— Он тебе и раньше нравился?

— Нет. Я имею ввиду отношения, как у брата и се… То есть, вообще семейные отношения, — я опять потерла веки. – Я уже говорила тебе, что между мной и Ашером кое-что происходило во времена колледжа. Я до сих пор не понимаю, что это было, но закончилось оно ужасно. И, когда я узнала, что являюсь его истинной… Я же не просто так решила скрывать от него правду. Ашер меня не просто терпеть не мог. Иногда мне казалось, что он был бы не против свернуть мне шею собственными руками. И, если он ко мне так относился когда мы были просто семьей, честно, я жутко боялась даже просто предположить, что он будет делать, когда узнает, что на самом деле я его истинная.

— Но сейчас, кажется, у вас все нормально? – неуверенно спросила Эрика.

— Более чем. Я к этому и веду. Честно, я ожидала всего, чего угодно, но не того, что Ашер будет вести себя настолько внимательно. У нас не возникает конфликтов. Если есть какие-то недопонимания, мы их обсуждаем. Он даже иногда мне цветы приносит и дарит кое-какие подарки.

— Так это же отлично. И, как я поняла, у него нет другого выбора, кроме как относиться к тебе хорошо. Ты говорила, что, если вы не будете вместе то умрете. Значит, тебе не следует опасаться повторения плохих поступков с его стороны.

— Нет, — я отрицательно качнула головой. – Мы умрем, если между нами не будет физического контакта, а, поверь, это не может помешать ему разрушать меня психологически.

— То есть, ты боишься, что он причинит тебе боль?

— Нет, я боюсь того, что… я начала к кое-что испытывать к Ашеру, — насколько же тяжело мне дались эти слова. Я словно бы вырезала их из себя.

Изначально, когда врач сказал, что истинность нас погубит, если мы будем находиться порознь, я была готова на сотрудничество с Денором. Нашу связь воспринимала именно так. Но то, что происходило сейчас…

— И что же именно ты начала к нему чувствовать? – спросила Эрика.

Я опять закрыла глаза. Насколько же это трудно объяснить.

Все последнее время, которое мы с Ашером проводили рядом друг с другом, я много чего испытывала. Но напряжение многое блокировало. Я ведь все еще опасалась рядом с Денором произнести даже одно неверное слово. А еще очень многое списывала на метку.

Но вот прошло пять дней с тех пор, как Ашер уехал. Казалось бы так мало, но почему-то ощущалось, словно вечность.

И с самого первого дня со мной начало что-то происходить. Изначально незначительное. Постоянные мысли про Денора. Бессонница ночью. Ощущение того, что мне остро чего-то не хватает.

На второй день появилось внутреннее опустошение. Я постоянно смотрела в сторону двери и лишь со временем поняла, почему – я ждала, когда Денор приедет. Понимала, что этого не произойдет, ведь альфа сейчас на другом конце страны, но все равно раз за разом кидала взгляд на дверь. Начинала себя чувствовать ненормальной, а ночью, после нескольких часов чуть ли не пыток, во время которых я то и дело переворачивалась на кровати, уже не выдержала и пошла за рубашкой Ашера.

Я даже не понимала, зачем я это делала и чем вообще она мне поможет, но стыдно обнимая ее и, делая глубокие вдохи, постепенно успокоилась. Наконец-то провалилась в сон.

Тогда я считала, что все это из-за истинности и метки. Таким образом мне было легче объяснить возникшую во мне ненормальность. Или, вернее, спихнуть с себя всю ответственность.

Но последние дни знатно переломали меня на части. Многое расставили по тем местам, которых я не ожидала.

В первую очередь это произошло потому, что я много думала. Мне только это и оставалось. Но насколько же безжалостно давалась каждая мысль и особенной раздирающей болью пришло осознание, что дело вообще-то не в истинности. Нет, может и она имела значение, но присутствия Денора мне не хватало по обоснованным причинам.

Он сам по себе жуткий и даже жестокий альфа, но в последнее время Ашер вел себя так, что я рядом с ним стала ощущать себя, словно за каменной стеной. И в его присутствии между нами будто воздух искрился. Каждое касание – разряд молнии. Мне не хватало тяжелого, низкого голоса Денора. Будоражащего взгляда голубых глаз. Ауры и харизмы, как у чудовища, которое неожиданно оказалось на твоей стороне.

Закрывая глаза, я представляла безупречные черты его лица. Набираясь храбрости, представляла так же и мускулистое, мощное тело. Настолько красивое, как казалось бы вообще невозможно.

И со временем поняла – мне, черт раздери, не хватает Ашера не, как просто человека, а как мужчины.

Осознание этого ударило по мне настолько жестоко, что я еще долго была сама не своя. Ведь, одно дело сотрудничество и желание наладить нормальное общение и, совсем другое – желание Денора, как мужчины. И не притворно, а по-настоящему. Порой настолько сильно, что я уже места себе не находила.

И, сознание, словно издеваясь, по ночам начало показывать мне обрывки нашего с Ашером секса. Господи, я думала, что так точно скоро сойду с ума.

Но ведь дело не только в физической близости. Мне, черт раздери, просто хотелось, чтобы Денор наконец-то оказался рядом.

— Я точно не знаю, что чувствую, — я наконец-то ответила на вопрос Эрики. – Не думаю, что это просто симпатия. Мне вообще трудно это как-то обозначить. У меня же толком никакого опыта нет.

— Но тебя начало тянуть к нему? Я имею ввиду именно, как к мужчине.

— Да, — я с трудом это произнесла. – И мне кажется, что это не из-за истинности.

Некоторое время Эрика молчала. Будто обдумывая мои слова. Затем она откинулась на спинку стула и произнесла:

— Так это ведь хорошо. Вам теперь всю жизнь предстоит быть вместе. Хорошо, если твой мужчина тебе нравится, а не просто был навязан какой-то там истинностью.

— Я бы предпочла обойтись без чувств, — опустив голову, я посмотрела на скатерть. – Понимаешь, когда ты руководствуешься лишь логикой это одно. Нам нужно быть вместе, иначе мы умрем, а, значит, мы стараемся не ругаться и по возможностям максимально уживаемся. Но, когда дело касается чувств….

Я замолчала, а Эрика шумно выдохнула и качнула головой.

— И все равно я тебя не понимаю, — произнесла она. – Я жутко переживала за тебя, считая, что тебе теперь предстоит всю жизнь быть с тем, кого ты не любишь и даже боишься, а ты устраиваешь трагедию из того, что начала что-то чувствовать к Денору. Тем более, у вас теперь все хорошо.

Я не осознавала, как объяснить Эрике, что в колледже тоже казалось, что все хорошо и тогда у меня тоже начали появляться чувства. И Ашер был таким внимательным, но потом оказалось, что он за моей спиной разрешал безжалостно издеваться надо мной и избивать. А после вовсе гонял меня по лесу, как зверушку, которой намеревался наконец-то свернуть шею.

Я до сих пор ждала подвоха. Денор способен на неожиданные и безжалостные действия. Но, одно дело, когда ты мыслишь хладнокровно, логически и просто на всякий случай ждешь ужасных подводных камней. Хотя бы ради того, чтобы морально быть готовой ко всему и в последствии ни в коем случае не сломаться.

Но, когда в дело идут чувства, все намного сложнее. Даже страшнее. Ты начинаешь надеяться исключительно на хорошее. Чего-то ждать. А если все-таки случается плохое… Это уже больно. Настолько, что уже не собрать себя по частям.

***

Вернувшись домой, я в первую очередь проверила детей и уложила их на обеденный сон. Затем, поднялась в свою спальню и упала на кровать.

Опять подтянула к себе рубашку Ашера. Обняла и, чувствуя себя настолько ненормальной, вновь сделала глубокий вдох. Ну, почему от нее пахнет настолько приятно? И, насколько же невыносимо то, что этот запах уже почти исчез. Что мне без него делать?

Мой телефон, лежащий на тумбочке, зажужжал и я, изначально безразлично посмотрела на экран.

Но, увидев, что мне звонил Ашер, тут же приподнялась на локте и потянулась к телефону.

За последние дни мы редко созванивались и каждый раз исключительно по делу. А мне, черт, хотелось, чтобы Денор просто позвонил и поговорил со мной. Я сама, пусть и нервничала, но пару раз пыталась это сделать. Ни к чему это не привело.