— Ничего, я прекрасно понял, что это шутка. Наша бабушка достаточно эпатажная женщина, но другой она и быть не могла для того, чтобы выжить в серпентарии местного высшего света, да ещё и в своём статусе.

— Да уж, что ни говорите, а о вашей бабушке слышала даже я. Едва ли не единственная женщина-архимаг в Российской империи, ныне живущая, при этом получившая данный статус с пассивным навыком. Это же сколько труда было вложено, изысканий…

— О, да! Познакомившись поближе с некоторыми представителями высшего света, я тоже горжусь Елизаветой Ольгердовной. Это же какая выдержка спасать с поля боя этих засранцев, вместо того чтобы скормить их своему воинству.

Алиса рассмеялась.

— Вы знаете, она для меня пример не только в вопросах стойкости, но и в некоторых моральных ориентирах. Однажды, потеряв мужа, она так и не вышла замуж. Возможно, конечно, это было продиктовано тем, что вдова имеет несколько больший спектр возможностей, чем дама замужняя, подчиняемая мужу, однако же, когда я оказалась в подобном статусе, я решила, что её пример достаточно хорош и информативен, и решила поступить так же, не стремясь повторно выйти замуж. Тем более возраст у меня такой, что один раз ошибившись, можно всю жизнь промучиться.

Я не стала раскрывать девушке подробности о том, что знаю и про её статус, и про её исключительные магические способности. С другой стороны, я всё же решил уточнить:

— И что? Неужто мурза никаким образом не влияет на вас в вопросе выбора спутника? Ведь то представление, маленькое, которое вы разыграли для меня вместе с братом главы клана, было достаточно ярким. Мне показалось, что оно имело под собой минимальные основания.

— Простите, честно говоря, для меня это была исключительно работа по профилю. Нужно было сыграть правдоподобно — я это сделала. На кону стояла жизнь главы клана, и я не имела права ошибиться. Поверьте мне, с одной стороны, очень жаль, что наше знакомство началось с этого. А с другой стороны, я очень рада, что согласилась тогда на выполнение задания от эфенди и свела с вами и с вашей сестрой столь интересное знакомство. Друзей у меня за последние годы в империи не прибавилось. Именно поэтому я с головой ушла в работу, чтобы хотя бы так вернуться в те места, где когда-то была в детстве счастлива. Но, надеюсь, появится что-нибудь ещё, что, может, меня удержать в столице и слегка изменить вектор постоянного ветра странствий.

Вот за таким милым разговором мы добрались до окрестностей гробницы. Сейчас, при свете дня, она не выглядела угрожающе, но так было лишь если смотреть на неё обычным человеческим зрением. Если перейти на магическое, то гробница просто-таки клубилась тьмой, и тьма эта была совсем не такого толка, как у тех же Тенишевых. Это была какая-то другая тьма, отчасти хищная, злая, нервная. Не знаю почему, но клубящаяся внутри гробницы сила очень напоминала мне разбуженного посреди зимней спячки медведя, который ворочался, злился и пытался уснуть, но у него ничего не получалось. И сейчас эта сила точно так же ворчала, рычала, ворочалась и пыталась заново улечься удобней после тысячелетий сна, но у неё тоже ничего не выходило. Так себе перспективка, жить рядом с таким бурлением силы, если честно.

При этом из той же гробницы периодически выстреливали как будто бы усики-щупы, как язык змеи, которым она щупала воздух. Что-то подобное, только чёрными плетями, выстреливало из гробницы на расстоянии от трёх до пяти метров, как будто бы прощупывая, не появился ли кто-то в радиусе безопасного периметра вокруг гробницы.

Я осторожно выставил руку, останавливая Алису.

— Дальше нам хода нет, — предупредил я её.

Она замерла.

— Вы что-то почувствовали или увидели?

Я передал девушке свою ассоциацию обитателя гробницы с разбуженным медведем. Девушка понятливо кивнула.

— От чего-то я не удивлена после всего произошедшего. Удивительно, как это у него ещё не появилось желания всех нас извести на фарш.

Я попытался прислушаться, но всё же каких-либо ещё эмоций не ощутил.

— Можете посмотреть что-то с такого расстояния?

Расстояние в пять метров нельзя было назвать малым либо большим, но этого было достаточно, чтобы рассмотреть некоторые рисунки и резьбу на каменных ступенях пирамиды. Ведь пирамида эта, если присмотреться, имела не совсем египетский, так сказать, вариант. Откуда-то в памяти всплыло, что пирамиды в принципе делались несколькими вариантами укладки: либо из относительно малых блоков, как из кирпичей, выкладывались ярусы, оставляя места под камеры погребения и проходы, либо подобные ярусы выкладывались из огромных плит сразу ярусом как корж торта. Передо мной же был явно третий вариант: как будто бы существовавшую скалу преобразовали в пирамиду, выдолбив из скалы эту сложную стереометрическую фигуру. То есть это был один цельный кусок, не то камня, не то ещё чего-то, пропитанный магией настолько, что сам по себе уже давным-давно являлся артефактом.

Просто удивительно, как всех исследователей не убила сила, исходящая от гробницы. С другой стороны, гробнице, вероятно, несколько десятков тысяч лет или несколько тысяч лет. Если бы она убивала любого, кто к ней просто прикоснётся даже по незнанию, то здесь бы высота костей над пирамидой была гораздо выше, чем высота самой пирамиды. А потому, видимо, она, как артефакт, реагировала исключительно на попытки её разграбить либо разрушить.

Я рассказал свои наблюдения Алисе про цельный камень и выдолбленную пирамиду из него. Девушка наморщила носик, пытаясь сообразить что-то.

— Вы знаете, отчасти что-то похожее я видела как в Месопотамии, так и в Индии. Они там тоже любители создавать храмы из цельного массива скалы. Понятно, что маги земли могут многое, а если у них есть ещё и художественный вкус, то они просто сотворят чудеса. Близ города Петры в красных песчаниках вытёсывались храмы с огромными статуями, а в Индии и вовсе почти три десятка пещер превратили в храмы в Эллоре. И там камень гораздо сложнее обрабатывается, чем песчаник. Но всё это совершенно никак не вяжется с нашим Причерноморьем. В конце концов, максимум, что здесь можно было найти, это следы греков, римлян, ну, возможно, ещё кочевых племён, которые к нам приходили из-за Урала или Азии: скифы, сарматы, печенеги, половцы. По большому счёту, чуть древнее оных, возможно, были киммерийцы, но и то их практически все считают полумифическими, даже те же римляне. И это в наше-то время, когда существование большинства из народностей было доказано! Я не представляю, кто здесь может лежать.

Я же напряг зрение и принялся всматриваться в ярусы пирамиды, на которых были изображены всевозможные значки, завитушки, точечки, чёрточки. Бесспорно, часть из них имела мягкие изгибы, а часть и вовсе казалась как раз-таки рисунками уровня «палка, палка, огуречик». Более того, некоторые из отметин, я бы сказал, что оставлялись явно не человеческой рукой, а когтями неких существ. Последние больше всего меня заинтересовали.

— Алиса, у вас нет с собой какого-нибудь блокнота и грифеля либо артефакторного пера? — поинтересовался я.

— Конечно, есть, — кивнула девушка и вынула откуда-то из кармана брюк небольшой ежедневник и карандаш.

— Я вам сейчас попробую зарисовать то, что вижу на ярусах пирамиды, а вы потом в спокойной обстановке изучите и сравните с тем, что вам показали научники нашего Костомарова. Вот только, честно, пишу и рисую я как курица лапой по некоторым причинам, хоть и искренне стараюсь устранить сию оплошность.

Объяснять причину отсутствия каллиграфического почерка, который с детства ставят всем дворянам, я не стал. Для меня благо, что рука хотя бы приобрела нормальный вид, а письмо — дело десятое.

— Сделаю всё, что в моих силах дабы предоставить вам как можно более точный образец для сравнения.

Алиса протянула мне блокнот, но в тот момент, когда моих пальцев коснулся брусок карандаша, из него разом выскочило множество игл, как у ёжика, поранив мне руку, а местами и проткнув пальцы насквозь. Ладонь заполнилась кровью и несколько капель успели пролиться на песок.