговорил де Ревель — каждый понедельник, в день личных обращений, ко мне приходят родственники пропавших без вести, а я ничего не могу сделать. Мой полк — это тысяча человек, девять сотен стражи плюс особая рота командира полка. Из которых доверия вызывает только первая и вторая сотня, ну и особая. Триста человек из тысячи, думаешь, я хоть что-то контролирую. Остальные семьсот получают больше денег, чем жалованье из казны, от местных аристократов за охрану их собственности.

— Моя первоочередная задача? — самый волнительный момент, а то вдруг недовесит начальство, и ты домой уйдёшь неуставшим.

— Начнём с малого и сразу самого тяжёлого — глядя мне в глаза, сказал полковник — чистка улиц и возврат доверия к страже.

— Да уж, лёгкая прогулка — усмехнулся я — но, подход я одобряю.

— Опыт у тебя есть, но всё-таки больше военный, я так предпологаю. Что будешь делать, поделишься? — полковник с интересом следил за моим задумчивым лицом.

— А что будет, если я скажуо наличии опыта устранения лидеров преступных кланов на сопредельной территории? Прибыв на эту самую территорию с голыми руками и одним золотым в кармане. Или организация мятежа в небольшой стране, чтобы сместить плохого диктатора на своего хорошего? — было весело смотреть, как у де Ревеля глаза занимают всё больше площади на лице — Пожив в тени города пару месяцев, я смогу отправить на тот свет тех, кто заслуживает мучительной смерти.

— Кто ты? — только и выдавил де Ревель — что за государство такое, что держит таких…воинов?

— Большое государство, из-за этого от него хотят постоянно что-то отщипнуть — уклончиво отвечаю я — а кто я, ответ прост. Я палач на службе Родины, а если необходимо, то и цепной пёс — а сейчас, похоже, де Ревеля пробрало до конца, надо его успокоить — не волнуйтесь, ни вам лично, ни Анимории я не враг. Возвращаться мне некуда, значит, свои навыки будем адаптировать под местные реалии.

— Ты бы видел себя со стороны, точно бы обделался — проворчал полковник — уверен, я сейчас наблюдал то же, что твои противники перед смертью. Хорошо, что ты с нами, такой человек в криминале и нам точно хана.

— Действительно, хорошо — соглашаюсь я со смешком — сам несказанно рад этому факту.

— Ладно, хватит разговоров, пора заняться делом — отвечает де Ревель — давай свободную от браслета руку. Я поднял руку и де Ревель аккуратно застегнул браслет. На вид самая обыкновенная сталь, к тому же не по размеру, он свободно болтался на запястье — а теперь положи руку на стол и не дёргайся, сейчас всё будет. Возможно, будет кружиться голова или ещё что-то.