Ей страшно не хотелось идти знакомиться с начальством, но делать-то нечего. Взялся за гуж, не говори, что не дюж. Пришлось топать к навесу со столами. Вблизи оказалось, что столов этих три штуки стоят вдоль и снабжены с обеих сторон такими же длинными скамейками — примерно по пятьдесят метров длиной. А вот во главе и чуть на возвышении, как шляпка от прописной буквы «Т», находился стол начальства. И если за длинными столами тут и там ещё сидело около пятнадцати мальчишек небольшими кучками по двое-трое, то стол администрации содержал куда больше людей.
Саня заметила Арсена, рядом с которым уже сидел Егор Михалыч, и направилась прямо к ним.
Егор заметил её первым и сразу подвинулся на скамье, потеснив какого-то бородача.
— А вот и наш медик, — громко воскликнул Арсений Маркович, поднимаясь с места, и все взрослые повернули к ней головы. — Знакомьтесь — Аксана Берёзкина, прошу любить и жаловать.
Все загомонили разом, называя свои имена. Кто-то доброжелательно смотрел, кто-то скептически, кто-то как будто с неприязнью. Саня честно попыталась всех запомнить, но кроме бородача Жорика и громогласной Тессы, никто в памяти не задержался.
— Дайте поесть человеку! — перекрыла балаган блондинка Тесса. — Видите, какие голодные глаза! Арсен, ну что ты стоишь? Поухаживай!
Арсен на это рассмеялся и тут же поставил перед Санькой большую тарелку с бутербродами и положил шампур с шашлыком. Пришлось ей бросить рюкзак и сумку под ноги и приступить к ужину под всеобщим вниманием. Впрочем, оно было недолгим. Воспитатели и наставники снова загомонили, обсуждая насущные проблемы.
Арсен умилённо наблюдал, как Саня ест, потом заметил кого-то среди длинных столов и зычно свистнул.
— Сюда, Глеб!
Толстушка Тесса погрозила Арсену пальчиком и продолжила сообщать блондинке с пучком на голове рецепт чуда средства от чего-то там.
— Я здесь, Арсений Маркович! — подбежал мальчишка и весело подмигнул Саньке.
— Возьми вещи Аксаны и отнеси их в третий барак в седьмую комнату, — велел Арсен. — И проверь там, всё ли в порядке.
— Будет сделано! — обрадованно воскликнул Глеб. Он тут же отыскал вещи Саньки на полу и умчался в обратную сторону.
— У меня будет настоящая кровать? — почему-то шёпотом осведомилась Саня.
— А почему не в четвёртый барак, где все женщины? — удивилась услышавшая их брюнетка со строгим взглядом.
— Да ладно тебе, Ань! — фыркнула Тесса. — Туалеты всё равно закрываются на щеколду, как и комнаты. А баня в другом здании. Да и Регина всегда жила в третьем.
— И всё же, — не угомонилась брюнетка. — Регина — понятно, они женаты. Но ведь Аксана…
— Потому что я так решил! — повысив голос, отрезал Арсен и повернулся обратно к Саньке, словно не заметив воцарившуюся над столом тишину. — Да, кровать у тебя будет, Аксана. И может, даже с матрасом.
— Моя комната рядом, — пробормотал Егор Михалыч негромко, когда разговоры вокруг возобновились. — Пятая. Если что — обращайся. А Арсен у нас в восьмой, в последней.
— А я в первой, — признался ей бородач Жорик. — У нас вообще в третьем бараке все свои. Во второй комнате — Толик, водила наш. В третьей — Глеб Казанов, пацан нынче командир нашей команды, заслужил. Четвёртая комната пока пустует. Но туда заселятся Костик и Регина, они через пару дней вернутся и точно тебе понравятся.
Саньке оставалось только кивать. Она уже не чаяла, когда ей позволят занять свою седьмую комнату. И пусть в соседней спит Арсен, ей главное, что она сама будет спать не в палатке, а почти в цивильных условиях.
— Подождите, а шестая чья? — спохватилась Саня.
— Тоже ваша, — ответил бородач Жорик, и мужчины улыбнулись. — Там у нас вроде лазарета на две койки, и все лекарства, бинты и прочее.
— Разберусь, — улыбнулась Саня.
— Хорошо бы, — одобрительно кивнул ей Арсен. — Давно там нужно порядок навести. И список составить, чего не хватает.
— А я предлагала свою помощь, — опять вмешалась в их разговор та самая Анна. — Причём неоднократно, но вы, Арсений Маркович, уж извините…
— А я неоднократно вас просил, — перебил её Арсен. — Следить за своим бараком, своей командой и своим медиком. Лады?
Саня сунула в рот сразу половину бутерброда с бужениной, чтобы не улыбаться. Она сильно подозревала, что эта расстроенная начальством брюнетка — и есть та самая Анна Александровна, про которую предупреждали девочки.
— Если ты наелась, пойдём, покажу тебе комнату, — тихо сказал Арсен. — Надеюсь только, что Глеб догадался уже назначить дежурных по нашему бараку.
— Парень тебя ещё не раз удивит, босс! — прогудел Жорик, который тоже поднялся вслед за ними из-за стола. — Вот в его кандидатуре я ни разу не сомневался.
— Посмотрим, — скептически ответил Арсен, идя впереди всех.
Егор Михалыч шёл рядом с Санькой и тихонько просветил её:
— С Гариком наша команда дважды выигрывала состязания по всем пунктам. Но парень сейчас на четвёртом курсе, там занятия раньше начинаются, уже в августе, и лучше не пропускать. Поэтому командиром выбрали Глеба большинством голосов.
— Что за состязание? — тихо заинтересовалась Саня.
— Командное, — прогудел Жорик, поравнявшись с ними. — Всего четыре команды, наша — третья. За всё, что происходит в лагере, присуждаются баллы. Или отнимаются. Пять баллов мы уже получили за общий конный марш-бросок, и три балла за новичка, который перестал бояться лошадей.
— За Юльку! — догадалась Саня.
— Ага, — усмехнулся Жорик. — Сестрёнка Гарика пока мелкая, но уже крепкий орешек. Как и все наши.
В его голосе было столько неприкрытой гордости за своих ребят и команду, что Саня растрогалась. Сама уже крепко привязалась к девочкам, и мальчики ей понравились. И взрослые хорошо приняли. А ещё Саня была страшно благодарна Арсену, что не бросил её на растерзание в женский барак, а поселил среди своих.
Само название жилища — барак, вызывало у Саньки ассоциации с сараем обыкновенным. Но она была согласна и на сарай, если там будет её собственная нормальная кровать.
Впрочем, действительность оказалась более приятной. «Бараки» — длинные одноэтажные строения — она увидела издали, стоят четыре стройных здания рядком. Достаточно было обойти столы с навесом и большой непонятного назначения шатёр, как слева, в глубине базы показались эти постройки. За бараками Саня разглядела более приземистый сарай, но тоже длинный. Видимо, какие-то службы — сарай этот протянулся вдоль задней ограды базы, почти от парковки с машинами и до боковой ограды.
Хорошо утоптанные тропинки вели к каждому входу и вокруг бараков, а также убегали к тому сараю.
— Наш — вон тот, дальний, — охотно пояснил Жорик, указав, к удивлению Саньки, прямо на сарай. Арсен как раз свернул на самую крайнюю тропинку, ведущую к нему. — Не удивляйся, наш барак был первым, что здесь появилось. Его поставили в спешке, ничего не вымеряя толком. Там вся администрация и жила, места хватало. Два новых барака построили гораздо позже. И тут уже по всем правилам, а мы оказались на отшибе. Тогда уже и придали номера баракам, и счет начали с новеньких домов.
Из рассказа Жорика с пояснениями Егора Михалыча, Саня узнала, что позже хотели втиснуть ещё один барак между тем сараем и вторым бараком. Но Арсен не позволил. Мол, зачем тесниться, когда с другого края полно ещё места оставалось. Всё равно ровно и красиво уже бы не вышло.
— Видишь, под каким углом наш стоит? Во-от! — с удовольствием прогудел Жорик, явно гордясь неказистым жилищем третьего отряда. — Тогда этот четвёртый барак построили с другой стороны от первого. На наше счастье — там же одни бабы… дамы, то есть. Зачем нам такие соседи?! А прошлым летом появился пятый барак и окончательно сформировалась четвёртая команда.
— Ты иди за Арсеном, Сань, — посоветовал ей Егор Михалыч. — А мы с Жориком постоим ещё, покурим.
Саня немного разочарованно проводила глазами новые бараки, даже на вид более комфортабельные. И со вздохом направилась к «самому старому», потемневшему от времени и, в отличие от остальных, сложенному из брёвен. Который она за сарай приняла.
