Море упругой волной набегает на берег, утягивает в свои глубины песок. А взамен выкидывает на сушу дары, что скрыло в своих недрах, совсем как неумелый ребёнок. Щепки – осколки чужих кораблей, надломленные амфоры, некогда полные масла, ракушки диковинных форм, коряги, напоминающие чудовищ. Я пока не рискую подойти к воде ближе, не хочу, чтобы стражи, окружившие меня кольцом, измочили свои сапоги. Может, это и странно, но мне стыдно при них поднимать с песка прихотливые дары моря. Хотя было бы любопытно раскрыть несколько раковин, поискать в них жемчуг. Говорят, его именно так и находят.

Соленый ветер отгоняет зной, треплет мои волосы, собранные в прическу умелыми руками служанки. Я безумно скучаю по детям, мне так хотелось бы показать им всю эту невозможную красоту, насладиться вместе прогулкой вдоль берега. Скорей бы их вернул мне Адриан. Так хочется верить, что всё у нас сложится.

Внезапно от замка отделилась фигура растрёпанного паренька, даже мальчишки. Я его уже видела раньше во дворе. Парень бежит быстро, словно летит, мне даже кажется, что он бежит, совсем не касаясь песка. Тонкая фигура машет руками, что-то кричит.

- Прошу извинить, госпожа, но нам придется задержаться на несколько минут, - мягко проговорил Элиос, и все стражи замерли, а Кирия и вовсе взяла меня за ладонь. Боится, что убегу?

- Первородный Элиос, - запыхавшись, кланяется этот почти ребенок, - Там прибыл оборотень. Все говорят, что он маг. У него в руках перстень нашего господина. Он просит вас подойти. Кажется, что-то случилось.

- Иди, - эльф отпустил мальчишку и обернулся ко мне, намереваясь что-то сказать.

- Адриан. С ним что-то случилось? - я пошла следом за пареньком, ступила в горячий песок, не зачарованный магом, чуть не взвыла от боли, от нестерпимого жара. Эльф тут же подхватил меня на руки. Я даже не поняла, как он успел подойти ко мне так быстро.

- Госпожа, с хозяином все хорошо. Я уверен.

- Тогда почему у чужака его перстень?

- Сиятельный Адриан мог передать в руки чужака свой перстень в знак доверия. Вам не о чем волноваться, - с пальцев эльфа сорвалось волшебство, в мгновение охладившее мои ступни. Он держит меня перед собой на вытянутых вперед руках, словно высшую награду, знамя, но точно не живую женщину. Боится прижать к себе.

Кирия подбежала, наносит мазь на голые ступни, она обволакивает обожжённые ноги приятной прохладой. Подол платья задирается чуть вверх, Эльф отводит в сторону взгляд, искривляет шею, будто калечная птица, не смеет смотреть на сокровище своего господина. Его ресницы трепещут.

- Поставьте меня на песок!

- Я не смею. Вы – самое дорогое, что есть у нашего господина. Мне приказано защитить вас от всех мыслимых бед, - голос эльфа пронзителен, чист, звенит в иссушённом воздухе. Он несет меня по пескам, то и дело, проваливаясь, до самой тенистой дорожки у замка. И только тут ставит на землю. Кирия торопится облачить мои ноги в мягкие туфли. Я стыжусь чувствовать себя госпожой, мне совсем не привычно такая забота.

От замка отделилась фигура мужчины, он идет в нашу сторону. Сухощавый, чуть сгорбленный, драгоценный наряд мужчины спрятан под добротным плащом, только волосы его трепещут на морском ветру. Не сразу я узнала в незнакомце оборотня. Старик улыбается, перебирает чётки в руке.

- Истинная королева! - восклицает он, - Самая прекрасная из всех женщин, которых мне довелось увидеть. А поверьте, жизнь моя была долгой и полной чудес. Доброго вам дня, госпожа Талила.

- Вы?

- Я – начальник гарема по воле сиятельного Адриана. Единственный, кто может проникнуть в ваши покои без стука.

- Как я рада!

- Уверяю, не больше, чем я сам.

К оборотню подходит начальник стражи, сверяет печатку на перстне, только после этого позволяет старику подойти ближе. Он сияет доброй улыбкой, и мне так не терпится задать добрую сотню всевозможных вопросов. Узнать, наконец, о судьбе Лейлы, о том, что происходит снаружи этого замка. Кто знает, может быть, оборотню известен и драконов секрет рождения близнецов?

Нас обоих проводят в личные комнаты Адриана. Кирия суетится, подаёт оборотню стопку чистой одежды, что-то торопливо шепчет на ухо.

- На все воля сиятельного Адриана, да будут длинны его дни и полны счастья. Прикажите прибрать мою личную комнату.

Кирия ушла, и мы наконец-то остались одни.

- Лейла? - спешу я задать вопрос.

- Не торопись. Лучше подай старику бокал холодного морса. Такая жара! Лошадь я так и не нашел, пришлось бежать на своих четырех лапах. Ох уж и забрался этот твой Адриан.

- Да, конечно, - тянусь я к пузатому графину. Ума не приложу, откуда он взялся в моем будуаре. Наполняю пузатый бокал. Оборотень с видимым удовольствием пьет, медленно расстегивает на плаще зеленую фибулу своими крючковатыми пальцами, складывает его аккуратно, неторопливо водружает на спинку высокого кресла, причмокивая губами. Я с нетерпением жду.

- Лейла, мерзавка такая, удрала из родительского дома.

- Она жива?

- Не думал, что тебя настолько волнует судьба этой женщины, - оборотень развернулся к окну, задумчиво раздернул в стороны тонкие шторы, - Какой удивительный сад! И что я вижу? Персики в самом соку! А не прогуляться ли нам, прекрасная королева? - спросил он, шутя.

- С радостью. Вы мне всё расскажете, - я чуть замялась, - о слухах, что гуляют в столице?

- С большим удовольствием, идём, дорогая. Я же прав, в сад ведет лестница из этого коридора? - обратился он к Кирии.

- Я провожу вас.

- Зачем же? Отдыхайте, я сам позабочусь о любимой наложнице нашего господина. Мы с сиятельным Адрианом давно знакомы, смею вас заверить, он полностью мне доверяет. И со мной его наложница будет в полном комфорте. И волосинка не упадет с ее прекрасной головки. Снаружи так жарко, вечер наступит еще не скоро. У вас впереди столько дел, - прицокнул он языком.

Кирия неохотно согласилась, кивнула и удалилась подбирать белье для комнаты управляющего гаремом. Я так поняла, что она еще не слишком готова.

Оборотень вышел со мной в коридор, проводил к нужной лестнице. Перила черного дерева разукрашены инкрустацией из латуни, стены белые, внизу черная плитка. Перед дверью наружу устроился в нише высокий страж. Оборотень ему только кивнул, и мы легко вышли под сень зелёного сада. Тут темно и прохладно, золотистые персики норовят прикоснуться бархатной кожей к рукам. Один из них сорвал и покрутил в руке оборотень, не торопясь поднести к губам.

- Я очень рада, что вы теперь здесь.

- Хм, я тоже очень доволен своим положением. Признаться, и не рассчитывал.

- Что в столице? Вы видели Марека? Софию?

- Видел, как их обоих сажали в карету. О детях можешь не волноваться.

- Точно?

- Пока я в этом уверен, - надкусил он спелый плод, и сок капнул на сухую землю, - Лейла сбежала, я почти в этом уверен. Адриан ее точно не тронул. Надеюсь, он найдёт эту мерзавку. Девушка весьма не проста. От нее стоит ждать если не беды, то серьёзных неприятностей.

- Что означает рождение близнецов у дракона?

Старик сощурился, его лицо приняло невероятно хитрое выражение. Он неторопливо доел персик и выбросил косточку в гущу кустов.

- Любое семя может породить плод. Редко два. Не всегда это сулит счастье. Ты очень умна, Эрика. Наделена редким даром. Боги вверили в твоё сердце любовь, и ты смогла ее сохранить. Подарили таких детей, которых в этом мире не видели целое тысячелетие. Все это большая удача. И я бы, не стану кривить душой, хотел отщипнуть себе махонький кусочек от нее. Крошку. Позволишь?

- Что вы имеете в виду? - насторожилась я.

- Я поклянусь оберегать твоих детей и тебя как свою стаю, которой у меня, впрочем, никогда не было. Расскажу все, что знаю. А взамен, ты дашь мне слово, никогда не отстранять меня от своей семьи. Я хочу быть нужным. Помогать и заботиться. Это так мало. Позволишь мне быть свидетелем вашего счастья? Стать названным дядюшкой твоих малышей?