— А теперь хочу немного рассказать о наказании, — расплылся в улыбке мистер Купер. — Конечно же, нарушители покоя должны компенсировать ущерб. Поздравляю: общественные работы. Две сотни часов будет достаточно. Я даже предоставлю вам право выбора. У нас имеются: приюты и столовые для бездомных, уборка самых людных улиц вручную, ну и приюты для собак. На милых пуделей и корги не рассчитывайте. Эмми — единственная, кто освобожден от этих работ.

— А я? — громко спрашиваю.

— Ах, да, Софи. Вы были чисты, аки ангел, но драка все испортила. Вы тоже наказаны: для вас — дополнительные занятия три раза в неделю. Нужно же куда-то девать вашу чрезмерную энергию. Подойдете ко мне сейчас, я все объясню вам.

Слова мистера Купера заставили по залу прокатиться печальные вздохи. Все поникли. А я перешла из разряда освобожденных в разряд наказанных.

— Ты не расстраивайся, — поддерживает меня Эмми.

— У меня почти получилось сдержаться. Главное — чтобы к собакам не отправил, ты знаешь, я их боюсь. Остальное — ерунда.

— Давай сразу ко мне поедем.

— Да, хорошо.

Эмми провожает меня к мистеру Куперу, который сейчас разговаривает с полицейским, после чего уходит ждать меня на улицу. Директор обсуждает с полицейским, не слишком ли мягкое наказание, и интересуется, подействует ли оно. А я стою, жду и чувствую на себе взгляд Тео, от которого по коже мурашки бегут.

— Даже не вздумай ехать ночевать к Эмми, — шепотом говорит Тео, прикрывая ладонью рот.

— Много на себя берете, ваше высочество. Это не ваше дело, — так же тихо отвечаю я.

— Соня, не бросай мне вызов — проиграешь.

— Тогда точно я еду ночевать к ней.

— Твой выбор. Я приеду и заберу тебя.

— Не угрожай мне. Мне хватило проблем на сегодня.

— Соня, ты не поняла: я заберу тебя с прессой и официальным обращением из королевского двора. Я только рад не прятаться. Хотя, знаешь, лучше прямо сейчас начнем. Всех вернул обратно, а я представлю свою девушку, — шепотом говорит Тео.

Я не реагирую на его слова. Ему не удастся меня запугать. Хотя меньше всего я хочу, чтобы он так делал. Меня и так ненавидят наши ребята, и мне долго отмываться еще за обвинения Дороти. А тут я стану просто врагом номер один — посмела увести самого завидного жениха.

— Мистер Купер, — громко говорит Тео.

— Стой! — останавливаю его.

— Да, Теодор? — сразу же поворачивается директор к принцу.

— Может, вы закончите с Софи? Уже поздно, нужно думать о безопасности девушки, ей еще домой добираться.

— Ах, да. Ты прав. Софи, у вас с этого дня дополнительные три раза в неделю: вы с Робертом ходите на занятия.

— Это на какие? — переспрашиваю я.

— По боевым искусствам.

— Я? — кривым от удивления голосом спрашиваю я.

— Ну да. Вы любите драться — делайте это хотя бы по правилам. Свободны, Софи.

Вижу во взгляде Тео какой-то хитрый огонек. Ну конечно, это он постарался. Обложил со всех сторон. И нас с ним ждет серьезный разговор.

К Эмми я не поехала, извинилась, сказала, что голова разболелась. Если Тео придет сегодня, то я должна быть готова к разговору. Все происходящее сводит с ума, и это надо заканчивать.

— Софи, что творится у тебя? — с укоризной спрашивает мама, которой уже доложил мистер Купер, и она точно знает ответ на свой вопрос. Но головомойка только начинается, и маман заходит издалека.

— Я подралась с Дороти. Опять.

Мама тяжело вздыхает — один раз, второй, третий. Я готовлюсь к поучениям.

— Софи, ну почему ты не можешь вести себя нормально? Я так рада была, когда узнала, что вы не были на вечеринке. И в результате — драка.

— Мам, Дороти обвиняла меня в том, что я вызвала на них полицию.

— И что? Будь умнее.

— Мам, ты не понимаешь. Все ребята ей поверили.

— И если бы ты не полезла в драку, все поняли бы, что ты ни при чем.

Мне становится смешно. Ну да, конечно. Я видела их глаза, видела, что они верят Дороти, а получить ненависть сразу от всех — это не шутка. Меня просто-напросто потом затравят, и все. Такие конфликты надо пресекать на корню.

— Нет, мам, всем нужен козел отпущения, и я идеально подошла. И если бы я промолчала…

— Нет. Послушай меня, Софи. Когда ты с Эмми — никаких проблем нет.

Как же мне обидно за ее слова. Она не желает понимать меня. Если бы я не обращала внимания на слова Дороти, я бы настроила против себя всех. Стала бы изгоем. Я видела в глазах ребят это — они почти ей поверили. Разубедить их почти невозможно. Не знаю, помогли ли слова полицейского или слова Тео, но когда я выходила из школы, ненависти в глазах одноклассников я не видела.

Мама продолжает свою нотацию. Я успела переодеться в майку и короткие пижамные шорты, достать еды из холодильника, разогреть, налить себе большую чашку чая. Молча кушаю и слушаю поучения маман.

— Софи, Ее Величество пригласила НАС на чай.

Да ну нет. Она так выделила слово «нас», что мне тошно становится. Ну можно без меня. Только приглашения на чай не хватало.

— Я за тебя рада, мама, — стараюсь соскочить с увеселительного мероприятия.

— Ты не поняла, Софи. Она пригласила меня и тебя. И постарайся вспомнить все правила этикета до момента нашего возвращения. Не хочу опозориться перед королевой.

Ну конечно, это единственное, что волнует маму. Что подумает о нас Ее Величество.

— Мам… — тяну я, но мама меня перебивает.

— Даже не думай возражать. От такого предложения не отказываются. Подготовься, зайди к девочкам — они мерки снимут и сошьют подходящее платье.

Ну все. Теперь спорить бесполезно. Нужно молча принимать и поддакивать. Ладно, одно чаепитие во дворце — и мама мне простит драку с Дороти. Возможно, даже авансом еще парочку простит.

— А теперь, милая моя, переключайся на камеру, — командует мама.

— Это зачем? — спрашиваю я, набивая рот едой и запивая чаем.

— Хочу убедиться, что у тебя никого нет и ты не готовишь мне новых сюрпризов.

— Мам, это перебор уже.

— Софи! Сейчас же!

Я включаю камеру, переводя на видео звонок.

— Комнату, пожалуйста, — командует маман.

Обидно до жути. Переключаю камеру, показываю кухню.

— Как видишь, я одна.

— А теперь — прогулка по квартире. И не быстрая.

Это просто унижение какое-то, но я делаю то, что просит мама. Прохожу в гостиную, показывая, что у меня никого нет, дальше иду в спальню.

— Шкаф открой.

— Мам, ты серьезно? Ты считаешь, что кто-то прячется в шкафу?

— Софи, действуй.

— Да пожалуйста, — резко отвечаю я, открываю шкаф и показываю. — Давай еще под кроватью покажу, в холодильнике и в чайник обязательно заглянем. Мало ли.

— Не смешно, Софи. Ванную не забудь.

Это уже становится смешно. Прохожу в ванную, показываю туалет и заканчиваю показ коридором.

— Все?

— А теперь камеру на себя.

— Да что опять? — возмущаюсь я.

— Если ты куда собралась, то будет соответствующий макияж. Живо!

Переключаюсь на фронтальную камеру, держусь из последних сил — возмущение уже переходит все границы.

— Теперь вижу, что все в порядке. Софи, это серьезный разговор — не закатывай глаза.

— Да, мама.

Я вхожу в гостиную, смотрю на диван и останавливаюсь на месте, стараясь не подавать вида. На угловом диване сидит Тео — расслабленный, голова откинута на спинку, глаза прикрыты. Вот же наглый. Как он опять сюда проник? Но устраивать расспросы прямо сейчас не стоит.

— Софи, ты меня слушаешь?

— Да, мама, — отвечаю я, садясь на диван напротив Тео, чтобы мама его не заметила. Хочу закончить этот разговор как можно скорее. Главное, чтобы Тео сам не выдал свое нахождение у меня.

— Веди себя нормально эти дни. Иначе я тебя отправлю на уроки этикета — заодно осанку выправишь.

Тео слышит мою беседу с мамой, по его лицу расплывается улыбка. А я краснею — ну позорище, честное слово.

— Мам, может, хватит на сегодня?