Новая любовь, новая жизнь Сердце, сердце, что такое? Что смутило жизнь твою? Что-то странное, чужое, – Я тебя не узнаю! Все прошло, что ты любило, Все, о чем ты так грустило, Труд и отдых – все прошло. До чего уже дошло! Иль тебя цветком росистым Эта девственность чела, Взором кротким, нежно-чистым, Своевольно увлекла? Вдруг хочу от ней укрыться, Встрепенуться, удалиться, Но мой путь еще скорей Вновь – увы! – приводит к ней! И меня на нити тонкой, Безнаказанно шутя, Своенравною ручонкой Держит девочка-дитя. Красоты волшебной сила Круг заветный очертила. Что за странность – как во сне! О любовь, дай волю мне! Белинде
О, зачем влечешь меня в веселье, В роскошь людных зал? Я ли в скромной юношеской келье Радостей не знал? Как любил я лунными ночами, В мирной тишине, Грезить под скользящими лучами, Точно в полусне! Сном о счастье, чистом и глубоком, Были все мечты. И во тьме пред умиленным оком Возникала ты. Я ли тот, кто в шуме света вздорном, С чуждою толпой, Рад сидеть хоть за столом игорным, Лишь бы быть с тобой! Нет, весна не в блеске небосвода, Не в полях она. Там, где ты, мой ангел, там природа, Там, где ты, – весна. На озере И силу в грудь, и свежесть в кровь Дыханьем вольным пью. Как сладко, мать-природа, вновь Упасть на грудь твою! Волна ладью в размер весла Качает и несет, И с вышних гор сырая мгла Навстречу нам плывет. Взор мой, взор, зачем склоняться? Или сны златые снятся? Прочь ты, сон, хоть золотой, – Здесь любовь и жизнь со мной! На волнах сверкают Тысячи звезд сотрясенных, В дымном небе тают Призраки гор отдаленных, Ветерок струится Над равниною вод, И в залив глядится Дозревающий плод. Осеннее чувство Тучней зеленейте, Виноградные лозы, Взбираясь к окну моему! Полней наливайтесь, Густые гроздья, и зрейте Быстрее, пышнее! Вас греет, Как лоно матери, Прощальный взор солнца; Вас обвевает Плодотворящая ласка Благого неба; Вас освежает Дружественный месяц; Вас орошают Из этих глаз Крупные слезы. Покаяние О мой Творец! О Боже мой, Взгляни на грешную меня: Я мучусь, я больна душой, Изрыта скорбью грудь моя. О мой Творец! велик мой грех, Я на земле преступней всех! Кипела в нем младая кровь; Была чиста его любовь; Но он ее в груди своей Таил так свято от людей. Я знала все… О Боже мой, Прости мне, грешной и больной. Его я муки поняла; Улыбкой, взором лишь одним Я б исцелить его могла, Но я не сжалилась над ним. О мой Творец, велик мой грех, Я на земле преступней всех! Томился долго, долго он, Печалью тяжкой удручен; И умер, бедный, наконец… О Боже мой, о мой Творец, Ты тронься грешницы мольбой, Взгляни, как я больна душой! Приветствие духа На старой башне, у реки, Дух рыцаря стоит И, лишь завидит челноки, Приветом их дарит: «Кипела кровь и в сей груди, Кулак был из свинца, И богатырский мозг в кости, И кубок до конца! Пробушевал полжизни я, Другую проволок: А ты плыви, плыви, ладья, Куда несет поток!» Завещание Есть место: близ тропы глухой, В лесу пустынном, среди поляны, Где вьются вечером туманы, Осеребренные луной… Мой друг! ты знаешь ту поляну; Там труп мой хладный ты зарой, Когда дышать я перестану! Могиле той не откажи Ни в чем, последуя закону; Поставь над нею крест из клену И дикий камень положи; Когда гроза тот лес встревожит, Мой крест пришельца привлечет; И добрый человек, быть может, На диком камне отдохнет. К месяцу
Снова лес и дол покрыл Блеск туманный твой: Он мне душу растворил Сладкой тишиной. Ты блеснул – и просветлел Тихо темный луг: Так улыбкой наш удел Озаряет друг. Скорбь и радость давних лет Отозвались мне – И минувшего привет Слышу в тишине. Лейся, мой ручей, стремись! Жизнь уж отцвела. Так надежды пронеслись; Так любовь ушла. Ах! то было и моим, Чем так сладко жить, То, чего, расставшись с ним, Вечно не забыть. Лейся, лейся, мой ручей, И журчанье струй С одинокою моей Лирой согласуй. Счастлив, кто от хлада лет Сердце охранил, Кто без ненависти свет Бросил и забыл – Кто делит с душой родной, Втайне от людей, То, что презрено толпой Или чуждо ей. |
