- У меня есть план.

- Но они не могут стереть из памяти человека, чувства, часть жизни. Они могут стереть что-то незначительное, небольшое, например, какие-то фразы, прочитанную книжку. Что за план?

- Спасибо.

Беллатрикс выбежала и направилась домой. Она решила дать Флоре возможность успокоиться самой, прежде чем говорить. Деревня продолжала праздновать. Она вбежала в дом и увидела Гронса, погруженного в свои грустные мысли.

- Ты была с ней? Как она? – Спросил брат.

- Да. Она очень расстроена.

- Я тоже. Ей придется выбрать.

- Выбрать? Она тебе рассказала?

- Да. Она мне все рассказала. – Он тяжело выдохнул.

- И как ты к этому отнесся? Тебя это не шокировало? Не напугало? – Беллатрикс не верила своим ушам.

- А что меня должно было напугать?

- Ну, то, что она… Стой. А что она тебе рассказала?

- А кто она? – Гронс поднялся со своего места и стал медленно подходить к сестре.

- Никто. Что она тебе рассказала? – Беллатрикс поняла, что взболтнула лишнего и Флора рассказала не то, что должна была бы.

- Нет. Сначала скажи кто она.

- Так. Я тебе обещаю, что расскажу кто она, но после того, как ты расскажешь, что она тебе рассказала. Договорились?

- Я тебе не верю. Сначала говори ты, а то ты опять что-то скроешь от меня.

- В таком случае, ты вообще ничего от меня не узнаешь.

- Ладно. – Гронс сдался и сел на свое место,

Сестра сняла верхнюю одежду и присоединилась к брату, прокручивая в голове план, как бы потом его лишить памяти об этом разговоре, всё-таки нужно было поделиться своим планом с Айсгайтом, он бы подстраховал.

- Она мне сказала, что они живут общиной и строить отношения могут только с людьми из своей общины, а я чужак и со мной быть нельзя. Ей придется выбирать между мной и семьей.

- И что ты сказал?

- Я сказал, что у нее есть неделя, чтобы принять решение иначе, я приму это решение вместо нее и она останется с семьей.

- Это жестоко. Какого черта ты вообще ей ставишь условия?

- Что? Она все это время знала, что не может быть со мной и играла моими чувствами, как кошка с клубком шерсти. По-твоему, она честно и не жестоко со мной поступила?

- Но можно же было не ставить такие жесткие рамки.

- А что ты мне предлагаешь, ждать ее полжизни? Сколько мне ее ждать? Год? Два? Ты знаешь мое мнение на этот счет, мы это обсуждали, когда Льюпин куда-то пропал. Стоп. Они что, из одной общины? У тебя была такая же история с Льюпином?

- Да. Что-то вроде того. Из одной общины.

- Теперь рассказывай ты. Кто она, на самом деле?

- Ты мне не поверишь.

- Я жду, когда ты мне все расскажешь.

- Обещай, что ты ничего не сделаешь! Не пойдешь что-то выяснять, а самое главное, обещай, что об этом не узнает ни одна живая душа. Это очень-очень важно.

- Обещаю.

- Я серьезно. Если ты кому-то расскажешь, то ее казнят, как Льюпина. – Беллатрикс пришлось немного обмануть брата, чтобы быть уверенной в том, что он оставит все это в тайне.

- Его казнили из-за того, что он кому-то рассказал? Он рассказал об этом тебе?

- Да. Я сохранила это в тайне.

- А тебе ничего не будет, если ты об этом расскажешь мне? Как они узнали, что он рассказал?

- Нет. Мне ничего не будет. Я точно не знаю, как именно они об этом узнали, но они знают многое.

- Стой. Так если ты мне расскажешь, то и тебе могут навредить. Ничего не говори. Я не хочу ничего знать. Получается, что если она мне расскажет, то ее казнят, в любом случае.

- Подожди. Это важно. Ты меня уже совсем запутал. Льюпина казнили не просто из-за того, что он мне обо всем рассказал, а потому что он рисковал, что об этом узнаю не только я. Если ты сохранишь все в секрете, то нам ничего не будет. Я обещаю. Я же знаю, кто такая Флора, и мы обе до сих пор живы.

- Она подвергла тебя опасности? Как она могла так с тобой поступить?

- Нет. Стой. Подожди. Не горячись. Дай мне все тебе рассказать, и ты все поймешь.

- Я уже не уверен, что хочу что-то знать. Если есть тайна из-за которой можно жизни лишиться, то мне такая тайна не нужна.

- А как же Флора? Я думала, ты ее любишь.

- Ты не думаешь, что чья-то жизнь дороже моих чувств?

- Я просто подумала, что, когда ты узнаешь, у вас будет возможность быть вместе. Просто нужно будет все сохранить в тайне.

- Если бы ты была с Льюпином, тебе бы было легко сохранить это все в тайне?

- Нет. Мне было бы это очень тяжело сделать, возможно, мне бы самой пришлось выбирать между семьей и им, но, если бы он не оказался таким скользким предателем, я бы нашла в себе силы справиться с этим. – Конечно, она сейчас думала не про Льюпина и говорила совершенно не о нем. – Мне и сейчас бывает тяжело многое хранить в тайне, но я привыкла и рада, что знаю обо всем.

- Ладно. Рассказывай.

- Если тебе не понравится услышанное, я тебе помогу с этим справиться. Если захочешь забыть… - Беллатрикс поймала себя на мысли: «Почему ей не стерли ее знания о Льюпине? Почему ей позволили это помнить?»

- Что случится?

- Что? Ты о чем? – Она забыла, что хотела сказать.

- Если я захочу забыть, то…?

- Я тебе помогу.

- Как?

- Давай по порядку. Одно цепляется за другое.

- Ладно.

Беллатрикс постаралась кратко рассказать о Флоре и ни слова не говорила про Айсгайта и про то, что есть хранитель леса. Она умолчала и о других существах, просто сообщив, что они есть. Скрыла и происхождение Льюпина, сказав, что он тоже был нимфой. Гронс, конечно, не поверил в ее рассказ и долго смеялся. Она не знала, как доказать правду и просто попросила никому не рассказывать, спросив, что бы он делал, если бы это все-таки было правдой.

- Предположим, что я поверил в этот бред. Я бы дал себе время подумать на эту тему.

- Сколько времени ты бы себе дал?

- Пару дней.

- Дай себе пару дней.

Беллатрикс считала важным доказать брату, что Флора действительно нимфа. Она решила, что если Гронс очень испугается и откажется от Флоры, то будет возможность стереть память и подруге не придется лишать себя силы и быть на грани жизни и смерти - все решится само собой, а если он примет ее, то они уже сами будут решать, что делать и как жить дальше. Но пока Гронс размышляет пару дней и не факт, что он ей в итоге поверит, Флора может натворить глупостей.

Беллатрикс решила не медлить и найти доказательства, но сначала, решила предупредить Айсгайта о том, что сделала, чтобы тот не разоблачил сам себя в лесу, во время встречи Флоры и Гронса и не попытался убить ее любимого и единственного брата.

- Ты сделала что? – Айсгайт был в ярости.

- Я рассказала, но он не поверил.

- Твое счастье, что он не поверил.

- Почему?

- Святой дух, мы недавно об этом говорили. Разве нет? Ты ставишь под угрозу все, что сейчас есть.

- Ты не понимаешь.

- Я не собираюсь ничего понимать, я просил только об одном – не вмешиваться.

- Да, ты сказал, что сам все уладишь, я вижу, как ты уладил. Флора в истерике. Она может наделать глупостей, пока ты все улаживаешь. И еще кое-что, почему МНЕ никто не стер память, когда я узнала о Льюпине?

- Ты должна была попросить об этом.

- Но мне даже никто не предлагал.

- Потому что пришлось бы стирать очень многое, а на это никто не способен. Так что смысла не было. Ты ему и про Льюпина рассказала? И рассказала обо мне?

- Нет. Я же еще жива, так что про тебя он вообще ничего не знает, а про Льюпина я рассказала, что можно сказать, что он нимфа и не вдавалась в подробности.

- Ты уверена, что твой брат прямо сейчас никому ничего не рассказывает?

- Я предупредила его, что если он кому-то расскажет, то его и Флору казнят как Льюпина.

- Но он же не поверил.

- Да, но на всякий случай, жизнями рисковать не станет. Я надеюсь.

- Надеешься? Ты с ума сошла? Замечательно. – Айсгайт был разочарован.