Я смеюсь.

— И что же, Тео, ты предлагаешь на ужин?

— Давай закажем пиццу, картошку фри и пару огромных стаканов лимонада.

Я смеюсь. Кто бы мог подумать, что Тео любит такую еду.

— А как же спортивная форма?

— Хочешь, продемонстрирую?

— Слишком заманчивое предложение, Теодор. Могу не отказаться, — дразню я Тео.

Тео молча начинает расстёгивать пуговицы на рубашке.

— Стой, я пошутила! Стой! Хорошо, давай попробуем, но держи…

Не могу придумать, как правильно сказать.

Держи свой вечно каменный агрегат подальше от меня. Или держи свои руки подальше от меня.

Держи свои гормоны в узде.

Тео двумя пальцами поднимает мой подбородок, легонько касается губами моих.

— И что-то мне подсказывает, что ты думала о моём члене.

— Тео! Вот и без таких шуточек.

— Это не шуточки, иначе ты бы не злилась, — Тео начинает меня щекотать, а я извиваюсь, потираясь о него. Да нам просто противопоказано быть так близко — пара секунд, и мы уже обжимаемся.

— Тогда без этих «не шуточек», — ругаюсь на него. — И застегни наконец рубашку!

Тео смеётся, но снова расстёгивает пуговицы. Я замираю, наблюдая за его действиями. Он не собирается останавливаться. Вытягивает рубашку из брюк, полностью расстёгивает её, открывая вид на стальные мышцы пресса. Я не Дороти, и падать в обморок не собираюсь, но зрелище очень даже впечатляющее. Тео расстёгивает пуговицы на рукавах и снимает рубашку.

— И… и… что это? — сдавленным голосом спрашиваю его. Я только что попросила, чтобы он держал себя в узде, и Тео согласился… и разделся. — Ты зачем раздеваешься?

— Соня, мои вещи лежат в твоей спальне. Не против, я переоденусь в домашнее? В этом неудобно.

У меня просто пропадает дар речи. Этот самый наглый в мире человек пришёл ко мне со своими вещами.

Со своими вещами!

А что, совсем переехал? Так просто? Что даже слов у меня не находится.

Конечно, я не против!

Я была против, но он решил по-другому, а сопротивляться я уже и не хочу.

— А если бы я не согласилась? И отказала тебе?

— Соня, я умею убеждать, — громко говорит Тео, уходя в мою спальню.

Я пока нахожу ресторан неподалёку с возможностью доставки еды до порога квартиры и неплохим рейтингом. Вот уж не хочется отравиться на своём первом, но весьма странном свидании.

Тео выходит из моей спальни в одних лишь спортивных штанах, сидящих низко на его бёдрах.

— Это что?

— Домашняя шмотка, — говорит Тео, пожимая плечами. Слишком сексуальными плечами. Да он весь — просто ходячий секс.

— Ты голый.

— Нет, я в штанах. Но если хочешь, я разденусь.

— Не хочу. Я хочу, чтобы ты оделся. Ты… ты…

— Соня, твои ноги тоже голые и сводят меня с ума, но я не жалуюсь на это. Так же не жалуюсь на отсутствие лифчика. Нет, мне даже это всё нравится. Нужно же и тебе что-то приятное увидеть.

Тео забирает из моих рук телефон, листает меню ресторана, свободной рукой берёт мою руку и кладёт на свою голую грудь. Под пальцами начинает покалывать кожа — его упругая. Я уже трогала его, но больше в моменты, когда разум отключался. А сейчас просто касаюсь, знакомясь с его телом.

— Ты какую пиццу любишь?

— «Дьябло» и «Четыре сыра», — отвечаю я и краснею. Девочки должны есть вегетарианскую пиццу или «Маргариту», и то один кусочек — так всегда говорит маман. Но я люблю поесть.

— И картошку?

Я киваю. Тео целует меня в лоб и набирает номер ресторана.

— Добрый день. Две «Дьябло», «Четыре сыра», три картошки фри, четыре больших лимонада… и «Нутелла», и кокос.

Мне становится смешно. А Тео, оказывается, сладкоежка — эту пиццу я терпеть не могу, она слишком сладкая. Тео видит мой взгляд, расплывается в улыбке и подмигивает.

— Адрес записали? Наличными.

Тео отключает звонок, с улыбкой смотрит на меня.

— Что смешного?

— Ты, оказывается, сладкоежка. Кто бы мог подумать, — говорю я, пробегаясь пальцами по его груди.

— Я бы закусил тобой, — Тео откладывает телефон, подхватывает меня за бёдра, поднимает. Я обвиваю ногами его талию. — Но приходится довольствоваться другим.

Теодор

В дверь звонят, собираюсь идти открыть, но моя девочка останавливает меня.

— Ты куда собрался? — переспрашивает Соня.

— Курьер приехал, надо расплатиться.

— Вот ты молодец. Если он тебя узнает, а он по-любому узнает, и через час вместо спокойного вечера тут будут все папарацци города.

Достаю наличные и отдаю Соне. Как же мне не хочется прятаться, но в ее словах есть правда. Если меня застанут у Сони, уже утром эта новость облетит всех, а я с таким трудом добивался, чтобы моя девочка хоть немного расслабилась рядом со мной. Дальше нас ждет следующий виток отношений — это перестать прятаться, но если моей малышке удобно пока так, я согласен.

Соня забирает заказ, мило побеседовав с курьером, а я еле сдерживаюсь, чтобы не оборвать это милое общение.

— Тео, у тебя странный взгляд, — говорит Соня, прищурившись.

— Ты со всеми так мило общаешься, кроме меня, конечно.

— Хочу напомнить. Курьер позвонил в дверь, а не влез в мою квартиру, — улыбаясь, отвечает Соня, достает из пакетов коробки с пиццей.

Подхожу к своей маленькой девочке, обнимаю ее. Соня не сопротивляется, чем еще больше меня заводит. Рядом с ней у меня постоянный стояк, но не собираюсь ее торопить. Понимаю, почему она так напугана.

Самый кайфовый вечер. Мы с Соней едим пиццу, смотрим какой-то сериал, сидя в обнимку. Самый простой вечер, о таком я часто лишь мог мечтать. Хорошо, что она проснулась и застала меня в своей комнате, иначе так и сидел бы ночами, просто наблюдая за ней. Соня хоть и сопротивлялась, но все же поддалась эмоциям. Она строила баррикады, но я разрушил их, и теперь моя ласковая девочка обнимает меня, положив голову на плечо.

Звонит мой телефон, разрушая нашу идиллию. Смотрю на экран и понимаю, что не могу не ответить. Звонок от ее величества, и если я не выйду на связь, тут же начнутся активные поиски меня. Ну спасибо, тетя, только тебя мне и не хватало.

— Добрый вечер, ваше величество, — отвечаю я, не отпуская Соню. Она сначала дернулась, стараясь уйти, но я крепко держу ее одной рукой и нежно целую в щеку, чтобы девушка расслабилась. Мы просто парень и девушка, проводящие время вместе. А звонит мне не королева, а просто моя тетя.

— Теодор, все в порядке? — слышится отточенная речь королевы.

— Конечно, — спокойно отвечаю я.

— Конечно. Мне сказали, что ты не ночуешь во дворце, — королева не расшаркивается, сразу же спрашивает волнующий ее вопрос.

— Не думал, что это обязательно.

Я уже не маленький мальчик, который должен объяснять каждое свое действие; главное — не попадать в скандалы, а с этим я справляюсь.

— Где ты?

— Разве это важно? — переспрашиваю я, обрисовывая свои личные границы. Напоминаю этим тете, что я не обязан отчитываться перед ней без особых на то причин.

— Теодор. Нам не нужны проблемы, — этими словами королева объясняет все, что я должен и чего не должен делать. Хватает небольшого намека от нее, и всем понятно, что она хочет.

— Я не доставляю проблем, более того, стараюсь всегда уладить чужие, — теми же намеками отвечаю тете Катерине.

— Любой полицейский поможет тебе. А не был ли ты на той вечеринке, которая обернулась скандалом? Имя принца Теодора могло исчезнуть из протоколов.

Так вот о чем она, но это только ее личные домыслы. Я не был на вечеринке, и никаких протоколов или даже фотографий всплыть просто не может.

— Нет, — чем короче мои ответы, тем меньше будет вопросов.

— И все же ты не хочешь говорить, где ты проводишь эти дни и ночи.

— Нет.

По ту сторону повисла тишина. Не нравится мне такая активность со стороны тети; она не особо интересовалась моей личной жизнью раньше. Главное, чтобы скандалов не было. Зачем же ей знать, где я провожу ночи сейчас?