– Ой… Месье Гийом, что я теперь папе скажу? – Иветт шмыгнула носом.

– Что мы скажем, – вздохнул Гийом. – Ты моя гостья. А я не сообразил, что ты проснёшься, посмотреть записку на столе гостиной не догадаешься. Увидишь, что меня нет, дом заперт и попытаешься вылезти. Правильно?

– Ну вы же сыщик, конечно вы угадали правильно, – искренне ответила девочка.

– Тогда пошли сначала завтракать. Вафли у нас ещё остались, а я как раз за молоком и творогом сходил. А потом будем думать, где нам зашить платье.

Совещание всё равно развернулось за завтраком, сил ждать и мучиться от неопределённости не было у обоих. Почти сразу сошлись на том, что зашивать самостоятельно не стоит и пытаться. Пусть оба умеют держать в руках нитку с иголкой, заштопать так, чтобы не осталось следов, сумеет лишь профессиональная портниха. Вдобавок у неё наверняка есть приручённый дух земли, который сможет заставить нитки врасти в ткань и сделать её «как новой». Осталось выбрать ателье.

Но и тут всё решилось достаточно просто. Опять пригодился городской каталог. Лететь на своём ковре Гийом не рисковал, идти через весь город в дырявом платье не вариант. Вернуться за сменным платьем домой Иветт не могла – экономка наверняка уже пришла и всё потом расскажет отцу. Значит, мастерская должна находиться не сильно далеко. При этом Гийом сразу отмёл в сторону несколько мелких ателье и частных швей, так как у них не имелось ни рекомендаций, ни гарантий. В итоге осталось два адреса, а дальше фамилия одного из владельцев показалась знакомой, причём с этой фамилией были связаны какие-то смутные, но положительные ассоциации. Кто-то ему когда-то рекомендовал?

– Всё, решено. Идём сюда, – Гийом ногтем подчеркнул строчку с адресом. – Улица Пастухов, дом четыре.

– А почему именно сюда?

– Она не очень далеко, в каталоге солидные рекомендации и мне её вроде бы советовали.

– Хорошо. А ещё там рядом хорошее мороженое. Я туда… заходила.

– Сластёна. Нет уж, давай на обратной дороге, тогда и я от порции не откажусь. А сейчас попробуем уговорить швею, надеюсь, у неё с утра свободно. Учти, сегодня суббота, она работает только полдня.

Ателье Гийома удивило. Оно занимало сразу два участка, причём изначально тут был просто жилой двухэтажный дом с по-крестьянски основательным полуподвальным цокольным этажом-фундаментом из серых каменных глыб. Очень старый дом, ещё с тех пор, когда Флоран был просто большим селом, окружённым многочисленными хуторам. Так перестали строить больше ста лет назад даже в самых медвежьих углах, но фахверковый дом ни с чем не спутаешь. Каркас из вертикальных и горизонтальных балок, а также установленных под углом распорок, на которых держатся стены из глинобитных блоков. За прошедшие десятилетия дом явно не раз обновляли. Старые балки, которые обожают грызть древоточцы, заменили на современные из пропитанного алхимией дерева, наверняка усиленного арматурой. Глиняные блоки сменил оштукатуренный кирпич. Но конструкция дома в целом не изменилась, хотя наверняка куда проще и дешевле было снести и построить новое здание. А потом хозяева выкупили соседний участок, и поставили там мастерскую, соединив её со старым домом крытой галереей.

Неожиданная трудность возникла из-за того, что почему-то со стороны улицы в ателье не было входа. Сплошная живая изгородь по пояс упиралась в полосу деревьев, разделявшую мастерскую и соседский участок. Стена тоже глухая без окон и дверей демонстрировала большой рекламный плакат экономить время и покупать одежду в магазинах «Дюран и сыновья». Повезло, что уже шёл не самый ранний час, и на улицах было немало прохожих. Один из них, заметив растерянность Гийома, понял её верно и решил помочь:

– Месье, вы совершенно верно решили идти в мастерскую Дюран. Лучше места пошить платье для дочери не найдёте, по себе говорю. Вам чуть дальше. Видите, деревья между домами стоят? Вам туда, там проход.

– Спасибо.

Полоса деревьев и в самом деле скрывала проход. Небольшая калитка вела с улицы в полумрак зелёного коридора, с одной стороны стена мастерской, с другой – высокая стена деревьев и густые ветви крон образуют крышу арки. Ещё несколько шагов по плитам жёлтого песчаника, и Гийом с Иветт увидели дверь и наконец-то оказались внутри.

Просторный зал мастерской занимал добрую половину здания. Одна стена, противоположная улице, была от пола до потолка стеклянная – тогда понятно, с чего такая странная планировка. Неприятно с утра до вечера работать как в витрине, а тут панорамное окно выходило в небольшой садик, сейчас густо засаженный цветами. Воображение мгновенно дорисовало медовые и розовые ароматы. Для обогрева в углу камин, вдоль стен манекены с платьями, стенды с рисунками разных фасонов. С дальнего от входа конца ширма – видимо для переодевания, и три стола для портных. Краем сознания Гийом отметил, что правильно выбрал именно эту мастерскую. Здесь работали не иголкой, на всех трёх столах стояли дорогие современные швейные машинки с ножным приводом.

– Здравствуйте. Нам надо зашить платье вот этой молодой особе…

Одновременно с объяснением, зачем они пришли, Гийом закончил осматривать место и собрался уже внимательно присмотреться к швее, которую загораживала швейная машинка и непонятно-воздушная конструкция ткани, над которой девушка работала. Слова швеи застали его врасплох.

– Здравствуйте, месье Лефевр. Слухами про вас город полнится. А вы всё-таки про меня вспомнили и решили зайти? Ах да, у вас тут нужда заставила, только потому и вспомнили про бедную девушку. А обещали-то, обещали.

Швея встала в полный рост – это оказалась та самая рыженькая девушка из поезда, которой он чуть не сломал чемодан.

– Здравствует, мадемуазель. Нет, я не забыл, но и в самом деле первое время после приезда забегался с делами. И мы вроде бы договорились, что я для вас Гийом и без официоза, – при этом он надеялся, что опыт работы и допросов всё-таки помог ему сохранить невозмутимое выражение лица. Попутно судорожно пытался вспомнить имя девушки, напрочь вылетевшее из головы. Хотя в поезде они потом остаток пути сидели втроём с мэтром Робером и неплохо общались.

– Тогда и я для вас, между прочим, тоже Жюльетт, а не какая-то мадемуазель, – глаза девушки метнули лёгкую молнию, а в голосе послышалась укоризна. – А ещё кто-то в поезде мне кое-что обещал в виде компенсации и забыл.

Про то, с какой ехидной насмешкой на Гийома посмотрела при этом Иветт, он предпочёл не заметить. Девочка явно решила, что Гийом всё помнил, а именно сюда пришёл, отыскав «случайно» удобный повод пообщаться с рыженькой швеёй.

– Договорились. Будет с меня самое лучшее мороженое города. Но нам и впрямь очень нужна помощь. Это Иветт, дочь моего хорошего друга. У нас порвалось платье. Есть возможность его сейчас зашить?

– Ну, кому-то сильно повезло. У нас здесь наёмные швеи работают, я и мама только по индивидуальным заказам. Но раз сегодня выходной, то швей мы отпускаем домой, а сидим я, мама или брат. Так-то мы по субботам только заказы принимаем и выдаём, но для вас сделаю исключение.

Жюльетт вышла из-за стола и подошла. Несколько секунд смотрела на прореху, дальше в её голосе послышались какие-то непонятные весёлые нотки:

– Кто-то, смотрю, любит лазить по деревьям. Так, на тебе – не поймёшь. Давай со мной вон за ту ширму, там помогу раздеться. Я нормально натяну ткань и тогда скажу, сколько времени займёт ремонт.

Гийом остался пока один и из любопытства подошёл к камину. Обычный камин такое большое помещение не прогреет, пусть во Флоране зима и тёплая. Но зачем-то его поставили? На самом деле вблизи стало понятно, что камин – это всё-таки современная имитация. В нём жила саламандра, которая не давала пламени из своего жилища вырываться через открытый зев, а направляла его вверх, где был укреплён бак с водой. Вода превращалась в пар с кипятком, собственным давлением шла по трубам в здании, за это время остывала и сливалась обратно в бак. Главное – не забывать подкладывать уголь и следить, чтобы в баке оставалось достаточно воды. Просто и практично.