Сон Влада вышел за обозначенные временны́е рамки, и Мидори, заподозрив неладное, помчалась за своей бабушкой. Заявившись через час, Хикари всех выгнала из комнаты и занялась осмотром. Через десять минут облегчённо выдохнула. Влад просто спал, сбрасывая усталость за все годы службы. Но сон затягивался, это тоже было плохо. Хикари хмыкнула и послала образ ледяной воды, летящий в лицо Влада. Эффект был отличный, парень мгновенно вскочил и опять приложился головой об полку.

Ну что за шутки, обливать человека во сне ледяной водой, да ещё и вымыленной, как оказалось. После того как я знатно приложился головой об полку, я сел на кровать, недобро посматривая на бабулю. Та невинно улыбалась в ответ, чем раздражала ещё больше.

— С пробуждением, Музыкант. Ведь ты же вспомнил своё имя, верно? — полу утвердительно спросила старая лисица.

— Да, память вернулась, я снова стал собой — улыбаюсь в ответ, и более сварливо добавляю — а вот побудку можно было и нежнее устроить, мне в учебке хватило приключений с холодной водой.

— С тебя станется бояться холодной водички — хохотнула Хикари — пойдём, будешь заново знакомиться с остальными.

Мы прошли в зал, где тихо шушукались три девчонки. Увидев нас, тут же наступила тишина, все замерли. Ручки по швам, взгляд целеустремлённый, прямо на меня. Наверное, с таким взглядом летят мотыльки на свет разрядника. Даже немного не по себе стало. Но девок бояться, в стриптиз-клуб не ходить! Поэтому улыбаемся и машем.

— Всем привет! Давайте, как сказала бабушка Хикари, снова знакомиться — я поклонился, и выдержав драматическую паузу, продолжил — Моё имя Влад Морозов, в прошлом капитан службы внешней разведки государства Российского. Не женат, детей нет. — на этих словах моськи девушек почти засветились от счастья — Теперь хочу жить в Долине и защищать это место от врагов внешних и внутренних. Тем более, ничего больше я делать не умею, по крайней мере, пока что — я выдохнул, закончив свой монолог.

— На этом знакомство считаю завершённым— Хикари подняла руку и дружная кричалка девушек, о том, как они счастливы видеть меня в здравии, застряла в горле — А я провожу нашего друга Влада в место, где он сможет достойно сбросить напряжение от приведённого лечения.

— Я стесняюсь спросить, бабушка Хикари, а куда ты его тащишь на ночь глядя — поинтересовалась Мирра.

— Разумеется, в Красный квартал — радостно сообщила Хикари, отчего девушки выпали в осадок. Мери пришла в себя раньше всех.

— Да мы бы и сами справились, кхм, с помощью такого рода — блондинка постаралась выглядеть одновременно невинно и убедительно. Главное — не заржать дикой лошадью.

— Мери, девочка моя, что за мысли — возмущённо взмахнула руками Хикари — мы идём на бойцовскую арену, где Влад может спокойно набить морды местным любителям кулачного боя — Мери покраснела как рак, остальные девушки прыснули в кулачок. Я же с сомнением посмотрел на любительницу мордобоя. Почему-то её назначенное лечение не вызывало у меня восторга. Больше смахивает на проверку навыков. Хотя, может, я чего-то не вижу или не знаю, она ведь целитель. Возможно, у меня чакры засорились или астральный глаз не открылся. Но я верю в доброе и светлое, поэтому согласно киваю. — Вот и хорошо, мы ненадолго. Часа через четыре вернёмся — радостно продолжает Хикари.

Меня вместе с лисицей посадили в местный аналог экипажа, и через двадцать минут мы были на месте. После вскрытия консервной банки воспоминаний я мог сравнить этот рассадник порока и разврата с тем, что видел на Земле. Считай, всё то же самое, только антураж более средневековый с магическим колоритом. Те же пресловутые красные фонари, они висели просто в воздухе, статично и ни к чему не были привязаны. Их было много, к тому же не только красного, но и вполне обычного тёплого белого света. Все вместе они давали приятное свечение, которое не давит на глаза, но при желании можно найти тёмный уголок для интимной обстановки. Что характерно, никаких вульгарно накрашенных баб, тем более леди-боев из Таиланда. Фу, бля, аж передёрнуло. Обычно возле входа стояла одна или две девушки, которые ненавязчиво приглашали в гости. Уже профессиональным взглядом заметил охрану. Парочка стоит на входе, ещё несколько отираются вокруг.

Но мы проезжаем вглубь квартала, в итоге останавливаемся возле большого круглого здания. На месте названия был закреплён здоровенный плакат, на котором были изображены волк и собака, рвущие другу друга. Странное, кончено, обозначение места проведения боёв. Но Хикари, увидев мой удивлённый взгляд, пояснила, что раньше здесь действительно устраивали бои против изменённых животных. Но когда их стало на границе меньше, а в глубине леса, пусть и небольшой, эти самые изменённые стали больше и сильнее, то поставки на арену, считай, прекратились. Их место заняли вполне обычные жители Долины. Что характерно, заговорщицки добавила старая лиса, официально ставки были разрешены только в Красном районе. Это известие, наверное, должно́ было, писец как, обрадовать меня.

Мы прошли по коридору, и я увидел саму арену. Ничего особенного, деревянный борт примерно полтора метра высотой, внутри всё засыпано песком, в общем, классика жанра для меня. Сверху над песком висел огромный осветительный шар, по кругу находилитсь поменьше. Места для зрителей были разбиты на шесть секторов, а собственно к арене вели два широких коридора.

В круге как раз заканчивался очередной поединок. Добивающий удар и тело падает на песок. Трибуны гудят, народу было очень много, свободных мест почти нет. Выйдя к ограждению, стало заметно, что средние трибуны отделены и явно предназначены для вип-персон. Хотя вели они себя, так же как и простолюдины, разве что одежда и дорогие украшения на дамах показывали отличия в социальном положении. Между рядами ходили натуральные букмекеры, принимающие ставки. Они принимали монеты, давая взамен что-то вроде расписок. В общем, ничего нового для меня.

Хикари привела меня к одному из коридоров, на выходе из него на невысоком подиуме был стол, за которым заседал толстенный мужик, охраняли его аж трое бойцов. Увидев лису, толстяк нахмурился.

— Опять ты, старая карга — в принципе сказал он это беззлобно, скорее с нотками беспокойства.

— И тебе не хворать, Габриэль — чинно ответила Хикари — вот привела к тебе мальчика, хочет попробовать силы на арене.

— Может, не надо, а то ещё сломают, потом выслушивать тебя минимум год твои истерики — скользнув по мне взглядом, ответил Габриэль.

— Тогда забьёмся на расклад его побед — хитро глянув на меня, спросила Хикари. Я от такой постановки вопроса, в стиле ровных пацанов на районе, охренел конкретно. А вот Габриэль оживился.

— Даже так? Лишних денег наворожила, лиса? — ухмыльнулся он — да не вопрос. Какие условия? Если будешь просить выход на чемпиона без отборочных, то сразу отказ. Пусть идёт как все остальные.

— Сколько кругов отбора до финала? — деловито интересуется Хикари.

— От восьми до двенадцати, смотря сколько сольётся от страха или от травм — отвечает Габриэль, многозначительно на меня посмотрев.

— Что платишь за выход на арену? — Хикари продолжает сыпать вопросами, как профессиональный промоутер.

— Первый круг пять золотых, следующие три по пятнадцать, пятый полсотни, за каждый следующий сотня, услуги лекаря оплачивает сам боец — тут же выстреливает хозяин арены.

— Чего так мало на первых кругах, не жмоться, повысь сумму — настаивает лиса.

— У меня сегодня желающих много, я уже на двенадцать кругов набрал, а ещё час до объявления турнира — пожал плечами Габриэль — спрос рождает предложение. Если твой парень так хорош, то и так много заработает.

— Допустим — кивает лиса — что по нашим с тобой ставкам? Предлагаю до пятого круга пять к одному, дальше пятнадцать к одному — Габриэль изобразил мини-гейзер, выплюнув только что выпитое в сторону Хикари, но та ловко отпрыгнула сторону и засмеялась, прикрывшись веером.

— Ты вообще охренела, старая, откуда такая ставка? — он переводил взгляд с лисы на меня и обратно.