Мир перевернулся с ног на голову. Во всяком случае, ощущение было такое, словно меня вывернули наизнанку и тут же вернули обратно. И такое я испытал впервые…

Меня встретил сырой затхлый воздух, пропитанный запахом гнили и прелой листвы. Пещера, как и прошлая, больше напоминала каменную коробку, откуда не было выхода. Под потолком — непонятный сталактит, от которого исходило белое свечение. Тускловатое, но этого было достаточно, чтобы детально всё рассмотреть.

Земля под ногами была скользкой и неровной, усеянной камнями и кореньями. Стены покрыты мхом, мобы… впереди…

А самое главное — тишина. Звенящая, давящая тишина, нарушаемая лишь моим собственным дыханием и тихим рычанием Чогота. И тут же, как обухом по голове, появилось уведомление перед глазами:

«Нарушен порядок вхождения в Разлом! Ваши противники автоматически усиливаются. Становятся агрессивными. Штраф за нахождение в Разломе: −5 единиц каждой характеристики. Навыки восстановления выносливости и здоровья не будут действовать».

— Допустим, — недовольно пробормотал я. — Шарика же не штрафовали? Да? Система же не считает его охотником?

Посмотрел на пса, а тому вообще было пофиг. Он вырвался из моих рук, приземлился на четыре лапы и, оскалившись, смотрел на мобов. Его красная шерсть словно светилась в полумраке, а белые глаза горели недобрым огнем.

Буквально в двадцати метрах перед нами было штук пять-шесть гоблинов. Довольно крупные, под два метра ростом, зелёные амбалы, все с дубинами в руках. Они слонялись из стороны в сторону, словно что-то охраняли, а при нашем появлении сразу оживились и двинулись в нашу сторону.

— Как и в прошлый раз, — я вызвал кинжал. — Сразу в агрозону попал после уведомления.

Гоблины надвигались медленно, как зомби в дешёвом хорроре. Я уже приготовился к бою, как…

«А чего это я туплю?»

— Шарик, ну-ка разнеси этих говнюков!

Чогот, словно сорвавшись с цепи, рванул вперёд, издав злобный рык. Он летел на гоблинов, как красная молния, оставляя за собой лишь едва заметный шлейф. Один из зеленокожих попытался замахнуться на него дубиной, но Чогот увернулся, проскользнул под его руками и впился зубами в ногу. Гоблин взвыл от боли и попытался отбросить пса, но тот вцепился мёртвой хваткой.

Остальные гоблины бросились на помощь своему товарищу, но Чогот, словно юла, крутился вокруг них, не давая себя схватить. Никого не убивал, не отгрызал конечности…

И тут до меня дошло. Чогот не просто так бегает и кусает. Он проверяет их защиту. Он смотрит, как они двигаются. Он их… анализирует!

«Ну, Шарик, удивил, — ухмыльнулся я. — Действительно гениально».

Чогот, словно вихрь, носился среди гоблинов, те в ярости пытались поймать юркого зверя, но он был неуловим. Кусал, царапал, отвлекал, не давая им сосредоточиться на атаке.

И вскоре он начал их уничтожать!

— Мясо… — прокомментировал увиденное. — Офигеть… это что же с тобой можно в разломах творить…

Сперва откусив одному гоблину пятку, заставив того взвыть и потерять равновесие, Чогот тут же переключился на другого, вцепившись зубами в сухожилие под коленом. Тот с глухим стоном рухнул на землю, роняя дубину. Ещё секунда — и уже третий гоблин, получив болезненный укус в самое мягкое место, подпрыгнул, словно ужаленный, позабыв про своих товарищей.

Я стоял, поражённый, наблюдая за этой вакханалией. Мой «демонический шпиц» оказался настоящей машиной для убийств. И что самое интересное, он делал это с каким-то маниакальным удовольствием, словно выпустил на волю свою истинную звериную сущность.

Гоблины ещё минуту назад явно думали, что голову мне проломят, теперь же превратились в испуганных и беспомощных жертв, неспособных противостоять натиску этого красного вихря. Их грубые, лишённые интеллекта лица исказились от ужаса, а в зелёных глазах читалось полное непонимание происходящего.

И вот, когда последний из первой шестерки гоблинов с воплем ужаса попытался ударить призванное мной существо, Чогот увернулся и в прыжке вцепился в шею. Через мгновение повалил на землю: раздался хруст, и тело гоблина обмякло. Чогот, облизываясь, вернулся ко мне, словно отчитываясь о выполненном задании. Его глаза горели триумфом, а красная шерсть казалась ещё ярче в тусклом свете сталактита.

Но триумф был преждевременным. Едва последнее тело растворилось, как от стен пещеры отделились другие гоблины. Они словно «отмерли» от каменной кладки, до этого искусно сливаясь с окружением. Десяток… Два… Три… Казалось, им не будет конца. Со всех сторон надвигались зелёные амбалы, размахивая дубинами и издавая злобное рычание. Их было не меньше сорока!

— Оке, — пробормотал я, щёлкая указательным пальцем. — Сейчас повеселимся.

Гоблины с рёвом ринулись в атаку. Чогот, словно только этого и ждал, снова превратился в красную молнию. Он носился среди толпы зеленокожих, словно демон, сорвавшийся с цепи. Кусал, царапал, подпрыгивал, сбивал с ног… Этакая смесь циркового акробата и безжалостного убийцы.

Гоблины, видимо, совсем отупели от ужаса. Они явно не ожидали такого от «какого-то шпица». Дубины летели мимо цели, а попытки схватить юркого зверя заканчивались лишь болезненными укусами. Чогот явно получал удовольствие от происходящего, его визг и рычание стали громче и наглее.

Спустя несколько минут боя гоблинов заметно поубавилось. Чогот, словно чувствуя, что пора переходить к следующему этапу, оскалился и издал утробный рык. В этот момент случилось нечто странное: то, что я уже видел вчера.

Его пасть начала неестественно удлиняться, зубы выросли и заострились, а из горла вырвался жуткий животный рык. А затем Чогот прыгнул на ближайшего гоблина. В одно мгновение он сомкнул свои челюсти на голове моба. Затем я увидел, как Чогот начал засасывать гоблина внутрь себя, словно пылесос. Через секунду от зеленокожей твари не осталось и следа.

Тут же пёс переключился на следующую жертву. Всё повторилось: прыжок, захват и глоток. Гоблин исчез, словно его и не было. Третий гоблин попытался убежать, но Чогот с лёгкостью догнал его и повторил свой «трюк». После третьего гоблина пасть Чогота вернулась к своему нормальному размеру. Пёс отряхнулся, словно ничего особенного не произошло, и уставился на оставшихся гоблинов. Те, увидев, что их ждёт, застыли.

«Как будто бы можно теперь спокойно нанимать охотников-ешек, чтобы проходить в разломы и тупо оставлять их у выхода… Теперь я понимаю, что значит быть прерывателем и владеть монстрами… Охренеть!»

Лейтенант Анна Васильева. Охотница B-ранга. Организация государственных охотников

Лейтенант Васильева стояла по стойке смирно перед массивным дубовым столом ректора училища «ОГО» генерала-майора Виктора Сергеевича Онопко. Раньше он был непосредственным начальником Анны, но теперь, будучи на пенсии, занимался воспитанием будущих государственных охотников.

В руках она держала тонкую папку из плотной бумаги, на которой золотым тиснением красовался герб Новгородского отдела «ОГО».

— Товарищ генерал-майор, разрешите представить досье на Владимира Войнова, — произнесла Анна чётким, поставленным голосом, протягивая папку ректору.

Онопко неторопливо взял досье, его взгляд скользнул по обложке, а затем он жестом пригласил Анну сесть. Он откинулся на спинку кресла и с плохо скрываемым интересом начал изучать документы. Его брови то и дело взлетали вверх, а губы складывались в тонкую линию.

— Войнов Владимир… Ешка, совершеннолетний, — проговорил Онопко, откладывая досье в сторону и скрещивая руки на груди. — И что же такого интересного в этом юнце? Да и он уже получил лицензию, зачем он мне? На последний курс мы не зачисляем.

Анна немного подалась вперёд, собравшись с мыслями.

— Товарищ генерал-майор, проблема в том…

— Я не на службе, и очень давно, — перебил её Онопко. — Просто Виктор Сергеевич, Ань.

— Простите, Виктор Сергеевич. Проблема в том, что Войнов этот… не совсем Войнов. По крайней мере, не тот, кем кажется.

Онопко приподнял бровь, демонстрируя теперь уже неподдельный интерес.