Девушка приветливо улыбнулась:

— Рути, я пришла напомнить, что тебя ждет Сесилия на примерку.

— Как, так быстро? Я думала это займет гораздо больше времени.

— Ты забыла, что у нее есть помощницы, которые очень хорошо знают свою работу, — сказала она, немного задумалась и добавила: — У лорда Гуаморо вообще все слуги очень добросовестно выполняют обязанности. Мне, как управляющей, никогда не приходится краснеть за них.

Тут я была с ней полностью согласна.

— И еще... — Кэт перешла на шепот, — я должна тебе сказать. Я видела в твоей комнате леди Френсис, когда вы были с лордом и детьми на прогулке. Она зашла и не закрыла за собой плотно дверь. Но что она там делала не смогла рассмотреть, как ни старалась.

Я с удивлением посмотрела на Кэтрин. Было над чем подумать. Я осмотрелась по сторонам, вроде бы все было на своих местах, кроме одного. Нигде не было видно Незлобина. Его облюбованное кресло пустовало.

— Кэтрин, ты не видела моего кота?

— Нет.

— Странно, на прогулке с нами его тоже не было.

— Может он просто нежится где-нибудь на солнышке в саду?

— Не думаю с его характером он скорее всего будет нежиться под луной темной ночью. Кэтрин засмеялась.

— Ну что, поспешим, нас уже ждут, — поторопила она.

— Если вдруг у тебя дела, я могу сходить сама.

— Что ты, лорд еще с утра приказал мне сопровождать тебя.

— Мне неудобно, я просто служанка. Лорд проявляет такую заботу по отношению ко мне. — Да, соглашусь. Не замечала ранее за ним подобного по отношению к предыдущим няням. Но дело в том, что ни одна из них не задержалась в поместье, потому что племянники милорда просто вынуждали их бежать без оглядки. Они еще те проказники. Но ты им явно пришлась по душе, я их просто не узнаю.

— Открою тебе тайну, я их тоже полюбила всей душой. Лорд постоянно на службе, родителей нет. Видела бы ты, как они радовались утренней прогулке. За этой беседой мы вышли из комнаты и пошли в портновское помещение. Нас уже ожидали.

В просторной комнате ощущался едва уловимый запах роз. Мягкий ковер с цветочным орнаментом, удобные кресла вдоль стен и большой портновский стол с разными швейными аксессуарами, вершиной которых была дюжина ножниц из серебра с забавными рукоятками украшенными художественной ковкой. Одни из них напоминали диковинных птиц, клюв которых резал ткань, а колечки для пальцев обвивала виноградная лоза с кистями, другие всей формой напоминали сидящего дракона, в замысловатых украшениях. Одним словом — красотища.

— Леди Рутгерда, прошу вас раздеться, — обратилась ко мне портниха и жестом указала на резную ширму.

— Раздеться?

— Ну, да, совсем.

— Как совсем? — я недоумевала и смущалась.

— Во время примерок всегда так нужно делать, — шепнула мне на ухо Кэтрин.

— Я подожду тебя здесь, — сказала она и присела на кресло, над которым висела картина из гобелена внушительных размеров.

«Не дай Бог, чего доброго упадет на голову», — я зашла за ширму, начала раздеваться. Я стояла совершенно голая, кроме одной детали — на моих ногах остались любимые туфли из атласа. Они точно никаким образом не помешают примерке.

— Вы готовы?

— Да, — находясь в полном смущении ответила я, не зная какие места важнее прикрыть руками, которых у меня всего две.

Появились две служанки, которые держали на руках совершенно готовое платье. Я была удивлена, ведь в моем мире слово «примерка» в ателье, означало только одно, все шито белыми нитками, а о готовности и думать нельзя. Я даже не успела опомниться, как меня облачили в нечто воздушное, но в тоже время очень многослойное.

— Ну-ка покажись, — вдруг перешла на ты Сесилия. Я вышла из-за ширмы.

— Рути, ты настоящая красавица в этом наряде, — восторженно произнесла Кэт.

— На мой взгляд у вас отличная фигура, так что мне не нужно будет что-то ушивать или перешивать. Я только добавлю немного драгоценных камней, чтобы они как звезды мерцали на ткани, — сказала портниха, после того как несколько раз обошла меня со всех сторон придирчиво рассматривая свое творение на мне.

Я смотрела на себя в зеркало и думала совсем о другом. Наряд был очень красивый, но совсем не на мой характер, если можно так сказать. Кроме этого меня мучил еще один вопрос. Как-то быть совсем голой под платьем мне не хотелось. Я же не в Каннах на Красной дорожке, где быть обнаженной и прикрыться куском ткани от кутюр, считается нормой и супермодно.

— Завтра платье будет полностью готово и мои девушки принесут его в ваши апартаменты.

Я набралась смелости и спросила:

— А какое нательное белье лучше подойдет под этот наряд. Женщина с удивлением посмотрела на меня и ответила:

— Вы так и не заметили? Это платье сшито сразу со всеми необходимыми нательными принадлежностями, ничего лишнего, но все необходимое есть. Я все это придумала сама, гордо подытожила она.

Наверное у меня был совсем глупый вид, так как на губах Кэтрин появилась улыбка. Я вернулась за ширму, где с меня быстро сняли швейный шедевр. Я с удовольствием надела свой привычный наряд и почувствовала себя значительно лучше.

Поблагодарив Сесилию, мы с Кэтрин покинули в некотором смысле портновское царство. Уже за дверями Кэт не сдержалась и назвала меня принцессой. Я понимала, что она совершенно искренне сделала мне комплимент. Но я все еще находилась в странном состоянии после примерки и поэтому сочла нужным высказать свои мысли:

— Кэт, я не принцесса, всего лишь няня из Межмирья и если бы у меня была возможность отказаться от приглашения лорда, сделала бы это не раздумывая.

— Не понимаю тебя, каждая на твоем месте была бы счастлива...

— Но не я, — отчеканила.

Мы шли по коридору. Оказавшись у своей двери, я заглянула внутрь в надежде обнаружить там Незлобина. Но рыжего нигде не было видно.

— Кэт, мне нужно зайти к детям, посмотреть чем они заняты. Лори собиралась рисовать картину.

— Да, конечно. Мне тоже пора вернуться к своим обязанностям, тем более на носу такое крупное мероприятие. Весь дом на мне, — с улыбкой произнесла девушка.

Ну вот есть же такие приятные люди, не то что эта противная Френсис. Тем более, что все-таки она делала в моих комнатах? И ведь не могу даже возмутиться и пожаловаться.... Кто она, а кто — я...

***

Лори сидела перед мольбертом и, высунув кончик языка, самозабвенно прорисовывала замысловатые линии кисточкой на холсте. Я подошла ближе и вглядываясь в рисунок восторженно произнесла:

— Лори, да ты настоящая художница. Где ты так научилась рисовать, в школе?

— Нет, я с рождения рисую то что хочу и вижу.

— Но, как? Ты ведь была внутри повозки и не видела дракона над нами.

— Рути, это тебе надо высовывать голову для, того, чтобы разглядеть что-то за пределами повозки, я же вижу даже сквозь стены. Это мой природный дар видеть то, что другим не дано.

— И что же, ты можешь видеть даже сквозь стены?

— Легко, — ответила малышка и стал брызгами от кисточки изображать разноцветные искры под крыльями дракона.

Я задумчиво смотрела на картину, которая в буквальном смысле оживала на моих глазах. Весь центр листа занимал могучий дракон. Роговые выступы на его голове больше напоминали царскую корону, из пасти вырывалось небольшое пламя, перепончатые крылья отличали то красным, то золотым. Это было гениально, хотя картина еще была далека от завершения.

—Ладно, не буду тебе мешать, — проговорила я и уже на выходе из комнаты спросила: — Лори, ты не видела сегодня Незлобина?

— Нет, — ответила она, не оборачиваясь ко мне.

Я грустно вздохнула и добавила:

— Кажется, мое рыжее наследство потерялось где-то. Если сказать точнее — внезапно исчез.

— Да? — спросила Лори, отложила кисть в сторону. — Сейчас поищем.

Она прикрыла глаза и на какое-то время замерла. Вдруг щеки девочки побагровели, она подскочила со стула и топнула ногой. На ее лице появилось гневное выражение.

— Идем, — грозно пригласила меня Лори, схватив за руку и потащив за собой. — Эта мстительная дура спрятала его в непроницаемый сундук.