Гронс презрительно посмотрел на лохматого парнишку, потом на протянутую руку, вновь на Льюпина и глядя ему в глаза прорычал:

- Я пожму тебе руку только тогда, когда ты победишь меня во всех испытаниях. А до этих пор даже не приближайся ни ко мне, ни тем более, к Беллатрикс. – Гронс ушел, толкнув Льюпина плечом. Напоследок он зло посмотрел на Беллатрикс.

Льюпин пожал плечами и улыбнулся присутствующим. Беллатрикс поспешила увести молодого человека куда-нибудь подальше от своей семьи.

- Прости за Гронса, он очень уж переживает за меня.

- Я бы тоже переживал, будь у меня сестра.

- У тебя есть братья?

- Нет. Я единственный ребенок.

- Странно, не знала, что такое бывает.

- Да. Бывает. Мама умерла во время родов, а папа больше не женился.

- Это ужасно. Прости меня.

- За что?

- Что подняла эту тему. Тебе, наверное, больно об этом думать?

- Нет. Я не знал маму.

- Тебе не было тяжело из-за этого?

- Нет. У меня было хорошее детство. Мне не на что жаловаться.

- Это хорошо.

- Да, очень. Беллатрикс, это был чудесный день. Спасибо тебе большое, что пригласила и провела этот день со мной. Но мне пора идти, уже достаточно поздно.

- Спасибо, что согласился прийти и понял меня правильно, когда я не захотела приходить как пара.

- Я тебя понимаю. Спасибо за это, думаю, иначе, твой брат бы меня придушил прямо на том самом месте.

- Нет, что ты. Он бы так не поступил. Он добрый, но очень опекающий. И мне бы хотелось, чтобы на следующий праздник мы пришли по-настоящему вместе.

- Не хочешь ли ты мне сказать, что чувствуешь ко мне тоже, что чувствую к тебе я?

- Мне кажется, что да. Я в тебя влюбилась.

Беллатрикс проводила Льюпина до ворот, на прощание они поцеловались и договорились о встрече у озера, на следующий день. Счастливый парень медленно исчезал в сумраке, под провожающий взгляд довольной девушки. Она поспешила помочь родителям собрать оставшиеся вещи из палатки, как услышала шум, доносившийся от деревьев. Лапистые ветви елей качались, как на ветру, их стволы скрипели, будто их кто-то гнул, иногда падали шишки, издавая глухой звук, ударяясь о землю. Беллатрикс стало тревожно, она вглядывалась в темноту между елей, казалось, что там кто-то ходит. Девушка не стала приближаться, только стояла и ждала, что неизвестный выйдет из-за деревьев. Подул слабый, но ледяной ветер, который обжигал нежную кожу красавицы и развивал непослушные пряди длинных волос. На мгновение, она ощутила прикосновение ледяной ладони к ее спине, к тому месту, где платье скрывало темное пятно. Беллатрикс резко обернулась, прикрывая ладонью спину, но никого не было, она, снова, вгляделась в темноту деревьев. Девушка была уверена, что там кто-то ходит и этот кто-то был настроен враждебно. Сердце колотилось, от страха тело оцепенело. К ней приближалась огромная тень с зелеными, горящими глазами. Из груди Беллатрикс вырвалось тихое «Нет».

Тень остановилась и через несколько секунд направилась в противоположную сторону, забирая с собой ледяной ветер. В этот момент, девушка почувствовала теплую ладонь на своем плече и ушах раздался родной голос Флой:

- Беллатрикс, ты в порядке?

- Да. – Еле произнесла она. Страх медленно отпускал девушку из своих цепких лап.

- Ты чего тут стоишь?

- Ничего. Показалось.

Она не стала ничего объяснять и рассказывать, взяв подругу за руку они направились помогать родителям собрать вещи.

Утро началось с ссоры с Гронсом, который пытался уберечь сестру от необдуманного поступка. На защиту девушки встала Авис, которая сказала, что Льюпин достаточно милый и сейчас никто не собирается совершать каких-либо необдуманных поступков, зато теперь у всех есть возможность познакомиться с юношей поближе.

- Я не хочу с ним знакомиться. Он мне не нравится. Он просто проходимец. Я ему не доверяю. – Жестко обрывал любое сопротивление Гронс.

- Я тоже ему не доверяю, потому что я его просто не знаю. Но у нас есть время это исправить – Авис пыталась вразумить сына.

- Мне тоже он не нравится. Какой-то он скользкий. – Задумчиво добавлял Сальватор.

- Спасибо папа. Судя по всему, только мы вдвоем разбираемся в людях.

- А мне он понравился. Он симпатичный. – Немного смущаясь, пыталась поддержать сестру одиннадцатилетняя Мюз.

- Ты вообще не лезь. Мала еще. – Возразил Гронс.

- Сальватор, Гронс – Авис встала со стула, выпрямилась как струна, гордо подняла голову и показывая всем своим видом, что разговор на этом будет закончен, сообщила – Он нравится Беллатрикс, хотите вы этого или нет. Смиритесь! Пока мы его не узнаем, мы не будем принимать какое-либо решение и препятствовать их общению не станем. Беллатрикс будет чаще приглашать его к нам в гости, потому что МНЕ важно узнать этого человека. Все поняли?

- Тогда я, не буду находиться дома, в этот момент. – Сказал Гронс и вышел на улицу.

- Как тебе угодно. – Услышал он вдогонку голос матери.

- Хорошо, но только с одним условием. – Отрезал глава семейства. – Беллатрис не будет проводить с ним так много времени. К тому же уже осень началась. Прогулки по лесу, продолжительностью в весь день закончились. – Он встал со своего места и направился вслед за сыном.

- Ладно. – Согласилась Беллатрикс.

В оговоренный час Льюпин не появился. Девушка начала переживать, что с ним что-то могло случиться. Долгое время она ждала встречи с возлюбленным, но тот не пришел. Тогда Беллатрикс поспешила домой, думая, что ее может ждать письмо с объяснениями, но ничего не было. Две недели от него не было вестей, и девушка не понимала причины такого поведения. Неужели он исчез после того, как она призналась ему в любви? Почему? Неужели он чего-то испугался? Может, он ее разлюбил и встретил другую? Может, он заболел? Но почему нельзя было прислать письмо и обо всем рассказать? Любые вести были бы лучше молчания и неизвестности.

Она каждый день ходила в лес, хотя бы не на долго, но встрече не суждено было состояться. Каждый вечер девушка возвращалась домой с горечью и грузом страдания на сердце. Она плакала на руках Авис. Гронс был рад, что Льюпин исчез из их жизни, но еще больше злился на от того, как он поступил с Беллатрикс. В сердце брата зародилась лютая ненависть, которую он не в силах был скрыть. Девушка становилась собственной тенью, ее не могли развеселить ни Флоя, ни Фиденс. Дуай старался быть рядом как можно чаще и пытался поддержать всеми известными ему способами. Ничего не помогало, Беллатрикс чахла на глазах. Ей было хорошо и спокойно только первые секунды после пробуждения, после чего она будто задыхалась от удушья воспоминаний и осознания, что ее бросили, ничего не объяснив. Осколки разбитого сердца застряли в ребрах, животе и груди, напоминая о случившемся болью, усиливающейся от каждого движения. Каждый вдох давался с трудом. Единственным желанием было – вырвать из сердца все чувства, из головы все воспоминания, стереть из памяти этого человека, что бы прекратились страдания, даже, если придется вырвать само сердце.

Однажды ночью, когда Беллатрикс в очередной раз мучилась от бессонницы, она услышала грохот, будто что-то упало на кухне. Подскочив с кровати, напуганная девушка побежала по холодному полу и обнаружила Авис, лежащую без сознания. Вся семья всполошилась. Сальватор пытался понять, что случилось с его любимой женой. Бедная Авис неделю пролежала в лихорадке, муж не мог понять, чем та заболела. Лихорадка спала, но она никак не могла восстановиться. Сальватор отправился к Сапиену с просьбой прислать королевского лекаря, если есть хоть малейшая возможность. Староста согласился и направил гонца, который вернулся с ответом, что лекарь прибудет через пару дней.

За это время, Авис становилось все хуже, она почти ничего не ела, не могла встать с кровати и периодически лихорадка возвращалась, но никто из семьи больше на заболел. Ни одно из известных Сальватору лекарств не помогало, он лично готовил настойки, отвары, экспериментировал с различными травами, все было безуспешно. На время, Беллатрикс перестала посещать занятия в школе, посвящая все свое время заботе о матери. Все с замиранием сердца ждали королевского лекаря, молясь и надеясь на чудо. С каждым днем женщина становилась слабее. Чуда не произошло. Королевский лекарь никогда не встречался с подобными симптомами, он остался на неделю в их доме, чтобы выхаживать больную, но ничего не помогало. Сальватор впал в отчаяние, ходил мрачнее тучи, казалось, что и из него уходит жизнь. Королевский лекарь вернулся в столицу, пожелав, на прощание, встретить чудо.