Князь кивнул, улыбнувшись и дочке и мне:

— Непременно будем, дочь. Но я еще не успел спросить у Айны согласия, и решать это все-таки ей, Льдинка моя.

— А еще я договорилась с гномами, — сообщила мне девочка, будто вопрос со свадьбой дело решенное. — Они шьют тебе платье. Красоты невероятной, дяди согласились украсить его волшебными кристаллами. Все невесты сразу умрут от зависти, — щебетал ребенок, укладывая голову мне на грудь. — Айна, я так боюсь тебя потерять. Пожалуйста, соглашайся, — серьезно сказала она, глядя мне в глаза.

Поверьте, никто не смог бы ей отказать.

— Но Лин, я в некотором роде помолвлена, — указала я на свой браслет, врученный Андерсоном.

Девочка обхватила его тонкими пальчиками, нахмурила лоб и через пару секунд браслет треснул и развалился на две половинки.

— Он был надет обманом, — пояснил ребенок. — Это нечестно. Ну теперь-то ты согласна выйти замуж за папулю?

Я перевела взгляд на князя. Он кивнул:

— Выходи за меня, Айна, — и добавил смущенно: — Я и сам собирался. Просто не успел.

И мы оба покраснели.

Я перевела взгляд на Линнею, на ее на решительно сжатые губы, на глаза, полные упрямства, и почувствовала, как в груди разливается тепло. Такое знакомое, которое появлялось каждый раз, когда эта девочка была рядом.

— Линнея, — сказала я тихо, обнимая ее. — Я останусь. Но дай нам немного времени уладить все дела.

— Конечно, мамулечка, — хитро сверкнула синими глазенками Лин. — Улаживайте свои дела. Столько, сколько нужно. Я скажу гномам, чтобы они поменяли фасон платья. Я люблю вас!

Она быстро поцеловала в щеку меня и отца, соскользнула с колен, взяла Данаю за руку и, серьезно кивнув, на поднос сказала:

— Ешьте. Вам нужно сил набираться.

После чего важно покинула нас. Я подняла глаза на Эйнара. Он смотрел вслед дочери с огромной нежностью, потом перевел взгляд на меня и в его глазах сверкнула такая же хитринка, как у дочери.

— Что? — спросила я. — Вы оба что-то задумали, я чувствую.

— Айна, — сказал он внезапно став серьезным. — Я понимаю, что у нас не было нормальных отношений. Я вел себя как последний варвар, замораживал тебя, запрещал общаться с дочерью, говорил глупости про твое происхождение. Хотел оттолкнуть тебя от себя, от нас. Спасибо, что ты осталась. Но я князь и Страж Севера. Мне положено иметь жену. Айна, я прошу тебя занять ее место и встать рядом, плечом к плечу. Иначе гномам и правда придется перешивать платье. А братья очень не любят менять своих планов.

— Да при чем тут платье?! — не поняла я.

Просто не готова я была вот так соглашаться. Хотя бы потому, что я не Айна. Остаться с князем и Лин хотелось, да. Но замужество… Здесь это точно больше, чем штамп в паспорте.

— Даная волховица и Лин тоже многое подвластно на нашей земле, — загадочно сказал князь, продолжая смотреть на меня с нежностью и улыбкой. Как будто знал что-то, чего не знала я.

— И? — требовательно спросила я, хотя когда он так смотрел, все мысли наглым образом улетучивались, оставляя только одно желание — согревать его и самой гореть в его руках.

— Волховицам в некоторой мере дано управлять обстоятельствами. Лин намекала, что надеется на братика или сестренку. И знаешь, если этот ребенок чего-то хочет… — он склонился к моим губам и внутри меня все вспыхнуло огнем.

— Она это получит, — прошептала я, запуская пальцы в волосы Эйнара и притягивая его к себе.

— И ты согласна выйти за меня? — его губы едва коснулись моих, дразня.

Да я на все была сейчас согласна! Вот только…

— Я не Айна, Эйнар, — выдохнула я, останяясь.

Что-то внутри кричало: “Что ты делаешь? Зачем? Соври, все же было так хорошо!” Но врать я не могла. И не хотела. Поэтому просто опустила голову, не в силах поднять глаз.

Он подхватил меня за подбородок и поднял мое лицо сам.

— Я знаю.

Всего два слова, а внутри меня словно буря взвивались. Знает? Откуда?

Он все понял по моему лицу и пояснил:

— Даная сказала. Но ты же не думаешь, что кому-то действительно удалось бы призвать в чье-то тело чужую душу? Ты и есть Айна, просто другая. И ты вернулась.

Я Айна? То есть я не занимала чужое тело? И не обязана отдавать его хозяйке? У меня с души не камень упал, а целая лавина сошла. Наконец-то все встало на свои места — и то, что я так безоглядно приняла своего брата, и то, что, несмотря на свою холодность, я всей душой сумела полюбить Лин, и то, что холод даже на Земле вызывал во мне какой-то иррациональный страх. Вспомнить хотя бы, как я не хотела ехать в Ленск… И оказалась в итоге в горячих объятиях холодного князя Севера. Перевела взгляд на Стража.

— Я согласна, раз так, — выдохнула я. — Бери меня замуж. И побыстрее. Не хочется платье перешивать.

Он снова улыбнулся. Но на этот раз так хищно, так собственнически, что я поняла — платье перешивать будем. Дети это хорошо. Просто замечательно. И сама потянулась к нему с поцелуем.

Следующим вечером князь Вормус объявил о своем решении. Поблагодарил всех участниц за то, что приехали, вручил им подарки и сказал, что желающие могут погостить в Вальхейме, а он с женой отбывает в свой замок.

— Князь севера может жениться на любой девушке, независимо от достатка, происхождения и возраста, — говорил он. — Но женой Стража может стать только та, что готова встать с ним плечом к плечу и в жизни, и на поле боя. Север требует мужества, решимости и готовности идти до конца. И он не терпит неуверенности, фальши и стяжательства. Вы все хороши по-своему, и я благодарен, что вы приехали сюда. Но мое сердце откликнулось лишь на биение одной из вас, той, которая согласилась разделить со мной это бремя.

После чего он вывел меня вперед, поцеловал руку, обнял за талию и прижал к себе.

— Представляю вам мою супругу Айну Вормус, с которой нас связали боги по обычаям севера, — сказал супруг и обнажил наши запястья.

Там, где еще вчера была гладкая кожа, теперь пульсировали живые узоры. Эйнар прижал наши руки друг к другу, и в морозных узорах мягким светом вспыхнули серебристые руны печати богов. Все ахнули, как и я сегодня утром, и некоторое время завороженно глядели на их пульсацию.

Потому что на поцелуях мы с Эйнаром вчера не остановились. В кабинете оказалась потайная дверь, а за ней — княжеская спальня. Без камина. И он так на меня смотрел… В общем, как-то само собой все случилось.

А наутро я проснулась оттого, что меня кто-то гладил по волосам. Открыла глаза — Эйнар смотрел на меня с такой нежностью, что я снова покраснела, как девчонка.

— Доброе утро, жена, — сказал он, и в его голосе было столько тепла, что я окончательно поверила: этот человек — не ледяной монстр. Он просто очень долго ждал, когда кто-то его отогреет.

— Уже? — удивилась я.

— По обычаям севера — да, — сказал Эйнар и, как сейчас, соединил наши запястья.

И пока я смотрела на удивительную игру узоров, Эйнар рассказал, что, по преданиям, раньше богиня так соединяла людей и их судьбы, чтобы ничто не могло разлучить их. И сама связала себя нерушимой печатью с молодым охотником Севером, передав ему часть божественных сил. А теперь так связаны мы. И добавил, что он сделает все, чтобы я ни разу не пожалела, что согласилась стать женой Стража Севера.

И я поверила ему. Да, мы знакомы всего ничего, и отношения у нас складывались не так чтобы ровно. Просто я поняла, что никого другого мне рядом не надо. Мне тепло и спокойно с ним, с моим северным князем.

А потом началась суета. Эйнар сказал, что надо сообщить всем о том, что мы женаты, распустить отбор и отправляться в наш основной замок.

Весь день ушел на то, чтобы уладить дела.

Старший князь подтвердил, что уведомление в Делар он уже давно отправил о том, что я под покровительством севера, и все претензии, связанные с моими обязательствами, отправляли ему.

Но пока письмо пришло только от моей тети Иванны. Она требовала немедленно отправить меня домой, чтобы я предстала перед… брачным алтарем с Черным бароном. Свен Вольфхар написал, что он готов заменить меня, но только если господин барон приедет к нему лично.