— Я пойду тогда? — спросил я. — Иди, иди, — кивнул майор. — До утра не так долго осталось. А ты и так уже припозднился. Мы тебя вчера ждали.

— Это из-за того, что случилось, — попытался оправдаться я. — С бычьем этим закусили — пришлось пережидать целый день. Иначе бы ещё вчера добрались. — Но насчёт быдла этого — больше не волнуйся. Если тебя ещё раз сюда отправят — подходи сразу к Измайлову. Теперь вы, благо, знакомы. — Знакомы, — усмехнулся сержант. — Он ведь так и не представился. — Рамой меня зовут, — ответил я. — Не в смысле маргарина, в смысле от имени, Рамиль. — Ну тебе вроде подходит, — майор снова криво усмехнулся. — Измайлов, выведи его. И пусть идёт.

Он чётко дал понять, что разговор закончен. Ну и мне не оставалось ничего, кроме как уходить. По сторонам я уже не глазел, а всё больше смотрел на этот защищенный контейнер в своей руке. У него ручка была специальная — для переноски. Да и в целом такое штука выглядела ладной и крепкой.

Не удивлюсь, если содержимое действительно защищено. Допустим, при попытке несанкционированного доступа эта дрянь взорвётся. Или сработает какой-нибудь заряд. Термитный, например. И всё нахрен уничтожит. Как бы не получилось, что я бомбу несу.

Ладно, бомба — это, конечно, вряд ли. Но если что — разберёмся.

Мы пошли. Сержант вывел меня на улицу молча кивнул своим: мол, все нормально. Я отсюда прекрасно видел троих моих спутников — их ведь по-прежнему держали под светом прожекторов. Я двинулся к ним, подошёл, взял рюкзак и засунул туда контейнер. Закинул за спину, подобрал автомат, сунул пистолет в кобуру.

— Пошли отсюда, пацаны. Нечего нам тут больше делать, — только и оставалось сказать мне. — А чё дал? — спросил Жора сразу же.

Лёха тоже заинтересовался. Я заметил, как он всё разглядеть пытался — что именно я в рюкзак кладу. — Неважно, — ответил я. — Все разговоры — потом.

Мы двинулись прочь. Метров через триста я понял, что складной ножик мне Измайлов так и не вернул. Но подумал, что это уже мелочь. За таким возвращаться, особенно когда дело на полтора миллиона, глупо. Только вот есть теперь у меня ощущение, что эти полтора мульта нам поперёк горла встанут.

Ладно. Выпутаемся. Из не таких ситуаций выпутывались.

И по-хорошему валить надо было с базара. И доложить обо всём Секе. Рассказать о связи Жирного с военными. О том, что удалось узнать.Но я не знаю… Чувство такое было, будто я — борзая собака, которая напала на след зверя. Причём крупного, не зайца. Не знаю, какого-нибудь оленя, наверное, или кабана.Было у меня ощущение, что здесь всё совершенно не так просто, как кажется. И в делах Жирного, банде Секи тоже отводилось не последнее место. Та мелкая стычка, наверное, даже ничего не значила, случайно произошло, недопонимание. Проблема явно была совсем в другом.

Когда мы отошли на километр и снова углубились в дворы, застроенные многоэтажными домами, Лёха вышел вперёд. Он по-прежнему чуть прихрамывал, но в целом держался нормально. Тем более что я укол сделал перед выходом, а лекарство часов восемь держать должно. Потом дам ещё ампулу. Доберёмся до базара и отпущу его на все четыре стороны. Может быть, даже автомат выдам.

— Так что дал-то? — спросил всё-таки Жора.

Ему было, по-видимому, очень интересно. Может быть, посоветоваться с ним? Игорёк — просто боец, да ещё и трусоват, с ним разговаривать особо не о чем. А вот Жора… Да они оба, в общем-то, в главари не рвались. Всё больше в охране держались, и всерьёз их не воспринимали.Даже на базар они до этого ни разу не ходили, и поэтому их отправили со мной. Так был меньше риск спалиться. С Беком бы поговорить или с самим Секой, вот у них головы насчёт всех этих бандитских разборок, шпионских комбинаций и прочего должны варить.

А у меня что? У меня какой в этом опыт? Тот, что я три книги про Джейсона Борна прочитал в своё время? Ну, такое себе, надо сказать.

— Защищённый контейнер дал, — ответил я. — Слышал что-нибудь о таком? — Слышал, даже видел, — ответил Жора. — Находили мы пару таких в гуманитарке в своё время. Приносили на базу. — И что? — спросил я. — Ну, ничего. Бек попробовал один вскрыть — болгаркой резали, не помогло. Крепкий он, титановый что ли. Потом замок сверлить стали — что-то сработало, дым повалил. Ну и выкинули его наши. А второй так у нас на базе валяется.

Значит, у нас на базе есть ещё один такой же защищённый контейнер. Это уже интересно. Вопрос только — что с ним делать? Явиться к Жирному, сказать, что в гуманитарке достали? Да хрен там плавал.Нет, там не оружие, не наркотики. Во-первых, он слишком мал для этого. Во-вторых, этой дури в городе и так сколько угодно — кому оно нужно?Там что-то важное. Какая-то информация. На мысль об этом наводит и ноутбук, который у Жирного работает. Рабочий ноутбук. Откуда он у него, как не от военных? Да и модель вроде такая — не какой-нибудь модный ультрабук или игровой, а что-то явно крепкое, бронированное, армейское.

— И о чём поговорили-то? — Жора всё никак не унимался, отвлекал меня от собственных мыслей.Меня это, если честно, раздражало. Подумал даже о том, чтобы заткнуть его попросту: мол, думаю, не мешай. Но потом всё-таки решил ответить.

— Да ни о чём не поговорили, — ответил я. — Покурили. Он, кстати, про то бычье спрашивал, у которых мы Леху отбили. Пообещал людей отправить. Пятерых. — Ну, пизда им значит, — челнок даже с довольным видом даже руки потёр. — Туда ему и дорога. Район чище будет.

— Ну вот то и дело, — сказал я. — Район чище будет. Но пятерых на три десятка — это, конечно, круто.

— Так мы считай пятерых завалили, — сказал вдруг Игорёк.

Он-то как раз ни единого выстрела не сделал. Там вся работа моя была, но я предпочёл об этом промолчать. Не хотелось мне вспоминать о том, что сегодня ночью я отправил на тот свет ещё троих.

Мысли всё никак не давали покоя. Было ощущение, что ещё чуть-чуть — и доберусь до сути. Может быть, рискнуть, ва-банк пойти? Дождаться кого-нибудь из людей Жирного — как они выйдут с базара — прихватить, отволочь в руины и допросить с пристрастием.

А что? Я же врач. Я же знаю, как резать, и как мучить правильно. Ну, в том плане, что ход нервов знаю. Могу, наверное, там сталью «пощекотать», пусть до этого ни разу и не делал.

Ооо, братан… До каких мыслей мы дошли? Значит, недавно отказывался себя убийцей считать, а теперь уже людей пытать собираешься?

Ну, похоже, ты совсем в бандита превращаешься, Рамиль. Да. И кличка эта дурацкая уже прилипла, представляешь? Рама, бля.

Да нет. Такое маловероятно провернуть. Они ведь большими толпами ходят, да и вообще… А украсть кого-то с базара самого — это однозначно навлечь на себя гнев Жирного. Если узнает, что против его людей кто-то залупнулся — он нас на том свете достанет.

Да, единственный вариант тогда будет — из города валить.

А это… Провернуть пока маловероятно.

Стоп. Из города валить.

А вот эта мысль пришла мне в голову только сейчас. Нет, не в том плане, чтобы самому съебаться — хотя это было бы тоже неплохо — а в том, что Жирный ведёт свои дела с военными именно для того, чтобы уйти. Получить билет на ту сторону? Есть такая вероятность? Не знаю.

Если бы военные могли, они бы, наверное, сами давно покинули пределы осаждённого города. Почему не могут? Не могут на прорыв пойти? Что, они штурмовать разучились, что ли? Да нет, однозначно не разучились. Значит, они что-то охраняют. Что-то очень важное. То, что сдавать нельзя любой ценой.

И получается, что и помощь нам сбрасывают именно из-за этого. Ну, точнее, не нам — а военным. На гражданских-то все давным-давно забили.

Да. Интересную схему придумал Жирный. Базар устроил для того, чтобы заработать.

А что, если он уже заработал достаточно? Вон, какими суммами разбрасывается. Полтора миллиона за лекарства. Миллион двести за простую доставку. Это значит, что что-то очень важное должно быть в этом грузе. Что-то чрезвычайно важное.

Так что, может быть, он соскочить захотел?