— До свидания, — цедит она сквозь зубы. Успокаивается, но не до конца.

Интуиция её не подводит….

Я прижимаю к себе близняшек и гордо прохожу мимо. Спешу спрятать их от злых глаз на заднем сиденье автомобиля.

— Настюха, ты расстроилась из-за этого козла? — участливо поглаживает мою ладонь Валя, когда мы оказываемся в салоне. — Не стоит он того. Настюха, я же рядом. Да я для тебя готов… — тянется ко мне, пытаясь приобнять.

— Это тебя не касается! И незачем было устраивать бои без правил при девочках. Ты о них подумал? — отталкиваю его. Подаю салфетки из бардачка. — Отвези нас домой, пожалуйста.

Откинувшись на спинку кресла, я отворачиваюсь к окну. Через боковое зеркало вижу, как Миша появляется в дверях ресторана. Рядом с ним Альбина, пытается взять его под локоть, но он равнодушно убирает её руку. Не слышу, что именно говорит, но ей это не по душе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Они ссорятся под дождём, тем сильнее похожи на супружескую пару.

— Трогай, Валь, быстрее, — командую, глотая слёзы.

Миша находит нашу машину, ловит моё отражение в зеркале. Встречаемся взглядами, и в следующее мгновение Валя бьёт по газам. Мы срываемся с места, стремительно отдаляясь от Демина.

Зажмуриваюсь. Прекращаю наш мучительный зрительный контакт, но всё равно долго чувствую его тяжёлую мужскую энергетику, будто он едет вместе с нами.

Приглушенно всхлипнув, я позволяю горячим слезам свободно стекать по щекам. Больно. Потому что позади я оставляю часть себя.

Анастасия

Сегодня день его свадьбы….

Хочется кричать от несправедливости, плакать, бежать к нему, но… Миша сделал свой выбор. Снова! Однако теперь уже окончательно и бесповоротно. После нашего откровенного разговора, трепетного поцелуя, что высушил мою душу, оставив лишь пустую оболочку, после знакомства с дочками он все равно остался с ней. С женщиной, к которой всегда возвращается.

Наверное, все так и должно быть.

«Прощай», — мысленно обращаюсь к нему, проводя пальцем по фотографии наших дочек на дисплее телефона.

«Не вздумай со мной прощаться», — вторит мне Миша семилетней давности.

Стираю его из памяти.

Мы изменились. Нас больше нет. И не было никогда.

— Проклятие, — раздается сдавленное ругательство в унисон со стекольным перезвоном.

Апатично устремляю взгляд на разбитые бокалы и цветочный горшок под ногами моей помощницы. На островке земли — голубые незабудки. Держатся с гордо поднятыми головками, тянутся к свету, несмотря на, казалось бы, безвыходную ситуацию. Мне бы хоть каплю их стойкости и жизнелюбия.

— Прости, Настя, не понимаю, как горшок зацепила! — пылко оправдывается Татьяна. — Хотела пыль со стеллажей смахнуть и некоторые выставочные экземпляры заменить, а то устарели… Извини, я мигом все уберу!

Она хватается за щетку, но я останавливаю ее жестом. Иду по осколкам, приседаю к кустику незабудок, бережно переношу его в другой горшок, пластиковый, аккуратно подсыпаю грунт. Прижимаю к груди.

— Ничего, выживем, — улыбаюсь то ли цветам, то ли самой себе.

По залу разносится музыка ветра, возвещая о посетителях. Помощница спешит к дверям, чтобы встретить, а спустя секунду, растерянная, возвращается ко мне.

— Анастасия Николаевна, к вам Михаил Демин, — важно сообщает она, как обычно, переходя на вы при клиентах. Одними губами удивленно добавляет: — Разве у него не сегодня свадьба? Наша команда с утра в ресторане.

— Сегодня, — отвечаю шёпотом, нервно сглатывая.

Разворачиваюсь с незабудками в руках, чувствую на себе долгий, испытывающий взгляд. Встречаюсь глазами с мужчиной, безумно похожим на Мишу. Настолько, что замирает сердце. Если бы я встретила его раньше, то наверняка бы перепутала.

Он выглядит моложе, на висках нет седины, лицо не тронуто морщинами. Взгляд мягкий, улыбка на губах. Телосложение не такое мощное и накачанное, как у Медведя. Словно передо мной Демин ранней версии. Бодрый, свежий, наполненный светом.

Сердце обрывается, огонёк надежды в груди гаснет. Красивый мужчина, но…

Это не мой Миша.

— Здравствуйте, — сипло произношу, не скрывая разочарования. — Если я не ошибаюсь, вы Герман? Брат жениха?

Опускаю коробку с незабудками на стол, а гость внимательно следит за каждым моим действием. Препарирует меня с точностью врача, считывает эмоции, пытается вскрыть череп и заглянуть в мозг.

— Не ошибаетесь, — усмехается он. — Надеюсь, я тоже не ошибся. Мы можем поговорить без свидетелей?

Я отпускаю Татьяну домой, и мы с Германом остаемся наедине. Закрываемся в кабинете, где три недели назад обсуждали с Мишей его свадьбу. Я заставляю себя забыть о нём, вычеркнуть из жизни все наши счастливые моменты, но силы воли не хватает. Становлюсь слабой и беспомощной при мысли о любимом. Особенно, когда вижу перед собой его точную копию.

— Наверное, вы приехали по поводу предстоящего бракосочетания? — собрав осколки растрескавшейся брони, я деловито обращаюсь к Герману. — Насколько я помню, для вас и вашей беременной супруги был организован трансфер из аэропорта напрямую в ресторан, где проходит торжество. Что-то случилось, и наши партнеры вас не встретили? Не переживайте, я разберусь! Время есть…

Покосившись на часы, я получаю острый укол в сердце. У Миши и Альбины скоро торжественная регистрация, сотрудница ЗАГСа уже на месте, готовится к церемонии. Как пережить этот день? Как не сойти с ума? Как отпустить его? Снова…

— Я немедленно позвоню перевозчику и вызову для вас машину.

Схватив планшет подрагивающими руками, я ищу свадебный проект Деминых. Открываю список гостей. Стараюсь держать лицо, хотя с каждой секундой погибает часть меня.

— Моя жена родила, поэтому я приехал один, — с улыбкой сообщает Герман. — Не переживайте, вы организовали всё на высшем уровне, однако планы поменялись.

— Что ж, — откладываю планшет. — Я вас внимательно слушаю.

— Анастасия, я к вам по личному вопросу. Очень личному, — загадочно протягивает он, раскладывает на столе какие-то бумаги. — Можете объяснить, за какие услуги Михаил перевёл вам эту внушительную сумму семь лет назад? Незадолго до того, как в последний раз ушёл в море….

Заторможено, как в замедленной съемке, я опускаю взгляд. Липкими пальцами сжимаю уголок листка. Выписка из банка расплывается перед глазами. Но я и так помню дату этого перевода, который стал прощальным.

— Ч-ч-что? В последний?

Значит, всё случилось сразу же после нашего расставания?

Лёгкие сдавливает колючей проволокой, я не могу сделать вдох. В груди полыхает пожар, кровь плавится, тело будто охвачено огнём, как в ту ночь, когда меня мучило страшное предчувствие. Я лихорадочно звонила Мише, обрывала телефон, медленно умирала, потому что он был вне сети.

Неужели это было нечто большее, чем необоснованная паника? Интуиция съедала меня изнутри, требовала спасти любимого мужчину. Если бы я могла, то поехала бы за ним, полетела на край света, но я ничего не знала о его службе. Все держалось в строжайшей тайне, а когда я попыталась что-нибудь выяснить по имени и фамилии, мне отказали, ссылаясь на то, что я Демину никто. Расписаться мы так и не успели…

Единственной ниточкой, которая протянулась между нами сквозь расстояние, стал его номер телефона. Но эта связь оборвалась после того, как мне ответила Альбина и приказала исчезнуть из их жизни. Разве у меня был выбор? Я оказалась в тупике! Я была не в силах самостоятельно найти Мишу, а он забыл о моём существовании.

Спустя столько лет я узнаю, что это был его последний рейс. Из которого он мог не вернуться живым.

Страх потерять его навсегда парализует меня, и всё остальное вдруг становится неважным.

Белый шум.

— Как пострадал Миша? — сдавленно бормочу, а слёзы градинками катятся по щекам. — Скажите мне! — срываюсь в истерику. — Миша обмолвился о пожаре на крейсере и закрыл тему.