Я взялся за автомат. Если спалят, попытаюсь положить сколько получится, одной очередью на весь магазин, от бедра.

— Ну ебаный в рот, — проговорил один из них, остановившись.

— А хули ты ждал? — спросил второй и тут же ответил. — Слышали же стрельбу.

Понятно. Значит, они уже недалеко были, услышали выстрелы, но и втопили сюда как можно быстрее. Вот ведь бляди, почему не на пять минут позже. Мы бы успели все ящики в подъезд втащить. А так.

Я быстро пересчитал их. Два десятка, получается. Это сколько народа у Жирного в банде? Мы их уже тридцать человек положили, а тут еще двадцать пришло. Да никак не меньше полутора сотен, если прикинуть. Вот ведь залупа… И нам с ними воевать.

Хотя сейчас не до войны. Мы не в засаде, не на позициях, и начинать перестрелку — это способ верного самоубийства. А мне еще пожить хотелось, сколько получится.

Один из них наклонился над ближайшим трупом, потрогал его за шею.

— Теплый еще, — сказал он. — Они где-то рядом.

— А ты, типа, эксперт? — спросил вдруг второй.

— Да, типа, не эксперт, но он совсем теплый. Минут пять назад его положили, не больше. Значит, они далеко уйти не могли. К тому же нам что говорили? Что ящиков шесть. А тут всего три. Значит, они груженые, и тем более свалить не могут.

— А еще их немного, — проговорил вдруг второй. — Иначе они все шесть ящиков забрали бы. Ну и что делаем?

Блядь, а вот эти, похоже, не такие и тупые, раз до этого догадались. И они будут нас искать, это однозначно.

— Так, Мирон. Берите ящики и тащите их на базар. Мы тут прошвырнемся, поищем. Может найдем их.

Я обернулся и жестом показал, мол, обратно в подъезд. Пока они разойтись не успели. Парни вняли, двинулись обратно. Я вошел последним, и дверь за собой закрыл.

— Так, беремся и внутрь, — прошептал я. — Быстро только.

О том, чтобы затащить ящики на второй этаж и речи не было. Здесь все не так. Новостройки — это в принципе очень дурацкие дома, здесь лестницы все снаружи. А внутри, в подъезде, только лифты.

Раньше был другой проект, там нормально строили, и внутри лестница была, и пожарная снаружи. Но сейчас, увы, от этого решили отказаться из-за экономии пространства. А нас с улицы видно будет, если по лестнице пойдем.

Я увидел первую попавшуюся дверь, рванул ее на себя. Она оказалась открыта, потому что раньше тоже на электронный замок закрывалась. Трубы какие-то, еще что-то техническое, и все такое. Не самое подходящее помещение, да еще и дверь не закроешь, но что еще делать.

Вошли, затащили ящики, сгрузили их в углу. Помещение темное, ничего толком не видно. Я схватился за автомат и сжался в углу. Если войдут, буду отстреливаться, хули мне еще делать.

Хотя нам тут всем одной гранаты хватит.

Одно радует. Погода сухая, дождя уже давно не было, а значит никаких следов типа отвалившейся грязи не будет.

Прошла минута, другая, и я услышал, как открывается подъездная дверь. Потом шаги, тяжелые, крепких военных ботинок. С каждой секундой этот ходун приближался. А потом проследовал мимо двери куда-то в конец коридора.

Послышался звук открывающейся двери. Это он лестничную клетку проверил. А потом снова шаги, уже обратно.

— Нихуя нет тут никого, — сказал он совсем рядом за дверью, заставив меня вздрогнуть.

А потом пошел дальше. И скоро звуки затихли вдали, только хлопнула подъездная дверь.

Бля…

Кажется пронесло.

Я уселся на пол, положил автомат на бедра, откинулся спиной на стену. Да. Не для моих нервов такие приключения, вот совсем не для моих. Я так кончусь рано или поздно. Окончательно с ума сойду. И никакие таблетки, мать их, не помогут.

— Пиздец, — прошептал Адик. — Чуть не спалились.

— Да какого хуя вообще? — Игорек умудрился закричать шепотом. Вот такой вот парадокс получился. — Нахуй мы так долго сидели? Завалили бы их сразу! А теперь нас ищут по всему району. И рано или поздно найдут, бля.

— Не найдут, — ответил я. — Этот дом они уже проверили, возвращаться не будут.

— Ага, сейчас, — ответил он. — А нам хуй знает сколько сидеть тут. Они ведь сразу точно не уйдут.

— А зачем нам уходить? — я поднял голову и посмотрел на него. — Мне здесь лично тепло и уютно. Пусть и сыровато тут немного, но этим можно пренебречь. Зато компания хорошая.

— Ты совсем ебанутый, — покачал он головой. — Бля, пацаны, кого вообще над нами поставили? Он же ебнутый, таблетки жрет постоянно какие-то, я сам видел.

— А ты ссыкло, — не остался я в долгу.

— Что ты сказал? — он повернулся ко мне, сделал шаг и секунду спустя ствол автомата уже смотрел на него.

Я знал, что стрелять и поднимать шум не придется. Потому что он действительно ссыкун. И не дернется на меня, когда у меня в руках оружие. Он даже свое не поднял, как стоял, так и стоит. Замер.

— Блядь, заебал, Игорь, — обратился к нему Адик. — Сядь ровно и жопу прижми, пока я тебе популярно не объяснил, что залупаться на своих не стоит.

Адика знали, как и то, что слово у него не расходится с делом. Игорек выдохнул, даже послушался, уселся на пол. А у меня в команде, получается, фрондер появился и лоялист. Хотя этот вовсе не тупой, хоть и спортивки носит. Понимает мою задумку.

— Рама вообще-то прав, — сказал он. — Нам было сказано груз до гаражного кооператива дотащить, и там заныкать. Двинулись бы туда, и однозначно на этих пидорасов на дороге бы нарвались. И нас перехуярили бы.

— Их там десятка два было, — сказал я. — Однозначно перехуярили бы.

— Вот именно, — поддакнул мне Адик. — Значит, Рама все правильно сделал. И выход нашел.

На несколько минут наступило молчание. Я расслабил все мышцы тела. Если не расслабляться хотя бы иногда, то в итоге точно с ума сойдешь. А сейчас самое время.

Ага. Там снаружи бродят два десятка человек, которые очень хотят нас убить. Во-первых, чтобы поквитаться за своих. А во-вторых за то, что мы забрали их груз.

И теперь нам попадаться никак нельзя. Выпытают ведь в итоге, где эти контейнеры лежат. Хоть кто-то у них найдется, кто спрашивать умеет. А при правильном допросе расколешься однозначно. Мы тут не терминаторы, все сделаны из мяса.

Вопрос только в том… Мы игру Жирному сломали или нет? Половину груза забрали, конечно, но может быть, военным и половины хватит? Что-то там такое…

Но есть у меня подозрения… Дважды два я складывать умею очень хорошо. И там, есть у меня подозрение, какое-то оружие. С помощью которого можно выбраться из города. Пойти на прорыв.

Если бы без него можно было бы, то они наверняка это сделали бы уже. Хотя бы коридор открыли для того, чтобы можно было поставки начать, а не только этими планерами сбрасывать грузы. Точно.

А тогда… Если это оружие, то оно в разобранном виде. Высокотехнологичное. И надо его собрать, а потом применить. И дальше…

Вопрос только в том, почему военные раньше этого не сделали? Почему не забрали, они ведь пусть и не в курсе были, где этот груз лежит, но район знали. А он совсем недалеко от военной части.

Так… Может быть, потому что военные далеко не так едины? И разделяет их не только река. Кто-то не собирается, скажем, на прорыв уходить, они думают держаться до последнего. По той или иной причине. А другим это настоебало, и они решили свалить. Вот и подписали Жирного под такое дело.

Да хрен его знает. Может быть, оно все и так. А возможно я это просто нафантазировал. Фантазия у меня в любом случае очень богатая, я бы в писатели пошел с удовольствием. А что… Ебашил бы сейчас боевую фантастику в сеть, сидя где-нибудь в теплой квартире, а не в аптеке работал.

Ладно, это все мечты, мечты уже.

— Что хотя бы в грузе-то? — спросил Денис. — Может посмотрим?

— Мы его не откроем, — я покачал головой. — Контейнеры на электронных замках с паролем. Так что можешь не ковыряться. Лучше всего сиди и жди.