Я молчала, не понимая, шутит он сейчас или нет. А он схватил в горсть свой болтающийся на одной завязке галстук и сдернул его. Поднес к моим глазам и отшвырнул:

- Наверное, если бы не эта штука, мы отгоняли бы толпы от бара каждую ночь.

- Кит, что ты говоришь? Послушай себя!

- Сейчас я тебя хочу послушать! Это правда?! Ты влюблена в этого...

Он явно сдержался, сжав губы и снова прикрыв глаза, чтобы не высказаться грубо.

- Даже если и так, тебя это не касается.

Его лицо застыло, он приподнял голову, глядя сверху вниз на меня, и что сейчас было в его голове, я понять не могла.

- Значит, правда, - процедил он.

Он оттолкнул меня в сторону и вышел, грохнув дверь так, что я подпрыгнула в очередной раз.

Что это? Что это такое? О чем он сейчас наговорил?! Я плюхнулась в кресло, обхватив голову руками. Не хочу этого знать! Зачем он заговорил об этом?!

И как бы мне ни хотелось стереть из своей памяти слова Кита, где-то в глубине души я понимала, что он говорил правду. Пусть не нужную мне. И она ничего для меня не меняла.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я ушла из клуба после той ночи. Обдумав все тщательно, я пришла к выводу, что оставаться там дольше не имело для меня никакого смысла. Это все равно бы произошло, раньше или позже, не имело значения. Не из-за Кита. В этом я была уверена. Хотя видеть его больше мне совершенно не хотелось. Это я знала точно. Как и то, что смелости у меня бы просто не хватило для еще одной встречи. А сталкиваться каждую ночь, делая вид, что ничего не произошло, я бы просто не смогла.

Мне пришлось пересмотреть немного свои условия жизни. Для того, чтобы спокойно дождаться начала набора в школу искусств, мне просто не хватило бы свободных средств. Но мысли, как решить эту проблему, у меня были. Мне помогла в этом Салли. Она, как довольно отзывчивая, хотя и легкомысленная особа, не чужда была и некоторого чванства. Обрисовав ей проблему, я намекнула, что с её помощью может открыться моё светлое будущее. А дальше она уже сама додумала и легко представила себя в роли меценатки, открывшей юное дарование и поддерживающей стремление к прекрасному, едва ли не выпестовавшей меня с пеленок. В общем, мне нужно было направить её мысли, а додумала она уже все сама. И с присущим ей энтузиазмом она взялась за дело, даже более рьяно, чем я ожидала. Я даже недооценила её.

Примерно через месяц она примчалась ко мне домой и, едва дав переодеться, ничего толком не объяснив, потащила куда-то. Я еще не до конца перестроила свои биологические часы и была немного в апатичном состоянии. Переучивать себя спать по ночам оказалось для меня сложнее, чем я думала, по всей видимости, такой режим дня подходил мне изначально больше. Но все же я старалась исправить это. Как результат, днем сонная, а ночью мучилась бессонницей.

Пока мы ехали куда-то, я не слушала почти, что говорила Салли, борясь с дремотой. Я думала, что она устроила для меня очередной поход по магазинам. Её очень волновал мой внешний вид, и она взялась за создание моего образа всерьез. Я почти не сопротивлялась. Но когда добрались до места, сон как рукой смахнуло.

Я меньше всего ожидала, что это окажется студия. Огромное помещение, куда нас проводили, со стеклянным потолком и двумя стенами из четырех. Обычные стены сверху донизу были увешаны картинами. Множество их и просто стояло прислоненными к стенам. Около десятка мольбертов в глубине, даже небольшой подиум для модели. Сейчас тут никого не было. Я подошла посмотреть поближе картины. Свет тут был просто потрясающий, словно мерцающая пыль, светящаяся мягким, золотистым светом, кружила вокруг, распыленная в воздухе.

- Это она?

- Да, мастер.

Я больше удивилась непривычной робости в голосе Салли, и поэтому обернулась. Рядом с ней стоял высокий мужчина с белым волосами. Поначалу он мне совсем не понравился. Слишком нарочитый. Присмотревшись, поняла, что и не молодой. Он выглядел величественно, и это мне показалось слишком преувеличенным и немного нелепым. Возможно, из-за соседства с Салли, которая рядом с ним выглядела аляповой и еще более нелепой.

- Покажите, - не отрывая от меня изучающего взгляда, он протянул руку, даже не взглянув на Салли.

Та засуетилась и едва не рассыпала содержимое папки. Я опешила, обнаружив, что она притащила сюда, даже не спросив меня, мои рисунки!

Мужчина подхватил листы и, уделяя едва ли больше десяти секунд на просмотр, стал разглядывать мои работы, отдавая их Салли, даже не интересуясь, успевает она за ним или нет.

Я хорошо видела, что его глаза двигались по рисунку, фиксируясь на двух-трех точках, а потом он отдавал рисунок. Мне стало интересно, кто же он такой, и немного гордость взыграла от его небрежного отношения.

- Я беру её.

Высказав это, не попрощавшись, мужчина ушел. Салли провожала его взглядом, поворачиваясь всем телом, пока он не исчез из её поля зрения, а потом резко повернулась ко мне. Рисунки разлетелись по полу, но она этого даже не заметила, кинувшись ко мне и начав тискать. Обычно она бы еще и громогласно выражала свои эмоции, а здесь, видимо, робела.

Кое-как подобрав рисунки, она потащила меня на улицу, и только усевшись в ауто, затараторила, не обращая внимания на взгляды других пассажиров.

- Деточка! Миечка! Как тебе повезло! Я даже не надеялась, что он с нами говорить захочет!

- Да кто он такой? И что это было за место?

Она раскрыла рот и выпучила на меня глаза, словно не в силах была поверить, что я не знаю таких элементарных вещей.

- Ты что?! Это же Мастер, - с придыханием, прижав руки к груди, она еще и глаза закатила для того, чтобы я поняла, наконец, как мне повезло.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Салли, как бы это сказать... человек социально активный. У нее множество знакомых в самых разных сферах жизни. С её легкомысленностью это и не удивительно. Хотя, по-моему мнению, подмена качества количеством никогда не срабатывает должным образом. Она была знакома с огромным количеством людей и, не особо задумываясь над значением слова, называла их друзьями. Мне даже жаль её становилось иногда, когда я думала, что может случиться так, что в один прекрасный момент она остановится, оглянется и никого рядом с собой не найдет. Впрочем, этого могло и не произойти никогда. Я вовсе не желала ей этого. Пусть её легкое сердечко порхает, словно бабочка, до конца её дней.

Обнаружив в моем лице средство для того, чтобы она могла приобрести некоторый вес и значимость, она активно взялась за дело. Помимо того, что она все и про всех знала, найти лучшего в сфере, что меня интересовала, не составило для неё труда. И получить доступ к кругам, куда ей путь был заказан в силу элементарной бесталанности. Забегая вперед, стоит сказать, что ничего у неё не вышло. Праздных людей те, кто, напротив, занят делом, не любят.

Мастер. Без преувеличения о нем можно сказать, что он был лучшим. Экспертом, художником, учителем - все, что связанно с изобразительным искусством. На данный момент он почти не занимался рисованием, а учеников брал с большим разбором и в минимальном количестве. Попасть к нему в класс без всякой подготовки, придя практически с улицы, могла осмелиться только Салли! К счастью для меня это сработало. Не знаю, хватило бы у меня когда-нибудь решимости познакомиться с ним. Я не считала себя способной приблизиться к его уровню. Но, как оказалось, он считал иначе.

Вернувшись домой после короткой встречи, я несколько дней изучала материалы о нем, и чем дальше, тем больше понимала, как же мне повезло. Сказать, что я была впечатлена - ничего не сказать.

Нужно ли говорить, что когда я шла на первый урок, была взвинчена почти до предела? Как всегда, когда волнуюсь, руки дрожали, и я несколько раз роняла то, что держала. Парни и девушки, что пришли вместе со мной, поглядывали на меня, почти не скрывая усмешек к концу занятия.