— Мам, кула мне положить эту книгу? – она притащила тяжелую книгу со сказками, которые я им читала перед сном. А у меня сердце окончательно разбилось, когда Денор посмотрел и на нее. Широко раскрывая глаза. С тем взглядом, от которого даже воздух становился совершенно другим.

— Милая, сейчас не время. Пожалуйста, зайди в дом, — я пусть и судорожно, но нежно взяла Клэр за ее маленькую ладошку. Потянула к себе, как почувствовала, что с запястья что-то падает.

Браслет. Тот, которым я скрывала метку. После побега он и так еле держался, но это был самый неподходящий момент, во время которого застежка окончательно ослабла и браслет с тихим стуком упал на пол. Я тут же резко, панически убрала руку за спину, как услышала за своей спиной тяжелый, будоражащий голос Денора:

— Покажи руку.

Я крепче прижала к себе детей, ощущая, как по коже всё ползёт тяжелое, вязкое напряжение.Разрезающее нервы. Жестоко лишающее кислорода.

И я все так же ощущала прожигающий, ненормальный, животный взгляд Денора на своей руке, запястье которой сейчас настолько отчаянно прятала за спиной. С судорожным содроганием уловила и то, как альфа вновь посмотрел на детей. И, когда Ашер в очередной раз перевел взгляд на меня, воздух полыхнул. Наполнился тем, что ожогами разрезало тело.

Альфа пошел ко мне. Резко и безжалостно сокращая расстояние. И, прежде чем я успела как-либо среагировать, Денор взял меня за руку. Само прикосновение, как чистый, испепеляющий ток, чувствующийся ненормальным жжением в метке. Но, прежде чем альфа скользнул по ней взглядом, я успела кое-как отдернуть руку и вновь спрятать запястье за спиной.

Вот только, проблемы это не решало. Оно ее разрывало в клочья. Люди отца неминуемо отреагировали на опасность со стороны Денора и его люди тоже двинулись ближе, будто готовясь сорваться по его приказу.

И я не понимала, что в следующее мгновение мог сделать сам Ашер, но его животный взгляд паническими углями прошел по душе и я, пусть и судорожно, но громко сказала:

— Ты пугаешь детей.

Бросив короткий взгляд на Клэр и Даймона, я поняла — нет. Они не были напуганы.

Скорее они даже с любопытством наблюдали за происходящим, но, если все это продолжится, неизвестно, как все обернется и как отразится на них. Было раздирающе больно от мысли, что может произойти то, что, возможно, их травмирует.

— Мы поговорим, — я продолжила, сжимая пальцами их маленькие ладошки, и пытаясь как-то скрыть метку на запястье - Аш так прожигал ее своим взглядом, что хотелось исчезнуть. — Но сначала я уложу детей. Им не стоит всего этого видеть.

Альфа ничего не сказал, лишь продолжил делать глубокие, ненормальные вдохи. Его грудная клетка высоко вздымалась.

— И ты отпустишь свою охрану, — добавила, глядя ему прямо в глаза.

Денор немного опустил веки. И я почувствовала, как напряжение нарастает, готовое прорваться через тонкую грань. Но возникшую тишину, я восприняла, как согласие. Иначе, все развивалось бы совершенно иначе.

Я повернулась к своим людям, не выпуская детей из рук.

— Будьте наготове. Но не вмешивайтесь без крайней необходимости, — тихо сказала я.

Понимала: если что-то пойдет не так — они должны среагировать мгновенно.

Не теряя ни секунды, я повела детей в дом. Моя ладонь грела их тёплая, нежная кожа. Их доверие било в грудь острой болью. Я сделаю все, чтобы защитить их от Денора.

Когда мы поднялись на второй этаж, я быстро провела их в одну из спален. Наклонилась, чтобы обнять.

Клэр тут же обняла меня за шею, её волосы коснулись моей щеки. Они всего очень вкусно пахли.

— Мам, а кто этот дядя? — опять спросил Даймон, когда я дала ему пижаму.

— Просто старый знакомый, — ответила уклончиво, стараясь не выдавать тех эмоций, которые разрывали изнутри.

Я усадила детей на кровать и Клэр вновь меня обняла.

— Мамочка, мы тебя любим, — прошептала она.

Даймон, серьёзный, крепко прижался ко мне всем телом.

— Очень любим.

Сердце разрывалось. Но я улыбнулась, целуя их в макушки.

— Всё будет хорошо. Вы молодцы. Спокойной ночи, солнышки.

Когда я укрыла их одеялами села рядом на кровати и начала рассказывать сказку, которую придумывала на ходу. Лишь когда они заснули, я встала и вышла из спальни, мягко закрыв дверь, пытаясь не поддаваться переполняющим чувствам. И тут же резко вздрогнула.

Ашер стоял совсем рядом. В коридоре. Слишком близко.

Молния, что громыхнула за окном осветила его фигуру, и я заметила, как он стоял, тяжело дыша.

Он принюхивался.

Лёгкие рефлекторно сжались, я отступила на шаг, чувствуя, как холодно становится под кожей.

Ашер медленно поднял взгляд. В его глазах стояло что-то необъяснимое. Что-то такое, от чего хотелось броситься прочь, но ноги не слушались.

Я заставила себя сделать шаг в сторону, прочь от его близости.

Тяжело сглотнула, чувствуя, как от его взгляда буквально воспламеняется воздух. Ни слова не говоря, я пошла вперёд по коридору. Лишь на мгновение оборачиваясь и видя то, что он вновь посмотрел на дверь за которой находились дети. Все так же делая глубокие вдохи и у меня от этого сердце оборвалось.

Ашер перевел взгляд на меня и наш зрительный контакт был подобен раскаленному металлу, пронзившему воздух. Рвано выдохнув, я пошла дальше уже теперь слышала, как за спиной тяжело скрипит пол от его шагов.

Мы шли молча и медленно, что ощущалось жутким напряжением по всему телу.

Внизу, в одной из пустых гостиных, я остановилась. Сердце грохотало в ушах, так громко, что казалось — его слышит Денор. Я резко обернулась к нему.

Ашер стоял в дверях, не двигаясь. Лицо каменное.

Я знала, что охрана рядом и прямо сейчас мне ничего не угрожает, но даже это не давало мне расслабиться в присутствии альфы. Все вокруг будто бы электризовалось, а ещё метка на запястье теперь ощущалась крайне остро, усиливая все эмоции и чувства в многократном размере.

— Это мои дети, — он произнес это такой интонацией, что по телу пробежал обжигающий мороз. — И как же так получилось, что у нас с тобой есть дети?

Сердце еще сильнее сжалось и нервно, тревожно затрепыхалось.

— Не нужно, — произнесла я на выдохе. — Мы все это время прекрасно жили вообще не пересекаясь и я прошу, умоляю, просто уйди. Это мои дети. Ты к ним никакого отношения не имеешь.

Взгляд Денора стал еще мрачнее. Нестерпимее, ужаснее. Положив ладони в карманы брюк, он еле заметно наклонил голову набок.

— Рассказывай, — произнес он так, что становилось ясно — уйти от разговора не получится. И альфа вновь посмотрел на мое запястье, которое я тут же убрала за спину. Но на этот раз он уже успел скользнуть взглядом по метке.

Мысли вихрем начали кружить в голове, потому что мне нужно было дать лишь необходимую информацию и ничего лишнего. При всем этом, чтобы у него не появилось ощущения, что я пытаюсь что-то скрыть.

— Когда ты четыре года назад сорвался с обрыва, с твоей памяти стерлись пару месяцев. Именно тех, которые мы с тобой вместе провели в закрытом колледже. Тогда… Я случайно прикоснулась ладонью к твоим губами и у тебя возникла метка Жажды. Это… было ужасное время.

Поднимая руку, я потерла лицо ладонью. Сильно. До жжения. Вообще не смотря на альфу и не желая знать, что сейчас было в его взгляде, который я настолько сильно, буквально до жжения ощущала кожей.

— И нам пришлось переспать. Иначе бы метка тебя убила бы. Но мы вдвоем этого не хотели и сразу после одной ночи все закончилось, — произнося это, я нервно пыталась следить за каждым словом.

Упуская подробности того, что до этой единственной ночи было достаточно интимности между нами. Не посвящая в то, что он сам вынудил меня стать его настоящей девушкой. И то, чем все это закончилось в том жутком лесу, когда он был готов буквально убить меня, но сам свалился с обрыва.