После утреннего разговора с Ченсом мы с Дженной ещё немного поговорили о разных вещах, когда Дилан уже спал, а Йен был занят своими делами. Но этот разговор лишь разбудил во мне эмоции, и я не могла заснуть. Выйдя из гостевой комнаты, я, пошатываясь, спустилась по лестнице на кухню, уже в полусне.
Пока я ходила за водой, я услышала знакомый голос в гостиной. От неожиданности я чуть не выронила бутылку. Поспешив к двери, я глубоко вздохнула, увидев, что это всего лишь Ченс из программы «Поздно ночью» с Кэмероном Вулфом, и его самого здесь не было.
Йен и Дженна сидели на диване. Она прислонилась к нему, а он обнимал её за плечи. Алехандро устроился в кресле рядом. Их взгляды были прикованы к телевизору. Я прокралась в комнату и села рядом с Дженной. Все взгляды обратились на меня, когда я поджала ноги под себя, опираясь на подлокотник дивана.
— Ты уверена, что хочешь это увидеть? — спросила Дженна.
Безмолвно кивнув, я внимательно посмотрела на экран.
— Итак, вы переехали сюда насовсем? — Кэмерон Вулф продолжил интервью. — Не понравился Бостон?
Ченс выглядел раскрасневшимся, с взъерошенными волосами, словно он пил целую неделю, не зная отдыха. Я молилась, чтобы в синей кружке перед ним на журнальном столике была вода, а не ликер. Он был явно пьян, хотя я не была уверена, заметили ли это зрители.
— В Бостоне, знаете ли, весело. — Он ухмыльнулся. — У меня там много друзей, но моё место здесь. — Он указал на публику. — Моё сердце в Кали.
Толпа ликовала. Аплодисменты разносились по всему залу, когда Ченс говорил о местном сообществе. Несколько девушек кричали: «Я люблю тебя». Меня же его слова задели. Я знала, что он пытается меня подколоть. Если бы вы его знали, это было бы легко понять по его тону. Я была не единственной, кто это заметил. Я услышала тихое раздраженное хрюканье от Йена.
— Говоря о сердце, — Кэмерон усмехнулся, — не так давно у вас было очень публичное расставание.
Камера показала застывшее хмурое лицо Ченса, глядящее на ведущего, его взгляд пронзал, словно раскалённое лезвие сквозь масло. Толпа ахнула, словно им не терпелось узнать подробности. Кэмерон с нетерпением оперся на локти, а лицо Ченса покраснело.
— Тебе не следовало затрагивать мою личную жизнь.
— Ну, раз уж ты здесь, может, нам стоит об этом поговорить? — Кэмерон с волнением ждал ответа. — Считайте нас своими друзьями. — Он жестом указал на ликующую, поддерживающую аудиторию.
Его смелое заявление шокировало нас. Мы с Дженной одновременно ахнули. Алехандро в замешательстве забегал глазами по сторонам.
— Ну, он сейчас потеряет над собой контроль, — пробормотал Йен, высвобождая руку из рук Дженны.
— Слава богу, это не прямой эфир, — Дженна вздохнула с облегчением.
— Да, но если он выйдет из себя, — покачал головой Йен, — они это выпустят в эфир.
Наши ожидающие взгляды снова обратились к экрану, когда Ченс повысил голос.
— Я не сделаю этого *БИП*. Моя личная жизнь — не твоё *БИП* дело. *БИП* ты! *БИП* это шоу. *БИП* это! Я *БИП* ухожу отсюда.
С этими словами Ченс перевернул журнальный столик, отчего его напиток, небольшая стопка книг и центральный элемент сцены с грохотом упали вперёд, а затем стремительно исчез за длинным синим занавесом. Из зала доносились вздохи и негодование. Кэмерон сидел в полном изумлении, запинаясь и пытаясь подобрать слова для камеры.
— Ладно, народ, кажется, я перешёл черту, — полушутя сказал он, пытаясь сохранить лицо. — Но мы собираемся выпустить это в эфир.
— Выключи это, — шмыгнула я носом.
Йен взял пульт с подлокотника дивана и выключил телевизор.
Дженна положила руку мне на плечо.
— Ты в порядке?
— Я — причина этого.
— Он тебя бросил! — наконец выпалил Йен. — Ты ни хрена не сделала!
Мы с Дженной вздрогнули от его резкого тона и обернулись к нему. Он вскочил на ноги и забегал по комнате. Алехандро молча наблюдал за нами троими.
— Почему ты так злишься, Йен? — я подтянула колени к груди и обхватила их руками.
Он остановился, обратив на меня внимание.
— Вы оба, блядь, действуете мне на нервы! Чёрт возьми, общайтесь! Ради всего святого! Поговорите! — Он вернул голос к нормальному тону. — Слушай, я знаю, как вам с Джен больно видеть, как он страдает. — Сжав переносицу, он глубоко вздохнул, прежде чем снова взглянуть на меня своим разочарованным взглядом. — И ещё мне не нравится видеть его таким, — спокойно признался он. — Я просто не понимаю.
— Я возможно сказала ему, что покончила с ним. — Сутулясь, я попыталась стать меньше. Это наверняка свело бы Йена с ума.
— Зачем, чёрт возьми, ты это сделала, Эмбер?! — Снова нахмурившись, он прикусил нижнюю губу.
— Я была взволнована, — мой голос дрогнул, — потому что он позвонил мне пьяным, и воспоминания о том ужасном звонке вернулись, и…
Мне нужно было выбраться из комнаты, поэтому я встала и прошла через кухню к задней двери. Я вышла на большую крытую веранду. Осторожно прикрыв дверь, я зажмурилась. Моё дыхание тут же стало поверхностным, я жадно хватала воздух. Я боролась с миллиардными слёзами, виня себя за выходки Ченса. Пытаясь совладать с эмоциями, я посмотрела на ночное небо, наблюдая за мерцанием звёзд в прохладной весенней ночи.
Йен был прав. Нам с Ченсом нужно было поговорить. Даже если мы больше не будем вместе, наши друзья страдали. Они всегда поддерживали нас, а мы оба причиняли им стресс. Желая только одного — связаться с ним, я вытащила телефон из кармана халата. Как только я набрала его имя в телефоне, я услышала, как открылась задняя дверь. Я обернулась и увидела Алехандро.
— Я хотел проверить, как ты. — Он вышел на крыльцо и остановился рядом со мной. — Ты в порядке?
Отведя взгляд, я кивнула.
— Во всём этом безумии виновата только я.
Покачав головой, он прижался ко мне боком. Обняв меня за плечо, он притянул меня к себе и крепко обнял. Застыв на месте, я не могла ясно мыслить.
— Ты заслуживаешь гораздо большего, — он погладил меня по плечу большим пальцем.
Я смотрела прямо перед собой.
— Ему просто больно, и он не скрывает этого.
— Немного незрело, ты не находишь? — Он убрал руку и поднес ее к подбородку.
Развернувшись к нему лицом, я вздохнула.
— Ченс не незрелый. — Я сложила руки на груди. — У него просто яркая личность. Его жизнь постоянно под микроскопом. Он сорвался. Но он не всегда такой…
— Эй, — он поднял руки. — Я не хотел тебя обидеть, я просто...
— Пожалуйста, давай просто не будем о нём говорить? — Мой взгляд метнулся к ближайшему бассейну. Я смотрела на журчащую воду возле фонтанчика сбоку. — Я больше так не могу.
— Конечно. Мне нужно вернуться в Нью-Йорк на несколько дней, чтобы подготовить кое-что для Йена, — он скрестил руки на груди. — Почему бы тебе не поехать со мной на несколько дней? Просто побудешь там, пока я работаю.
— Мне не нужно работать ближайшие пару дней, так что, возможно, подойдёт, — вздохнула я, не веря, что вообще об этом думаю. — Я тебя толком не знаю и…
— Просто как друзья. Но прежде чем согласиться, знай, что у тебя будет своё личное пространство, и я не буду тебя беспокоить.
Скривив губы, я попыталась скрыть подозрения. Может быть, я просто чувствовала себя неуверенно. Зачем я этому мужчине? Я слишком много в это вкладывала. Он предложил мне дружбу.
Глубоко вздохнув, я сжала нижнюю губу кончиками пальцев.
— Всего на несколько дней?
С улыбкой на лице он склонил голову, прежде чем встретиться со мной взглядом.
— Несколько дней.
Моё внимание привлекло движение в кухонном окне. Я нерешительно подошла к задней двери и открыла её. Мы вошли внутрь, где Йен и Дженна вели напряжённый разговор. Переминаясь с ноги на ногу, я прислушалась.
— … твоя цель? — Дженна облокотилась на кухонный остров.
— Вернуть его туда, где ему место! — выплюнул Йен. — Он портит себе жизнь, и я больше так не могу. С меня хватит, Джен. Ему нужен кто-то, кто надерёт ему задницу.
