— Я знаю, ты не видишь меня такой, любимый, но это факт, который мы должны принять. Через несколько лет мне исполнится пятьдесят, и вполне возможно, что я не доживу до того дня, когда наш ребёнок вырастет.

Я знал, что она права. В этом мире люди живут не так долго, как на Земле с её медициной, но старался об этом не думать и не хотел, чтобы она зацикливалась на мрачных мыслях. К тому же кто знает, может, местная магия поможет, или я что-нибудь придумаю?

Нежно поцеловал её, ощутив на губах солоноватый привкус дорожной пыли, затем взял под руку.

— Пойдём, я отведу тебя в дом и приготовлю горячую ванну.

Меланхолия Мароны тут же испарилась, как утренний туман.

— Это именно то, что мне сейчас нужно, — улыбнулась она. — Можешь показать мне ту хвалёную систему для горячей и холодной воды, о которой я так много слышала? И, конечно же, я с нетерпением жду встречи со всеми малышами. Ты привозил в Терану только Глорию, остальных я никого ещё не видела, — она снова погладила свой округлившийся живот.

— После рождения нашего малыша мы познакомим его с братьями и сёстрами.

Прямо целый детский сад собирается. И это только начало, судя по энтузиазму моих невест.

Я отвёл Марону в ванную комнату наверху, мою гордость, одно из первых усовершенствований поместья. По пути отдал распоряжения служанкам по подготовке к свадьбе, пусть справляются сами, мне хотелось лично позаботиться о своей возлюбленной.

Повернув кран, я наполнил ванну горячей водой. Нагревательные руны работали исправно, спасибо местным мастерам. В свете магических светильников кожа Мароны казалась фарфоровой, а беременный живот с нашим будущим ребёнком делал её ещё более прекрасной.

Есть что-то завораживающее в виде женщины, носящей твоё дитя.

Ванна свободно вмещала двоих — я специально заказывал такую. Пока она наполнялась, я помог Мароне со шнуровкой платья, которое явно стало ей тесновато.

— Ох, какое блаженство, — выдохнула она, осторожно погружаясь в тёплую воду. — После долгой дороги это просто спасение.

Я присел на край ванны, взял мыло местного производства, пахнущее лавандой, и начал осторожно омывать её плечи, одновременно массируя уставшие мышцы. От чуть горячеватой воды к потолку поднимался пар, создавая умиротворяющую атмосферу.

— Спасибо, Артём, — тихо прошептала Марона, откидываясь на бортик и прикрывая глаза. — Ты всегда знаешь, как обо мне позаботиться.

Мы помолчали, наслаждаясь тишиной и покоем. Вскоре усталость от долгой дороги окончательно сморила её, и она задремала прямо в остывающей воде. Я осторожно разбудил её, помог выбраться и закутал в большое мягкое полотенце.

— Ещё одно моё нововведение, — с гордостью сказал я, включая душевую лейку, чтобы она могла ополоснуться тёплой водой.

Вытерев её, я укутал свою возлюбленную в мягкий халат, подарок от Зары. Учитывая долгую дорогу и расслабляющую ванну, я ожидал, что она захочет отдохнуть.

— Кажется, я сейчас усну прямо здесь, — рассмеялась Марона, прижимаясь ко мне. — Я так по тебе скучала.

— Я тоже, — ответил я, целуя её в макушку.

— Мне, пожалуй, придётся одолжить Домашнюю Метку для личных дел, — с довольным вздохом сказала она. — Думаю, я могла бы позволить себе сбежать от обязанностей на денёк-другой, съездить сюда, а потом вернуться.

— Лучшего применения ему и не придумаешь, — я снова поцеловал Марону в плечо, вдыхая аромат лаванды от мыла, смешанный с её естественным запахом. — Мне придётся вернуться к приготовлениям. Хочешь, отнесу тебя в постель? Девочки часто заходят туда вздремнуть или покормить малышей, так что не дадут тебе скучать.

— Это было бы чудесно! — тихо рассмеялась моя благородная возлюбленная. — Кроме того, я не уверена, что сейчас смогу идти, ты меня знатно вымотал. На несколько минут я снова почувствовала себя молодой женщиной.

— Ты так расслабилась, что чуть не уснула прямо в ванной, — улыбнулся я.

Напоследок поцеловав Марону в изящную шею, я поднялся на ноги. Колени хрустнули, даже молодое тело не железное. Оделся, затем поднял свою возлюбленную на руки и понёс к главной спальне, стараясь не слишком растрясти на лестнице.

В комнате царила уютная полутьма, задёрнутые шторы пропускали только узкую полоску дневного света.

Белла сидела в кресле-качалке, кормя грудью Макса. На большом одеяле на полу возилась Мила, размахивая пухлыми ручками и ножками и явно пытаясь перевернуться. Моя невеста радостно завиляла хвостом при нашем появлении, он тут же взметнулся как флаг. Мила тоже заметила папу и радостно загулила, но Макс был слишком увлечён обедом, чтобы отвлекаться.

— Присоединяйтесь к нам! — прошептала Белла, её карие глаза светились теплом.

Предложение звучало слишком заманчиво, чтобы отказаться. Я осторожно опустил Марону на кровать рядом с Беллой, устроив поудобнее на подушках, подхватил Милу с одеяла, она тут же вцепилась крошечными пальчиками в мою рубашку, и устроился рядом с невестой, укачивая дочурку.

— Какая прелесть! — выдохнула Марона, разглядывая малышей с неприкрытым обожанием. Она протянула палец к Миле, и та, тут же схватив его, затянула в рот и начала усердно обсасывать. — Ой, кажется, она голодная!

— Она никогда не откажется плотно поесть, — усмехнулся я. — В этом пошла в папу.

Марона принялась ворковать над детьми, гладить их по головкам, восхищаться крошечными пальчиками, но вскоре усталость взяла своё: веки начали слипаться, движения замедлились. Она откинулась на подушки и через минуту уже мирно посапывала под убаюкивающие звуки сосущего молоко младенца.

— Зара снова тебя искала, — прошептала Белла, прижимаясь мягким бархатным ухом к моей щеке. Ощущение такое, как будто погладили нежным мехом. — Нужно подогнать твой свадебный камзол, говорит, в плечах тесноват. — Она подняла на меня тёплые карие глаза, и они озорно блеснули. — Хотя не стану возражать, если ты захочешь составить нам компанию ещё немного.

Я улыбнулся и нежно поцеловал её, стараясь не потревожить Макса. Перевёл взгляд с сына на дочь. Оба унаследовали чёрные волосы Беллы, а у Милы уже начал проявляться синий цвет моих глаз.

— Должно быть, я сплю, — пробормотал я. — Всего через несколько дней стану твоим мужем. Нет на свете человека счастливее меня!

Чуть не ляпнул «в двух мирах», но вовремя прикусил язык. Быстро глянул на Марону, она продолжала мирно спать, черты лица расслабленные и умиротворённые. Белла знала о моём происхождении, но при Мароне лучше об этом не упоминать.

Моя прекрасная невеста тихонько захихикала, чёрный пушистый хвост яростно замолотил по моему боку, щекоча даже через рубашку. Потом она вздохнула и положила голову мне на плечо, тёплая и уютная.

— А я стану твоей женой, — она с обожанием посмотрела на наших детей. — Мы все будем носить твою фамилию.

Я усмехнулся и поцеловал её в бархатное ушко, Белла вздрогнула от удовольствия, они у неё очень чувствительные.

— Белла Крылова. Звучит красиво, — пробормотал я.

На Земле я бы пошутил про аллитерацию имён супергероев, но здесь это никому ничего не скажет, поэтому просто крепче прижал к себе невесту и детей, наслаждаясь ещё несколькими драгоценными минутами покоя.

— Знаешь, — тихо сказал я, глядя на мирно спящую Марону, — иногда мне кажется, что это всё сон. Что я проснусь в своей однушке в Москве, опять опоздаю на работу, и начальник будет орать…

— Это не сон, — Белла погладила меня по руке. — Мы настоящие, твоя семья настоящая, и мы тебя очень любим.

В этот момент Макс наконец наелся и отвалился от груди с довольным причмокиванием. Белла подняла его к плечу и начала поглаживать по спинке, чтобы вышел воздух. Малыш выдал впечатляющую отрыжку и тут же начал клевать носом.

— Вот и славно, — прошептала Белла, укладывая сына в колыбельку рядом с креслом. — Теперь оба сытые и довольные.

Мила тем временем выплюнула палец Мароны и переключилась на мою рубашку, пытаясь затянуть пуговицу в рот. Я осторожно отнял добычу, заменив её на специальную деревянную игрушку-грызунок.