— Марго… Выходи по-хорошему… — уже не кричал, а именно рычал на меня мужчина, и в этом рыке слышалось обещание немедленной расправы, если я не поступлю, как он велит.

Дрожащими руками я, сделав глубокий вдох, снова открыла дверь. Тимур молниеносно подошёл вплотную, прижимая меня спиной к стене. Резкими движениями мужчина стянул с меня халат и бросил на пол.

— Ты с колен не встанешь, я тебе обещаю, — тихо, почти интимно прошипел он, приближая свое лицо к моему, сжимая мое горло двумя руками так, что в висках застучало. — Я затрахаю твой рот до мозолей, сука.

Я сглотнула комок в горле, попыталась что-то вымолвить в оправдание, что это не я, что это его слуги меня так подставили, но мои губы шевелились, выдавая только шепот. Меня не хотели слушать. Его мужские губы, жесткие и требовательные, приникли к моим в поцелуе, больше похожем на наказание, и не ответить ему было нельзя.

Тимур пожирал меня своим ртом, не давая даже стонать, не давая украдкой глотнуть воздуха. Его руки держали меня в железных тисках.

— На колени, — отрывисто приказывает он мне и, вцепившись в волосы, с силой тянет вниз, к полу.

Правой рукой он расстёгивает пряжку дорогого кожаного ремня и ширинку своих брюк. Я чувствую, как он бьёт меня обнажённым, твёрдым как камень членом по губам, а затем прижимает его горячей кожей к моей покрасневшей щеке. В комнате стояла мёртвая тишина, нарушаемая лишь нашим прерывистым дыханием.

— Если я ещё раз проснусь и тебя не будет рядом, то я тебя пристегну к кровати на цепь, — говорит со злостью, приоткрывая мой рот и проталкиваясь внутрь членом.

Я недовольно промычала в ответ, пытаясь оправдаться, но мне не позволили.

— Если ты ещё раз скажешь мне что-то про своих бывших, которые трахали тебя лучше, чем я… — Тимур протолкнулся в горло до упора и задержался там на несколько мгновений. — …будет ещё хуже.

— Давай, покажи, что ты меня поняла, — убирает свой пах дальше от меня, чтобы я сама потянулась вперёд и послушно ласкала член.

Чем дольше я медлю, тем суровее становится лицо Тимура. Он уже сжал зубы и хотел отойти от меня, но я схватила его за ногу.

— Я поняла, — сказала ему и нежно поцеловала напряжённый ствол у основания.

Смотрит на меня с ожиданием. Всё-таки мне хотелось остаться с ним. До этого мне говорили наоборот: «Да иди ты куда хочешь, кому ты нужна». Возможно, я и Тимуру не нужна, и его ревность наигранная и ситуативная, но мне хотелось верить, что он действительно так сильно приревновал. Хочется верить в лучшее.

Я провела языком по всей длине, смотря, как мужчина закусывает нижнюю губу, смотря на меня. Сдерживает стон.

— Активнее, — даёт мне команду, не показывая вида, что он уже доволен.

Обхватываю член рукой и беру его губами. Делаю несколько движений вперёд-назад, вбирая плоть до середины. Смотрит уже одобрительно, гладит меня левой рукой по волосам. Закрывает глаза.

— Ах! — уже не держит стон внутри.

Работаю ртом, как умею, пытаюсь впечатлить мужчину. Его лицо меняется на блаженное.

— Давай, Марго, возьми его глубже, — подсказывает мне, что делать.

— А-а-а… — стонет протяжно, сжав зубы от ощущений.

Меня заводит его реакция. Будто я делаю что-то настолько замечательное, что взрослый мужчина не может сдержаться.

— Марго… Возьми глубже… — просит меня, и я ускоряю темп. Вожу рукой и губами по стволу, добиваясь извержения.

Тимур пошатнулся на месте и упёрся рукой в стену за моей спиной. Нехотя открыл глаза и посмотрел на меня довольно. Потом вдруг склонил голову, разглядывая что-то. Его семя дорожкой текло по моему подбородку, шее и скатывалось в ямку между больших грудей.

— Откуда у тебя это бельё? — заметно напрягается.

— Мне его купили твои слуги, — сдаю с потрохами своих защитников.

— Зачем? — поднимает одну бровь.

— Лучше тебе спросить у них.

— А ты принимаешь любые подарки, да?

— Они хотели, чтобы я выглядела красиво.

— Для массажиста старались? — припечатывает меня взглядом.

— Для тебя. Чтобы я была красивой, когда ты вернёшься.

— С чего это вдруг? Чтобы ты окрутила меня, а потом сбежала?

— Да я никуда не сбежала, я здесь.

— Но хотела.

— Ты меня разозлил.

— А ты сбежала прямо из моей постели, — выдыхает с обидой.

Делает несколько шагов назад и застёгивает штаны, пряча опавший член.

— Мне стало стыдно. Я такое делала с тобой и не хотела, чтобы ты пристыдил меня утром.

— И что ты такого делала?

— Минет… — произношу шёпотом.

Усмехается, не понимая, в чём проблема.

— И что в этом такого? Женщина обязана его делать, это как леденец пососать.

— Я не такая раскрепощённая, как другие девушки.

— Не заметил, раздеваешься перед всеми — и в студии, и сегодня, — поддел меня Тимур.

У меня загорелись щёки от стыда. Я поднялась на ноги и зашла в ванную комнату, чтобы умыться. Я бы сказала, что я мягкая и не люблю спорить. Верю людям. Пока ничего плохого не случилось. Массаж был хороший, фотографии получились великолепные.

Я слишком долго задержалась у зеркала, и Тимур, не дождавшись меня в комнате, сам подошёл и встал за спиной. Погладил меня левой рукой по щеке и, запрокинув голову, нежно поцеловал. Спустя пару минут, когда я начала постанывать ему в губы, отстранился.

— Помочь тебе кончить? — спрашивает заботливо, смотря на меня в отражение, и тянет лямку бюстгальтера с левого плеча.

Смущённо смотрю в ответ.

— Нужно говорить о своих желаниях, иначе они никогда не исполнятся, — шепчет мне, целуя за ухом.

Сжимает большой ладонью левую грудь, протиснувшись под большую чашечку лифчика.

— А как ты это сделаешь? — спрашиваю, прикрыв глаза от мурашек по спине.

Целует плечо и сжимает твёрдый сосок между пальцев.

— Я тоже кое-что умею, — отшучивается и стягивает с меня полностью бельё.

Смотрит на мои груди в большое зеркало и довольно улыбается, будто выиграл в лотерею. Двумя руками подкидывает их и наблюдает, как бюст колышется.

— Хочу, чтобы ты залезла сверху и прижалась своими сиськами к моему лицу, они просто огромные, — не удержался мужчина от неприличного высказывания. — Пойдём, проверим, понравится мне или нет.

Я покраснев, как свёкла, шла за хозяином дома. Тимур развалился на кровати и, поняв, что я медлю, потянул к себе за руку. Усадил на свой живот и потянул за спину вниз, чтобы я легла грудью на его лицо. Тимур нахально начал кусать меня за твёрдые соски. Убрал руки со спины на груди, сжимая их, лицом довольно тёрся о нежную кожу. Кажется, он даже начал урчать. Я почувствовала и стыд, и позор, и сладкое возбуждение. Между ног появилась предательская пустота, намекая, что пора бы уже засунуть туда твёрдый член.

Горячие, страстные поцелуи на моей груди не остановились. Тимур рывком поднял мои бёдра и, уже заведённый, пополз вниз. Я втянула живот со страха, боясь, что он ему не понравится, но мой живот Тимура не интересовал. Мужчина двинул мои бёдра на себя так, что я промежностью оказалась на его лице. Я попыталась отстраниться, но Тимур прижал мои бёдра крепче, втянул нежные половые губки в свой рот. Я выгнулась от ощущений, попыталась отстраниться снова, но на меня недобро рыкнули.

— Сидеть!

И я сидела. Горячий язык скользнул по клитору и обратно, упёрся в половые губы. Проталкивающими движениями раздвинул их в стороны и начал ласкать дырочку внутри. Помог себе руками, чтобы затолкать язык поглубже в лоно.

— Тимур! — выгнулась в спине и сама же инстинктивно двинула бёдра на его лицо.

Мужчина попытался задать мне темп, чтобы я насаживалась дырочкой на его горячий язык. Я несколько минут сопротивлялась, боролась с собой и со стыдом. Тогда Тимур начал лизать меня и посасывать клитор. В какой-то момент я расслабилась и начала получать дикое удовольствие уже без стыда.

— Тимур! — двигаю бёдрами, чтобы мужской язык поглубже проник в дырочку.