Я специально поподробнее расспросил Мау, но тот и слыхом не слыхивал о подобных трофеях. Возможно, образцы имелись у тех-охотников, но в каком состоянии? Если они подорвали свою цитадель, то там наверняка одни ошмётки.

Кстати да, упустил тот момент, что их опорный пункт стоял в этих местах очень давно. Либо представители загадочного Университета обжили какие-то руины, либо прихватили чего-нибудь не то для изучения. И теперь у меня появилось ещё больше сомнений в том, что ревун к ним заглянул всего в одном экземпляре. Нет, они тогда бы точно справились.

Почему я так уверен? Поговаривают, среди них немало скелетов… Даже Мау видел нескольких.

Ребята едва дождались рассвета, чтобы начать поиски подходящего места. И пока одни прятали добычу, а другие собирали наш крохотный караван в путь, мы с Двойкой присели на дорожку. Теперь наш путь лежал прямиком в порт, а вести пещерную жизнь предстояло кому-нибудь другому. Уверен, что такое удобное убежище долго пустовать не будет.

Чтобы совсем уж не бездельничать на глазах у коллектива, мы с Тарой раздавили ещё одну бутылочку вина. Исключительно для успокоения расшатанных нервов и укрепления психики. Всё-таки именно наши совместные действия позволили одолеть врага. Мы — заслужили. Одна только Изнанка неодобрительно косилась в сторону темнокожей мечницы, но я так и не понял причину. Сама партизанка валялась вместе с остальными в коматозе после прослушивания хитового трека. Интересно, что бы она почувствовала, окажись на рейве? Где-нибудь рядом с концертными колонками…

Двойка в долгу не осталась и проводила девушку тяжёлым взглядом пурпурных глаз. А потом и вовсе что-то сдавленно промычала. Вот что значит — горлышко промочить.

— А ну, все заткнулись! — весело скомандовал я окружающим. — Наша малышка вот-вот скажет своё первое слово! Ну же, давай смелее! М-мама?

— Мудак… — сипло прохрипела та, будто престарелая и весьма пьющая примадонна.

— С возвращением, подруга!

Я похлопал её по упругой ляжке и направился с инспекцией к навьюченному бычку, пока у меня в боку чисто случайно не оказался трезубец или какое-нибудь шило из рукава. Ниндзя они такие, обидчивые.

Нам предстоял немаленький марш-бросок, поэтому взяли с собой только самое необходимое. Призовая команда успешно схоронила сокровища в густой рощице у подножья скалы. Место тщательно замаскировали, так что наткнуться на него можно только с металлоискателем. С другой стороны, убежище близковато, но ничего не поделаешь. Тащить с собой тяжеленный скарб по ущёльям не было ни малейшего желания.

После обильного завтрака тронулись в путь. По моим прикидкам дорога до южного берега полуострова должна была занять около двух дней. Мау в целом согласился со мной, хотя обычно караваны брели куда медленнее. Особенно в обратный путь. С тягловыми животными здесь туговато, поэтому скорость оставляет желать лучшего. Да и местность не особо располагает к марафонам.

Первые сутки мы двигались по центральному каньону, прислушиваясь к малейшему шороху, но больше никто засад не устраивал. Более того, нашлись довольно свежие, а главное — многочисленные следы. Совсем недавно перед нами прошла целая орава людей. Видимо, ещё одна трудовая артель возвращалась на базу.

Встреча с «коллегами» могла окончиться непредсказуемо, поэтому мы усилили бдительность, а вот скорость наоборот — поубавили. Если слишком торопиться, то можешь и на собственные похороны успеть. Нет, будь нас хотя бы с полсотни штыков, я бы и не подумал тормозить. А вот с таким скудным составом ловить можно только неприятности. Отряд идеально походит на ошмёток банды, тут даже притворяться не нужно, только в этом и заключается проблема.

Кто-нибудь может и не устоять перед соблазном пошарить в наших сумках. Особенно, если тех раз в пять больше, а лишних глаз в округе нет. Закон на ничейной территории действует исключительно по праву сильного. Хоть весь разрешительными документами обернись. До возвращения к цивилизации это просто бумажки.

Никуда не торопясь, к вечеру мы достигли пологих, словно бы зализанных сопок, где каньоны превращались в обычные овраги. Растительности вокруг стало гораздо больше, а вот голых камней наоборот. Скальная гряда понемногу изгибалась, уходя к побережью, а наш путь лежал в сторону предгорий.

Ночевали мы на одной из возвышенностей, вздрагивая от каждого раската грома. Разразилась настоящая тропическая буря, поливало как из ведра, однако непогода стала единственным неудобством. Тем более, дождевая вода пополнила наши оскудевшие запасы, да и помылись все без исключения. Кто с охотой, а кто без. Природа-матушка никого не спрашивала.

Не то что бы мы прямо благоухали бомжатиной, но с некоторых лишняя грязь отваливалась коркой под действием гравитации. Как старая штукатурка со стен. А теперь я мог наконец-то рассмотреть наших новичков без этого «макияжа». С Хопом всё понятно — бородатый, коротко стриженый и не особо высокий мужик. Тем более, значительную часть пути он отлёживался в люльке. Тёмные волосы и грубоватые черты делали его похожим на земного араба. А вот Мау смахивал больше на индейца благодаря вытянутому лицу и длинному прямому носу. Это его немного роднило с Мистой, который принадлежал к похожему этносу. Возможно, среди жителей какой-нибудь латиноамериканской страны эта парочка вполне могла затесаться. Подстричь нормально, приодеть, а коротенькие бородки даже трогать не нужно. Чисто эспаньолки.

Но больше всех преобразилась Изнанка. Следы пыток практически сошли, оставив кое-где тёмные рубцы, а на голове уже вовсю колосился рыжий ёжик. Ещё немного и расчёска понадобится. Я и раньше подозревал, что девица она не сильно умудрённая годами, но тут окончательно стал понятен её крайний радикализм. Конечно, не ровесница нашей Лиффии, но ещё совсем недавно её можно было смело назвать подростком. В этом мире созревают гораздо быстрее, чем в цивилизованной части Земли, но у нас ей алкоголь вряд ли бы продали.

При этом обильное питание пошло ей на пользу, проявив неслабый такой рельеф мышц. Мирным трудом такого точно не заработаешь. Врочем, Изнанка и не скрывала, что её несколько лет готовили в лагере партизан. Понятное дело, что не к спортивным свершениям. Только вот с внедрением вышла ожидаемая промашка. Ей до умной и расчётливой Камуры бесконечно далеко — деревенщина, она и есть деревенщина. Тем более, одержимая праведной местью.

Глянул бы я в глаза тому, кто решил отправить вспыльчивую девчонку к работорговцам…

Она же диким волком даже на меня смотрит. Неудивительно, что её быстро вычислили. Представители низших сословий обычно держат взгляд у земли, а уж в присутствии начальства вообще не разгибаются. Может, её просто сбагрили?

Наутро так и не распогодилось, вынудив нас чавкать по липкой грязи. Матерь проглянула где-то к полудню, да и то лишь для того, чтобы мы окончательно задохнулись от влажных испарений. Ну чисто парилка, из которой нельзя выйти в душевую или нырнуть в купель. Когда вдалеке показалась морская гладь, я едва пересилил себя, чтобы не рвануть прямиком на пляж. на радость крабам и прочим местным обитателям. К вечеру стало совсем уж невыносимо, и хуже того — до места оставалось ещё порядочно. Как минимум полтора десятка местных миль. Тут либо брести в потёмках, либо вновь рисковать с лагерем.

Ночь обещала быть лунной благодаря взошедшим Сёстрам, но люди были слишком вымотаны. Поэтому когда нам подвернулась удобная каменистая поляна, я не стал кочевряжиться и скомандовал привал. Вновь дежурили едва ли не половиной состава, сберегая уши всеми доступными способами. Я и вовсе не снимал танкового шлема даже во сне. Жаль, что к нему в комплекте не идёт боевая машина…

Так размечтался во сне, что воочию почувствовал запах дыма. И тут же проснулся с твёрдым намерением всыпать нарушителям порядка. Мои заместители единогласно рекомендовали не разжигать костров, особенно у побережья. И я не стал спорить со знатоками, подобно капризному туристу. Надо так надо.