Немного подумав, Карина зловеще улыбнулась и кивнула:

— Хорошо, я устрою ему проверку на стойкость и верность… А что насчёт новых договоров?.. Останавливать парня или пусть и дальше старается повысить доход фирмы?

— Пусть старается, — махнул я рукой. — Это тоже будет ему проверкой на профпригодность… Нам такие активные и сообразительные люди нужны. Только следи за его деятельностью, чтобы он, как Ева, не влез в подобную историю с конкурентами. Деньги на расходы в сейфе я пополнил. Думаю, если сильно не будете тратиться, то на полгода-год их должно хватить.

— Сделаем, — вздохнула Карина. — Получается, раз ты хочешь переписать на меня своё местное имущество, то в Хануне твои дела закончились?

— Почти, — улыбнулся я. — Осталось одно небольшое дельце. Вот закончу с ним и надолго покину Ханун.

— А как же я? — не поняла Карина. — Или ты будешь мне через кого-то присылать поручения?

— Да… Пока нашим связным будет Баркет. Но если по каким-то причинам я пришлю другого, то кодовую фразу ты знаешь, — подмигнул я.

— Поняла, — кивнула Карина. — Эх, — вздохнула она. — А как долго… Эм-м, — задумалась женщина, подбирая слова. — Как долго мне ждать перевод на «другую» должность?

Немного подумав, я спросил:

— Скажи, а ты готова переехать на постоянное место жительства — далеко отсюда?.. Без возможности вернуться обратно.

— Эм-м… Одна или с родственниками? — деловито уточнила Карина.

— С роднёй… Конечно же, если они не будут против переезда.

— Готова, — уверенно кивнула женщина. — А из родни у меня только сестра и племянница — они не будут против переехать из Хануна, но только если новое место будет получше, — добавила она с намёком.

— Лучше-лучше, насчёт этого не переживай, — с улыбкой отмахнулся я. — И вот ещё что, — наклонился я к женщине и перешёл на заговорщический шёпот: — Не хотел тебе пока об этом рассказывать… Но думаю, мотивация тебе сейчас будет не лишней… У господина для тебя есть подарок — за твою верную службу.

— Что за подарок? — подалась она вперёд, а её глаза вспыхнули любопытством.

— Не стану говорить: боюсь рассердить господина… Лишь намекну… Это касается, — указал я пальцем на её полумаску, а затем прикоснулся к кончику своего носа.

Отстранившись, я сел ровно с довольной улыбкой, а Карина, морща лоб, продолжила смотреть на меня с недоумением… И тут, похоже, до неё дошло — глаза женщины расширились от удивления:

— Да ладно⁈ Неужели он способен…

— Не-не-не… Не продолжай, — с улыбкой покачал я головой. — Я тебе ничего не говорил…

Несколько секунд Карина сидела с ошарашенным видом, и тут вдруг из её глаз покатились слёзы. Она закрыла лицо ладонями и зарыдала.

— Эм-м, — недоуменно протянул я, не ожидая такой реакции.

Прислушавшись к чувствам женщины, я ощутил бурю эмоций, среди которых преобладали надежда, радость, сомнения и тревога.

— Том, уходи, пожалуйста, — сквозь всхлипы произнесла она.

— Ну-у… Хорошо, — сказал я, поднимаясь с кресла.

М-да, кто ж поймёт этих женщин — покачал я головой и тихо вышел за дверь.

На следующий день мы с Кариной отправились в Зарок, где быстро оформили все документы. Сегодня женщина была более жизнерадостной — всю обратную дорогу она шутила и строила коварные планы о том, какие проверки на профпригодность устроит своему помощнику Мирану.

— Ты только не переусердствуй, — попросил я. — Миран мне нужен в нормальном психическом состоянии.

— Не переживай, — отмахнулась Карина. — Ему это пойдёт только на пользу.

— Да, кстати… Эм-м, — вспомнил я и замялся, думая, как преподнести ей эту информацию и не получить вчерашнюю реакцию.

— Говори уже, — поторопила Карина.

— Ты знаешь того одноногого инструктора по стрельбе, который работает в гильдии наёмников?

— Да… А что?

— В общем, подумай, где бы нам найти подобных ему, увечных и опытных бойцов… А когда найдёшь, пристрой их к нам в фирму на какую-нибудь должность.

Некоторое время Карина задумчиво смотрела вперёд, на дорогу, а потом кивнула и сказала:

— Хорошо, Том… Я тебя поняла, сделаю.

После этого разговора дальнейший путь прошёл в задумчивом молчании.

Когда мы вернулись в Аралку, Карина пошла заниматься своими делами, а я отправился в комнату для медитации. Спустившись в своё подземное хранилище, я стал прикидывать, что взять с собой. В итоге решил забрать почти всю наличность: мне хватит этих денег до конца миссии, да и места в подпространственном помещении они займут немного. А вот с драгоценным металлом и ювелирными изделиями слишком много хлопот, поэтому это добро пока останется здесь.

Разобравшись с финансами, я перешёл к оружию, которого у меня скопилось немало. Подумал-подумал и махнул рукой: маг я или где?.. Зачем мне таскать с собой кучу огнестрела?

В итоге к моему арсеналу в жилом подпространственном помещении добавилось лишь несколько гранат.

После этого я принялся за строительство прохода от хранилища к полу комнаты для медитации, во время работы сетуя на местную низкую концентрацию росы. Я оставил между укреплённым потолком прохода и полом подвальной комнаты полметра грунта, а после выбрался наружу.

Теперь, когда мои люди из герцогства Сидэро прибудут сюда, им для того, чтобы добраться до хранилища с арсеналом и ценностями, понадобится лишь немного копнуть. Я же в это время, надеюсь, уже буду находиться на территории империи Зорт, в одном из её элитных районов: на завершающем этапе своей миссии.

После этого я занялся последними приготовлениями к завтрашней операции по разоблачению злобных каннибалов-извращенцев.

В день праздника Вахула я, одетый в обычную одежду — потертые джинсы, серую футболку и кожаную куртку — приехал на своём мотоцикле в фермерский посёлок после полудня. Безжалостное светило заставляло щуриться даже сквозь темные очки. Пыльная дорога стелилась под колесами, а редкие прохожие провожали меня настороженными взглядами.

Заехав в знакомые кусты на окраине поселка, я заглушил мотор и осмотрелся в сенсорном зрении. Убедившись, что поблизости никого нет, активировал артефактный пояс и закатил мотоцикл в подпространственное помещение. Затем, надев полумаску древних, отправился под землёй к ферме Фаруха.

Добравшись до места, я приступил к разведке. На этот раз для жертвоприношения они приготовили пятерых: двух женщин, мужчину и двух юношей. Пленники сидели в отдельных камерах подземной части дома, напуганные и удручённые. Рыжеволосая женщина с тёмными кругами под глазами тихо плакала, уткнувшись в колени. Юноши, вероятно братья, держались рядом, шепча друг другу слова поддержки. В остальном подземная часть дома оставалась почти такой же, как при моём прошлом визите: те же тяжёлые двери с замками, то же ритуальное помещение.

Ближе к вечеру, когда охрана покинула подземелье и там остались только пятеро пленников, я приступил к ограблению. Проникнув в хранилище через дыру в бетонном полу, забрал всё ценное, оставив лишь пару пачек унов и несколько самородков — чтобы у СБшников не возникло версии, что тут был кто-то ещё. Сам Фарух вряд ли заявит, что его ограбили, и что нечестно заработанных денег было намного больше. Заделав отверстие бетонной крошкой, я убрал следы своего проникновения.

Как я и предполагал, Фарух действительно занимался накоплением денег, которые складывал в хранилище, никуда их не вкладывая. Только наличными я забрал более трёхсот тысяч унов и еверов, не считая золотых и серебряных слитков, самородков и ювелирных украшений.

Закончив с ограблением, я стал ждать гостей. Вскоре прибыла та же шестёрка высокопоставленных особ: четверо мужчин и две женщины. Я наблюдал за ними через свои слуховые и смотровые отверстия.

Мероприятие началось почти так же, как в прошлый раз. Переодевшись в простые шорты, футболки и кожаные полумаски в виде птиц и животных, гости вместе с Фарухом принялись распивать спиртное и беседовать.