Так приятно и легко общаться с Сергеем. Столько положительных эмоций за один вечер, сколько я уже давно не испытывала.

Но следом за этой радостью приходит и грусть. Марк тоже когда-то веселил меня, болтал со мной обо всем на свете. Я тогда тоже была счастлива. А в конечном итоге все вылилось в непроходимое болото боли, отчаяния и разочарования.

— О чем задумалась? — прерывает мои размышления Сергей и наливает мне чай.

— Я? Да ни о чем, — отмахиваюсь я и втягиваю носом насыщенный аромат свежезаваренных трав. — Очень классно пахнет.

— Надеюсь, вкус тоже тебе понравится, — улыбается он, а затем зовет девочек: — Катя, Лиза, идите есть торт!

Девчонки тут же прибегают и садятся за стол. Активно принимаются за торт, позабыв про чай, и наперебой рассказывают нам об игре, которую они придумали.

После разговоров и чаепития мы вчетвером играем в настольную игру, а потом мы с Лизой начинаем собираться домой.

— Спасибо за чай, за торт, да и вообще за приятный вечер, — обращаюсь к Сергею, стоя в дверях.

— Спасибо, что пришли в гости. Нам тоже была очень приятна ваша компания, — с искренней улыбкой отвечает он. — Может, завтра вечером снова посидим? Пожарим что-нибудь на костре.

— Да! — хором выкрикивают девочки и бросаются друг друга обнимать, будто старинные подруги.

Я улыбаюсь, глядя на эту умилительную картину, и отвечаю:

— Спасибо за приглашение, Мы придем. Что с собой принести?

— Ничего не нужно, — твердо отвечает Сергей. — Только хорошее настроение.

— Ладно, договорились, — киваю я. — Еще раз спасибо и спокойной ночи.

— И тебе спокойной ночи, — отзывается он и протягивает мне руку, которую я пожимаю в ответ и усмехаюсь, а затем беру Лизу спешу уйти, пряча свое смущенное лицо.

Такая непонятная смесь чувств в душе. Но мне нравится это ощущение. И я уже с нетерпением жду завтрашнего вечера.

Утром, едва мы с Лизой успеваем позавтракать, ее телефон начинает трезвонить.

Это точно Марк. Черт! Я же вчера забыла сказать Лизе, чтобы она ему перезвонила, а сама телефон заблокировала.

Дочка бежит в спальню за телефоном, а я кричу ей вслед:

— Лиз, ты только не говори папе, что вчера была в гостях — ему это не понравится. Если будет спрашивать, то просто скажи, что возле дома играла с девочкой.

— Хорошо! — кричит она в ответ и поднимает трубку: — Привет, пап…

Ох, как же я себя глупо и неловко чувствую. Придется теперь постоянно врать, чтобы не провоцировать Марка на ревность. И этим враньем я вовсе не его оберегаю от излишних переживаний, а себя.

Но как долго это будет продолжаться? Пока не разведемся, или дольше? Оставит ли он меня в конце концов в покое, или будет извечно выматывать меня претензиями?

Нет мне от него покоя даже здесь. Нужно поговорить с Лизой, чтобы она сама контролировала свой телефон. И чтобы ее общение с отцом никак не касалось меня.

— Мам, — дочь подходит ко мне и протягивает телефон. — Папа хочет тебе что-то сказать.

Видимо, собирается высказать мне насчет того, что вчера Лиза ему не перезвонила.

Открываю рот, чтобы сказать «не хочу», но решаю все же поговорить. В последний раз донесу до него мысль, что между нами все кончено, а впереди лишь развод. И я не хочу больше общаться с ним. А дальше уже пусть делает, что хочет. Однако я больше выходить с ним на связь.

— Слушаю, — выдыхаю я, приложив телефон к уху.

— Полин, в чем дело? Почему я не могу до тебя дозвониться? — недоумевает Марк, а я спешу на улицу, чтобы Лиза не слышала нашего разговора.

— Наверное, потому что я не хочу, чтобы ты до меня дозванивался, — сухо отвечаю я. — Или ты все еще не понимаешь, что у нас происходит?

— Я понимаю, что ты на меня в обиде. Но что за детский сад, Поль? К чему эти отключения телефона?

— Детский сад, Марк, — это вести себя, как последний кретин со своей женой! А потом делать вид, что все нормально.

— Нет, я не делаю вид, что все нормально. Но что бы между мной и тобой не происходило, мы остаемся родителями Лизы.

— Ты прав, — соглашаюсь я. — Но это не значит, что мы с тобой должны общаться. Более того, я вообще не хочу с тобой больше контактировать! Ты можешь это понять, или нет? И нашего ребенка сюда не приплетай. У нее есть свой телефон, ты можешь созваниваться с ней без моего участия. А если она не берет трубку — это не повод названивать мне. Она может быть занята, не услышать звонка…

— Ну это же глупости, — снисходительно протягивает он. — Прошу, не нужно все усложнять.

— Да я, наоборот, все упрощаю! Марк, ты вообще хоть иногда слушаешь меня? Я устала от твоего отношения к себе. И я больше не хочу связывать свою жизнь с тобой! Мы разводимся, понимаешь? И это ты все усложняешь своим отказом! Это только затянет процесс и вымотает всех нас еще больше. Повлиять на тебя я никак не могу, но мне уже совершенно все равно на это. Я вернусь домой и в любом случае все подам на развод, ясно тебе? А сейчас я просто хочу спокойно провести отпуск, чего ты не даешь мне сделать!

— Поль, давай начнем все сначала, — утомленным голосом просит Марк. — Я устал от наших ссор. Хочу, чтобы все было как раньше.

Его слова задевают мою душу, а сердце сжимается в комок. Разве я не мечтала и не надеялась на то, что все снова будет хорошо? Разве не ждала я того, чтобы Марк начал действовать в этом направлении?

И, наконец, я слышу эти заветные слова. Но уже слишком поздно. Марк показал, на что он способен. Он продемонстрировал, насколько пренебрежительно он может относиться ко мне. А прощать такое я не могу.

— Как раньше уже никогда не будет, — устало вздыхаю я. — Ты сделал все возможное, чтобы убедить меня, насколько я неважна для тебя.

— Это не так, Полин. Ты для меня очень важна, и я люблю тебя…

— Но ты сам для себя важнее, — прерываю его. — Твои желания оказались превыше моих, превыше нашей семьи. Я больше не хочу быть с тобой. Не хочу.

— Я понял, тебе нужно время остыть, — произносит он, делая какие-то совершенно непонятные выводы из моих слов. — Отдыхай сейчас, приводи мысли в порядок. Я не буду тебя беспокоить. Но когда вы вернетесь домой, мы встретимся и все обсудим.

— Хорошо, мы поговорим по приезду. А сейчас просто дай мне покоя, — проговариваю я и кладу трубку.

Нам уже нечего с ним обсуждать, а Марк никак не хочет этого понять. Но я не хочу сейчас тратить свои силы напрасно. Пускай он просто оставит меня в покое сейчас. А по возвращении домой я уже буду думать, что с ним делать, как угомонить его. Или просто молча подам на развод, и у него уже просто не останется поводов для спора. Хотя, он их всегда найдет…

Горячее солнышко и шум моря помогают расслабиться и отвлечься от недавнего разговора с Марком. Но отпуск ведь скоро закончится, и дома я уже не смогу успокаивать себя морюшком после очередной нервотрепки. Я должна научиться абстрагироваться от этого. Не буду нервничать — не придется искать способ успокоиться.

Пока Лиза ковыряется в камушках у воды, я ковыряюсь в телефоне и отвечаю на поступившие сообщения от клиентов. С выполнением заказов я еще могу подождать пару дней, а вот на связь все равно должна выходить, чтобы не потерять заказы на будущее.

В этом и есть главный минус работы на себя. И, конечно, верно говорят, что всех денег не заработать, но сейчас я не могу жить по такому принципу. Впереди развод, раздел имущества…

Кто знает, как поступит Марк? Будет ли вообще платить алименты? Я, конечно, не считаю его полным козлом, который забьет на своего ребенка и не будет о нем заботиться. Но вдруг он поступит так в качестве протеста? Это в его характере. Он же, видите ли, хочет вернуть семью, а я такая-сякая отказываюсь от этого.

Ну и бог с ним. Поступит по-скотски — его дело. Я, слава богу, не три копейки сейчас зарабатываю, как раньше. С голоду пухнуть мы с Лизой точно не будем. А вот не занялась бы я своим делом и работала сейчас на прежнем месте, вот тогда бы пришлось туго. И это могло стать поводом для того, чтобы снова позволить Марку подмять меня под себя и не разводиться.