Я бы точно что-нибудь придумал, чтобы всех врагов пустить под нож. Опасный он тип.

А после проверил свои следы и уехал подальше. И вошёл в компьютер ещё раз.

Да. Хорошее зрение тут не нужно. Ведь система работает иначе, лишь бы интернет был.

— Здравствуйте, Анатолий Борисович, — проговорил механический голос, когда я открыл крышку.

— Знаешь обо мне всё, машина?

— Многое. Хотя имеются странности, в основе того, что вы хорошо разбираетесь во многих вещах, что для вашего возраста удивительно.

— И не выдал их Трофимову, — я усмехнулся.

— Не было такого запроса.

Я особо иллюзий не страдал. Эта машина мало чем отличается от того цифрового призрака Миши, хотя и поумнее. Но это сейчас. Потом эта штуковина станет дико умной и опасной. Но это оружие, которым я хотел воспользоваться прямо сейчас.

— Дай мне доступ к некоторым людям, — потребовал я.

И он нашёл их быстро. Система начала анализировать, да и Трофимов уже готовил план против бывших подельников, решив, что они опасны.

Вот сейчас я ударил вовремя. Если бы подождал ещё, он бы их вынес сам, но тогда бы исчез. Да и он нацелился в самых ключевых, но предатели на местах могли избежать вины, ведь они должны были продолжать подготовку. А они тоже могут навредить.

И пока я смотрел всё это, то понял, насколько система продвинулась. Это само по себе серьёзное оружие. Потому что оно было подключено к сети и имело очень много доступов, которые Трофимов выбивал через силовиков. Плюс камеры в городе, плюс то, что она взломала сама по себе.

Это намного серьёзнее, чем просто проект перехвата дронов «Щит». В ноутбуке и на серверах, куда он подключён, больше мощи, чем в ядерной бомбе. Эффект может быть куда опаснее.

И система «Горизонт событий», головная, основная над всеми другими настройками, её, можно сказать, шеф, не только показала мне карту, но и даже дала картинку с устройств, подключенных на месте. Ведь всё это работает в рамках одной системы.

А если бы у этой штуки был максимальный доступ, она станет ещё умнее.

Сюда могут подключить системы управления ПВО и оружия, беспилотников и даже каких-нибудь роботов, если изобретут военные модели. Система может управлять всем.

Подключи к сотовым вышкам и видеонаблюдение — сможет мгновенно найти любого человека. Вопрос только в масштабировании.

А мне пока надо другое: закрыть старый вопрос и разобраться с предателями. Трофимов хотел одного, а его подельники работали, чтобы заработать крипту и жизнь за бугром.

Но за всё нужно платить.

Я видел часть целей. И система могла мне с этим помочь, не подключая никого для помощи.

И мне оставалось одно.

— Начать проект «Фантом», — приказал я.

Несколько часов спустя. Московская область, полигон.

— Что там с Трофимовым? — недовольно спросил Тихомиров. — Не понимаю, что ему надо.

— От моего сотрудника избавился, — Скуратов поморщился.

— Какого?

— Гойко. Старый албанец. Должен был прикрыть его, но пропал. Похоже, старик совсем свихнулся.

Оба сели в машину — новый чёрный «Хёндай».

А снаружи проводились испытания, проверяли спарку систем: дрон-носитель с перехватчиками и шестиствольная система «Голиаф», которая должна сбивать цели на огромной дистанции.

Ну а другая система, родственная, под названием «Меч», атаковала. Большие дроны самолётного типа высоко в небе выпускали мелкие «рои» дронов, которые нападали на разные цели.

Вокруг велась стрельба, от свиста стационарной шестиствольной пушки закладывало уши, а от едкой пороховой гари слезились глаза. Дроны сцеплялись между собой в небе, одна система нападала, другая оборонялась.

— Война будущего, — Тихомиров хмыкнул, когда вдали сбили один из самолётных, и его горящий остов упал в реку. — Давай с Трофимовым решать.

Это внутренние испытания. Здесь были только несколько инженеров, Тихомиров как глава НТЦ «Горизонт» и Скуратов, который прибыл, чтобы обсудить дела.

Над ними с низким гулом пролетел тяжёлый дрон-носитель с мощными винтами. Прямо в полёте к нему крепились вернувшиеся из боя перехватчики, пережившие схватку. Ещё немного, и они смогут перезаряжать боекомплект, чтобы продолжить бой.

— Ну и чё делать будем? — спросил Тихомиров. — Надо ехать в Кислевск, и зачищать следы. Если поймут, что пропавшие подопытные с нами связаны, то не отмоемся.

— С вами, не с нами, — пробурчал Скуратов. — Решим вопрос. Трофимов заварил кашу — пусть и жрёт её сам.

— А шеф что говорит? — спросил Тихомиров. — Он же на Трофимове завязан.

— Я думаю, если Трофимова не станет, — проговорил Скуратов, недолго помолчав, — что шеф сам с нами свяжется, потому что без нас…

У него зазвонил телефон. Скуратов посмотрел на экран и показал соседу. Высветилось имя контакта «Трофимов»

— О, ты лёгок на помине, — ответил он. — Ты где, Сергеич?

— Здравствуй, Владимир Никитич, — проговорил голос, очень знакомый. — Как жизнь молодая?

— Ты ещё кто? — Скуратов вздрогнул.

— Не узнал? — собеседник рассмеялся. — Долго жить буду. В отличие от тебя, предатель.

— Толя? Давыдов? — вскричал Скуратов. — Ты же умер!

— Это нейросеть, — Тихомиров отмахнулся. — Голос могли нейросеткой подделать…

Голос в трубке усмехнулся.

— Верно. Нейронка, потому что у меня сейчас голос другой, ты бы не узнал. Но, оказывается, эта система настолько мощная, что я прямо сейчас вижу ваши перекошенные от страха лица. Зря вы ей так доверяете. О, даже тачку к приложению подключили. Вовремя…

Оба покосились на закреплённый на передней панели смартфон с навигатором.

А после снаружи началась паника.

Шестиствольная пушка «Голиаф» начала разворачиваться. Инженеры сначала пытались её остановить, а охранники, увидев, куда направляется пушка, в панике разбежались во все стороны

Ну а над машиной уже летали дроны. Системы «Меч» и «Щит» перестали воевать друг с другом, и искали свои цели. Двух конкретных человек.

Скуратов рванул дверь, но её почему-то заблокировало. Он полез вперёд, чтобы разблокировать панель вручную, но помешало пузо.

— Какого хрена? — Тихомиров несколько раз с силой дёрнул ручку двери. — Выпусти!

Он достал складной ножик, на рукоятке которого был стеклобой, но уронил его на пол и подобрать не успел.

А голос, но не из телефона, а из закреплённых на полигоне динамиков, уже совсем другой, машинный, проговорил:

— Внимание. До начала проекта «Фантом» осталось три… два… один.

Скорострельная шестиствольная пушка с умным наведением нацелилась на «Хёндай» и открыла огонь…

Трофимов, когда решил, что его нынешние союзники ненадёжны, придумал план, как им всем насолить. Разумеется, свою деятельность он не сворачивал, но многих из тех, кого считал слабым звеном, приготовился уничтожать.

Я этими планами воспользовался. Расстрел оставил для самых опасных, кто занимался проектом «Фантом» осознанно, так что Тихомиров и Скуратов уже не уйдут.

Но у них были подельники, ими я тоже занялся. Через машину. Где-то готов компромат, где-то отсылались данные в прокуратуру и управление собственной безопасности ФСБ, где-то что-то ещё.

Кого-то возьмут, за кем-то я прослежу, но главное, что Тихомиров, отвечающий за техническую часть, и Скуратов, метивший на должность начальника Первой службы, возмездия не избегут.

Далее Трофимов планировал продолжать дело своей жизни, избавившись от всех, кто мог его погубить. Продолжал бы, пока жив, и пока не нашёл бы надёжного преемника, кто довёл бы до ума проект «Горизонт событий».

Он ещё думал, что сумеет выплыть. Но его труп лежал у гаражей, а его система была в моих руках. Как и данные фирм с названием «Горизонт», занимающихся дронами.

Фирмы я забрать не смогу, но могу повлиять, чтобы они работали дальше.

Это были его планы, но кое-что я могу сделать сам. Я подумал, насколько эта машина опасна. И понимал, что и другие могут собрать подобное и воспользоваться этим против нас.