— Далеко убрались? — спросил сир Лионель.
— Пока не знаю, птицы старый след не так как я видят — пожал друид плечами — Придётся пока по нему идти в лесу.
— Тогда упокойте уже эту мерзость и двинемся в путь — проворчал барон. Соседство с живым мертвяком ему удовольствие не доставляло, как и любому нормальному человеку.
Отец Шарп кивнул аристократу и прочитал короткую боевую молитву:
— Да дарует Свет тебе последнее упокоение. Отправляйся на справедливый суд. Авэ!
С произнесением последнего слова нежить чуть вспыхнула золотистым сиянием и перестала наконец шевелиться, став просто мёртвым мясом и костями. Мы же пошли вперёд, но на этот раз впереди опять двигался Корнегур верхом на Венде, что торил путь по снежной целине. А вот за ним уже выстроилась вся колонна во главе с сиром Лионелем. Прошагать пришлось часа два, но по их истечению мы наконец выбрались на дорогу. Бандиты замели следы, но двигаться зимой исключительно по лесам им видимо тоже не хотелось. Дальше можно было продолжить путь верхом, только вот наши лошади остались позади. А ещё в составе отряда истребителей нежити был штатный бегун. Барон предсказуемо посмотрел на меня и приказал:
— Парень, давай мухой к Жакелу и Курфу, пусть гонят сюда коней.
— Да, сир — кивнул я и отправился по дороге на юг к паре воинов, которых оставили стеречь волосатые мопеды.
Путь по тракту, пусть и слегка занесённому снегом занял не слишком много времени, хотя я успел пару раз мысленно матюгнуться на свою любовь к лёгкой атлетике, которой похвастался мой учитель. Впрочем, как самый молодой, я всё равно имел весьма высокие шансы поработать курьером в любом случае, а так хоть не сильно притомился. «Сторожа» послушали меня без вопросов и тронулись в путь, но на этот раз я уже сидел верхом на кобыле, выделенной отцу Шарпу. Ахилл был не слишком этим доволен и кажется даже немного ревновал, но тут я мог только советовать ему расти быстрее и обещать помочь. Всё таки барс размером с лошадь это стильно, модно, молодёжно. А тот кто не согласен просто ничего не понимает в эстетике и не любит кошек.
Как бы то ни было вскоре мы достигли наших товарищей и продолжили идти по следу. Ну как идти, все ехать, а я опять бежать. Может взять себе прозвище Легконогий? По идее сначала его учитель выдаёт ученику, но это довольно неформальная процедура, мне Корнегур к примеру поленился что-либо прицепить, а после окончания обучения себе уже можно самостоятельно взять второе имя. Правда распространяться о нём на право и на лево непринято, обычно его знают наставники, подопечные и близкие друзья. Что кстати возвращает меня к тому, что своё прозвище мне друид пока не назвал, а наставник Байлиона ученика сдал без всякой задней мысли. Сомневаюсь что к родичам-моравам отношение было бы таким же.
Пока я об этом размышлял, заодно про себя поругивая остальной отряд, хоть бы кто предложил за стремя уцепиться, мы проехали почти до самого вечера, остановившись у отходящей от основного тракта дороги. Если конечно она заслуживает столь гордое название. И только сир Лионель собрался поинтересоваться у друида по поводу того чего мы стоим и кого ждём, как тот соскочил с Венда, а медведь ломанулся в лес. Мой наставник секундой спустя помчался за ним с посохом наперевес, не сказав ни слова. Переглянувшись остальные последовали его примеру, спешившись. Всё таки лошадь имеет на пересечённой заснеженной местности все шансы переломать ноги. Однако пока народ соскакивал на твёрдую землю, я не стал рассусоливать и наоборот прибавил газку, вырвавшись вперёд вместе с Ахиллом, скалящим пасть. А буквально через четыре десятка шагов мы догнали друида, стоящего над двумя крепкими мужиками бандитской наружности, опутанными корнями. Тёплые меховые шубы, когда-то богатые, но изрядно потрёпанные, топоры на поясах, лук в кожаном чехле на спине одного из пленников… Крестьяне так не выглядят. И судя по всему у этих двух кадров тут была лёжка, с которой они наблюдали за дорогой. Купеческие обозы здесь редкость, однако можно прижать какого-нибудь крестьянина на санях, а конина тоже мясо.
— Что тут у нас⁈ — гаркнул Бром, примчавшийся к нам впереди своих бойцов.
— Кажется мы нашли тех, кого искали — усмехнулся я, обходя обездвиженных пленников так, чтобы они меня не видели и подмигивая окружающим, в то время как барс склонился к лицу одного из бандитов, скаля внушительные клыки — Надо разводить костёр для пособников некроманта. Ну или можно скормить нашим четвероногим друзьям.
— Может просто на колья посадим, ваша светлость? А то человека зверем травить как-то не по-людски — понял шутку один из ближников барона.
— Ну идея неплохая. Выруби пару лесин, прямо у дороги установим — усмехнулся тот — Как раз успеют исповедоваться в грезах жрецу.
— Я тут внезапно вспомнил, что мне тоже нужна исповедь. Отец Шарп, не откажите ученику колдуна, а? Уверен за пол часа я точно перечислю все свои грехи! — стараясь не слишком переигрывать взмолился я — А эти и на кольях всё расскажут.
— Ну вообще каждая душа заслуживает возможности облегчить свои муки перед лицом вечности — сомневающимся голосом проговорил он.
— Без сомнения — тут же согласился я, вернувшись в поле зрения разбойников и всплеснув руками — Но я молод, я прям чувствую что чёрное зло разлагает мою душу. Лишь вы можете мне помочь, главное не терять время! А они на плохо оструганных деревяшках будут куда искреннее.
Слушая наш диалог бандиты яростно мычали, но сказать ничего по существу при этом не могли. Гибкие корни держали их крепко, я по собственному опыту знал, насколько сильно они могут сдавить грудную клетку, мешая дышать, а тут Корнегур ещё и расщедрился на удавки на шеи. Загробная жизнь же была важной штукой в мировоззрении местных жителей. Земной путь короткий, а впереди либо вечность мук, либо вечность блаженства. До высот древних египтян с их гробницами тут никто не дошёл, но всё равно проняло двух придорожных гопников что называется до самых какашек. На колу ведь долго умираешь только с перекладиной, если её нет, жертва имеет неплохие шансы быстро отдать свету душу от болевого шока и прочих радостей. Отец Шарп же посмотрел на них и проговорил:
— Все же дай мне несколько минут, сын мой. А ты, колдун, ослабь путы на шее пособников некроманта, пусть всё таки облегчат немного свою совесть. Свет велит мне быть милосердным ко всем людям. Даже к таким.
Корнегур сделал пасс рукой и один из разбойников тут же завопил:
— Мы не виноваты, нас заставили!
— Курма привёл этого чёрного мага и всё полетело в Абисс. Он обещал убить нас и поднять слугами… — вторил ему товарищ.
В общем вместо того чтобы добыть информацию нашей проблемой стало заткнуть этих Бибу и Бобу. Всё таки трюк с добрым и злым полицейским работает во все времена. Хотя не буду утверждать, что сохранил бы железное самообладание и мыслил здраво, если бы моей заднице угрожала заточенная деревяшка. Знание о жизни после смерти это хорошо, но всё равно так подыхать страшно. По рассказу же бандитов выходило, что по весне в их шайку вернулся дружок атамана и привёл с собой молодого парня с ранней проседью в волосах и магическим посохом в руках. Всё лето они вполне себе бодро грабили людей на королевском тракте, нападая на мелких купцов, встающих на привал. Маг умел насылать сон, отдыхающие не просыпались от шума, часовые начинали клевать носом, а потом получали по паре стрел и дело в принципе было в шляпе. Хотя эти двое конечно никого не убивали, только таскали на себе награбленное, ага. Агнецы Света прям, люби их мать, которые чисто случайно оказались в плохой компании, а потом боялись что их прирежет атаман. Но в любом случае эти деятели отлично поработали в тёплый сезон, а потом, по осени, когда движение на дорогах начинает идти на убыль и в лесу у них нормально в шалаше не поживёшь, двинулись сюда зимовать, опираясь на информацию от Скади. В итоге они обосновались на одном из хуторов, пользуясь тем, что его жильцы мало общались с соседями. Мужиков перебили, баб сначала разложили, а потом заставили себе служить, чтоб детишек не пустили под нож. В общем довольно типичная ситуация в средневековье, что впрочем не делает её менее ужасной. Так же типичным было то, что во время обсуждения делёжки долей в следующий сезон произошёл конфликт интересов. Маг заявил, что без него и близко не было бы такого навара, а значит половина всего должна идти в его карман, атаман постановил, что это будет слишком уж жирно. Слово за слово, кулак по столу и предводитель бандитов вместе со своим заместителем, тем самым Скади получили по заклятию в грудь, даром что предчувствуя что-то подобное обсуждали будущие прибыли в доспехах. А потом два трупа встали и прирезали парочку своих дружков, попытавшихся лезть на некроманта. Остальные прониклись, чароплёт стал новым атаманом, Курма его заместителем. По началу два мертвяка были ходячим напоминанием о том, что бывает, если спорить с боссом, но потом один из них загрыз молодую девку, которая подошла к нему слишком близко. После этого некромант видимо решил, что трупы разлагающе действуют на коллектив и с несколькими подельниками определил их в то самое озеро. На кой орган надо было идти так далеко загадка, но тем не менее. Вот хорошо Шерлоку Холмсу, с умными людьми всегда дело имел, а если бы разбираться пришлось в действиях идиота, который сам не знает, что ему в следующую секунду в голову придёт? Может я конечно чего не понимаю, но мне некромансер как-то не показался разумным и логичным парнем. Впрочем чёрт его знает, возможно дело в недостатке информации.
