— Это не имеет значения, Ава. Ты не думала о том, чтобы закончить учебу?

— Зачем?

Я не смог ответить на вопрос. Какая-то часть меня хотела сказать, что это было бы полезно в будущем, но, честно говоря, я не мог понять, почему, если только она не хотела найти другую работу.

Наклонившись, я поцеловал ее в плечо. Она вздрогнула, но не стала возражать или отвечать.

— Ава, если ты когда-нибудь захочешь получить аттестат, я могу помочь тебе с учебой, хорошо?

— Ладно. Спасибо. — Ее тон был непроницаемым. — Каково это — расти в городе?

— На самом деле, не так, как здесь. Ты же знаешь, какой большой город Лос-Анджелес. Большую часть моего детства мы жили в сельской местности, на большом участке земли, так что я рос на земле. Я даже работал в «4-Х». (программа развития молодежи, в рамках которой взрослые волонтеры предоставляют позитивные, практические, веселые и образовательные возможности для молодежи в возрасте от 5 до 19 лет)

— Что тебе приходилось делать для этой программы?

— Приходилось разводить свиней. Худший опыт в моей жизни, если честно. — Я почувствовал, как ее смех вибрировал у меня в груди.

— Почему?

— Я любил этого поросенка. Его звали Вонка. Он с радостью ходил за мной по пятам, и мы вместе любили вздремнуть — я спал на его большом животе. Он был моим другом. А потом наступил аукцион.

— Тебе пришлось продать его на убой, верно?

Я прижал руку к своему ноющему сердцу.

— Хуже всего было то, что его купили мои соседи, а их сын, маленький засранец Джонни, каждый день приходил в школу и говорил: «Эй, Нейт, знаешь что? Я снова ел бекон на завтрак. Ха-ха». Вот маленький засранец. Я хотел выколоть ему глаза своим механическим карандашом.

Она снова рассмеялась, а затем накрыла мою руку своей и сжала. Я наклонился и поцеловал ее прямо за ухом. Она вздрогнула, и я крепче прижал ее к себе. Я не мог приблизиться к ней еще больше.

Приходят или уходят

Авелина

После посещения горячего источника Нейт вел себя как настоящий джентльмен. Он проводил меня в мою хижину, а затем отвел лошадей обратно в конюшню, чтобы вычистить их. В ту ночь я осталась дома и, наконец, почувствовала себя достаточно усталой и расслабленной, чтобы заснуть без виски. В течение следующих нескольких дней у меня было много уроков, и Нейт много помогал Дейлу. Я редко виделась с ним, кроме как за обеденным столом Би. Она была так счастлива, что я наконец-то стала регулярно посещать ужины. Время от времени она даже просила меня приготовить гарнир, и я с удовольствием это делала.

Однажды вечером Редман, Би, Дейл и Триш отправились в город на ежемесячный антикварный аукцион. Калеб вежливо отказался поужинать с нами, оставив нас с Нейтом наедине. Нейт по секрету признался, что он — вегетарианец, но не хотел говорить Би, поэтому я приготовила пасту с овощами и грибами в красном соусе. Он склонился надо мной у плиты и наблюдал, как я помешивала соус.

— Пахнет потрясающе. Как насчет того, чтобы открыть бутылку вина Би?

— Только убедись, что оно не очень хорошее. Она нас убьет.

Когда мы вышли из кухни и направились в столовую, балансируя полными тарелками и стаканами, Пистол начал скулить из-за сетчатой двери. Нейт без предупреждения подошел и впустил Пистола, хотя злобный песик зарычал на него.

Нейт только улыбнулся и последовал за мной в столовую. Пистол обосновался у меня под ногами за столом. После нескольких мгновений молчания на меня что-то нашло, и я выпалила:

— У тебя есть девушка в Лос-Анджелесе?

Он отложил вилку и сделал глоток вина.

— Нет, Ава, у меня нет девушки. Если бы у меня была, я бы тебя не поцеловал.

— Технически, я поцеловала тебя.

— Я бы тебе не позволил.

— Ты встречаешься со многими женщинами? Держу пари, женщины постоянно вьются вокруг тебя. — Как только я произнесла эти слова, то тут же прикрыла рот рукой и почувствовала, что краснею. Я не могла поверить, что сказала ему это в лицо.

Он задумчиво посмотрел на меня, словно пытаясь решить, как ответить на вопрос, который мне не следовало задавать.

— Я ни с кем не был почти пять лет. — Он приподнял брови и посмотрел мне прямо в глаза.

— Ух ты. Почему?

— Был занят хирургией. Это поглотило меня, но я не жалею. В любом случае, я ни с кем в Лос-Анджелесе по-настоящему не сошелся во взглядах. Это восхитительно, — сказал он, сменив тему.

— Спасибо. Могу я тебя кое о чем спросить, Нейт?

— Конечно.

— Ты пытаешься исцелить меня и мое сердце из-за того, что случилось с твоим пациентом?

Его вилка громко звякнула о тарелку. Взяв салфетку и вытерев рот, он медленно покачал головой. Он выглядел раскаявшимся и погруженным в свои мысли.

— Не знаю. Я имею в виду, нет, не думаю.

— Единственные люди, которые тебя беспокоили за последние пять лет, — это люди с разбитыми сердцами.

Его ноздри раздулись, челюсть напряглась, и он прикусил нижнюю губу.

— Прости, я не обидела тебя?

— Нет, нисколько. — Он покачал головой, словно пытаясь убедить самого себя.

— Я просто не понимаю, почему тебе нравится быть рядом со мной.

— Я понятия не имею, почему ты такого низкого мнения о себе. Ты красивая и добрая, Ава.

— Но... я, должно быть, кажусь тебе невежественной.

— Не говори так, — прошептал он с огорченным видом. — Это далеко не так. Высшее образование не делает тебя умной, а жизненный опыт — да. Честно говоря, мне этого не хватало, и, вероятно, именно из-за этого я потерпел неудачу как врач. С тех пор, как я здесь, рядом с тобой, я узнал о себе и своем сердце больше, чем за все годы учебы в колледже.

— Мне трудно в это поверить.

— Это правда, Ава. Меня влечет к тебе, но я не думаю, что ты сломлена, так что нет, я не пытаюсь тебя исправить. Я просто хочу, чтобы ты поняла, что у тебя еще столько всего впереди в жизни. И у тебя здесь так много людей, которые заботятся о тебе.

Я начала плакать.

— Думаю, теперь я это понимаю, но что насчет тебя? Ты уедешь, и тогда... — слезы начали наполнять мои глаза, прежде чем одна из них потекла по моей щеке.

Протянув руку и вытерев ее подушечкой большого пальца, он покачал головой.

— Не думай об этом сейчас. Может, нам понравится быть вместе? — я кивнула. — Меня ожидают большие изменения в жизни, но я не забуду о тебе.

Я опустила взгляд на свою тарелку, но почувствовала тошноту. И не могла больше есть.

Он отодвинул свой стул от стола.

— Иди сюда, Ава.

У меня подкашивались ноги, когда я встала. Он мягко потянул меня за руку, усадив к себе на колени. Я обмякла в его сильных руках. Обхватив меня за спину и шею, он прижался лицом к моему уху.

— Ты так хорошо пахнешь, — сказал он. — Я никогда не причиню тебе боль, обещаю. Скажи мне, чего ты хочешь. Я сделаю все, что угодно.

Я всхлипнула.

— Просто обними меня. — Кожа на его лице выглядела грубой из-за дневной щетины. Протянув руку, я провела пальцами по его чистым волосам. На них не было никаких средств, и они были в идеальном беспорядке. Я наклонилась и потерлась щекой о его грубую линию подбородка.

Мы вздрогнули, услышав, как мужчина позади нас прочистил горло. Я обернулась и увидела вылитого Дейла, но это был не он. Мужчина, на которого я смотрела, был старше, с сединой в волосах и немного полноватым.

— Папа? — спросил Нейт.

— Извините, что прерываю. Где все?

Я тут же вскочила с коленей Нейта и неловко встала рядом с ним.

— Они в городе. Что ты здесь делаешь?

Он направился к нам.

— Какой приятный и радушный прием. Неужели ты ничему здесь не научился? — он усмехнулся, и тяжесть момента как рукой сняло.

Нейт встал и обнял своего отца. Повернувшись ко мне, он сказал:

— Это Ава Маккри. Ава, это доктор Джеффри Майерс, заведующий отделением кардиоторакальной хирургии и…