— … Думаю, Иол разгневалась больше от того, что эльфийские стрелки напали на Райдера, их не становило, что у него на руках была новорожденная ты. Она выставила щиты, отражая атаки магов лесного владыки. И сражалась весьма успешно, пока Фиалка дождалась нужного момента и уничтожила сердце драконницы, тогда твой брат обратился в дракона. Он, в отличие от твоего едва живого отца, на тот момент был относительно цел. Твой брат и уничтожил владыку с приспешниками, в общем, чисто технически его сверг Андриель.

Она кивнула, кажется, такой конец показался ей справедливым, и семья в ее глазах была полностью реабилитирована. Еще бы, я всячески избегал темы насильственного брака ее родителей, похищения Иол и первых сорока лет их совместной жизни. И не из-за излишнего благородства. Мне просто не хотелось видеть ее вновь расстроенной. Пусть и дальше верит, что у ее родителей изначально была светлая и чистая любовь, тогда она скорее согласиться выйти замуж, имея перед глазами такой счастливый пример.

— Я еще хотела спросить…

Я кивнул, готовясь отвечать.

Айон посмотрела на меня с отчаяньем:

— Можно убить кого-то просто заклинанием, просто подвесив в воздухе?

— Если высоко подвесить и уронить, то, да, — улыбнулся я.

— Нет, я просто повторила то, что ты сделал на нашем острове: парализовала и обезвредила нападавших, под конец подвесив воздухе… А они погибли, — печально призналась она.

Глупость, какая! Кто же ей такое сказал⁈ Но ей спокойно ответил:

— Наслышан… Думаю, что перед нападением на Таниеля с них взяли клятву на крови, в случае нарушения которой, они погибают.

— Выходит… если бы они сбежали, то выжили?.. — Распахнув глаза, от ужаса задохнулась она.

— Нет, конечно! Кто бы стал возиться с расходным материалом? Таких беспутных полно, только золотом позвени, — лениво отмахнулся я. — Скорее всего, они изначально шли на убой. И развитие событий на результате не сказалось, в любом случае, те наемники погибли бы.

Немного помолчав, Айон спросила:

— А что случилось с отцом и Фиалочкой? У них ведь сейчас отличные отношения.

— Тогда и спроси у них сама, — улыбнулся я. — Меня тогда интересовали исключительно исторические события, а не семейные происшествия.

— А сейчас? — предсказуемо спросила она.

— Сейчас, конечно! Теперь мне крайне интересно, что же случилось в семье моей будущей жены… — весело произнес я, склоняясь к ней.

Айон вновь напряглась и стала посматривать в противоположный конец комнаты, словно раздумывая туда ретироваться.

И я не удержался и насмешливо спросил, прекрасно зная ответ:

— Кстати, ты уже определилась?

— С чем? — настороженно отозвалась Айонка.

— С проклятием?

— Нет, не знаю… — растерянно отозвалась она, смотря на меня несчастными глазами. — Я совсем запуталась!

И как на такое искреннее расстройство реагировать? Я склонился и поцеловал ее:

— Ладно, ты решай, а я со своей стороны буду двигать тебя в правильном направлении.

Но вместо улыбки, она покраснела:

— Я боюсь, что в этом-то и проблема…

Тут в комнату вошла Лорена:

— Я стучалась, а вы не слышали! Поехали, папа прислал за нами карету.

Айон тут же испуганно отодвинулась от меня на приличное расстояние. Лорена с интересом наблюдая за нами, добавила:

— Да… Мальчишек ждать не будем за вчерашний побег к тебе, их наказали на месяц без выходных.

— Таниель! Да как он мог! Предатель! — прорычала драконница, сжимая кулаки.

— А что сразу Таниель? — возмутилась Лорена, защищая владыку. — Нечего было сбегать и болтать всякие глупости. Не помнишь, это ведь они тебя вчера взбаламутили!

— Не они, а твой… — Айон осеклась и с подозрением добавила. — А ты откуда знаешь, что они тут были? И о чем говорили? Здесь кроме нас никого не было! — Прищурившись, спохватилась Айон.

— Видела… — недовольно пробурчала Лорена, потом подошла ко мне.

— Армин… это вам! — И повесила мне на шею какой-то маленький сосуд на цепочке. — Ну… до конца темных не разгонит, а так… держать будет на расстоянии. Вы же к нам с ночевкой, а там папа с мамой, они пока ничего не знают. Ну, в общем, чтобы ночь спокойно провести… — смущенно закончила она, отступая.

Я коротко поклонился, благодаря Лорену.

Она засияла довольная, что угодила.

— Пошли? — странным голосом отозвалась Айон. — Ты так и не сказала, что с Чери? За что ты ее так обидела? — задумчиво натягивая плащ, спросила у сестры драконница.

— Заслужила, поверь… Я не все могу говорить, — вздохнула Лорена, — но очень скоро все сама узнаешь.

Айон покачала головой, но приставать дальше к сестре не стала.

Мы быстро добрались до небольшого, но аккуратного особняка на окраине, стоящего в ряду похожих.

— Городской особняк папа открыл для меня, пока учусь, буду сюда выходные приходить, — гордо объявила Лорена, когда мы въехали во двор.

— Одна? — Айон насмешливо подняла брови. Где-то это я уже видел… в зеркале, кажется.

— Если бы… — грустно вздохнула Светлая. — Тут будут жить слуги, которые нянчили меня с детства и которым доверяют родители, отряд охраны из мечников папы, и еще много кого.

Договорить они не успели, слуги открыли дверь кареты, и спустили лестницу, терпеливо ожидая выхода молодых хозяек. Но первым вышел я и помог девушкам спуститься.

На пороге нас уже ждали, эльф со своей человеческой женой, одетые в серые эльфийские дорожные костюмы, видимо, только что откуда-то вернулись.

Дальше шло короткое представление меня в качестве гостя и горячие объятья соскучившихся родственников. Наблюдая за ними, я в какой-то миг вдруг понял, что меня нигде и никогда так радостно не встречали.

Нас провели в гостиную, в которой друг на друге стояли еще не распакованные сундуки, и горкой рулонов лежали связанные ковры и шкуры, а мебель была занавешена плотными тканями. Заметно, что семейство только сюда перебралось.

Фиалочка, от радости чуть не плакала. Точнее плакала, украдкой вытирая слезы. Лорм отчего-то виновато отступил, давая девушкам место для бурного проявления радости. Айонка от всей души ликовала, прыгая у тети на шее, а та горячо ее обнимала. Лорена смеялась, не сводя счастливого лица с мамы и сестры.

— Вы, наверно, голодные, а до ужина далеко… Чего тебе хочется? — ласково поинтересовалась тетя у драконницы.

Айонка обхватила талию своей любимой Фиалочки, и вновь от радости запрыгала вместе с ней:

— Обожаю пирожки, твои пирожки… Как я соскучилась по тебе, Фиалочка!

Рядом раздался насмешливый голос дяди Лорма:

— Кажется, тебе чуть не предпочли твои кулинарные способности, дорогая, но вовремя опомнились… Айон, когда ты едва достигала тетиной талии, твои объятия в прыжке были понятны, но теперь ты выше тетушки и можешь ненароком ее уронить!

Айон, подмигнув, вновь прижалась к Фиалке:

— Как о тебе дядюшка беспокоится…

Та мило улыбнулась, обняла и утешила «малютку»:

— Не переживая, моя дорогая, я напеку тебе пирожков… С какой начинкой хочется?

— Фи, можно же отдать приказ… — едва слышно пробурчал дядюшка драконницы.

Как я понял, именно я был источником этого ворчания. Ему хотелось, чтобы его человеческая жена перед незнакомым эльфом, да еще и преподавателем академии, вела себя как истинная эльфийская госпожа, а она веселилась как племянница и собиралась совсем «неблагородно» самолично печь пирожки.

При этом этот эльф где-то глубоко в глазах прятал улыбку. Хоть его снобизм был обоснован, но, в общем-то, он одобрял простоту нравов своего семейства.

Меня же совершенно не волновали его мысли. Заботило другое, что Айон игнорирует мою просьбу подумать о браке. Сегодня она обозвала проклятие дракона «какой-то ниточкой». И сейчас, представляя меня, даже намека перед родственниками не сделала, кем я стану ей в ближайшем будущем. То есть ее это совершенно не волнует?

Фиалка ласково улыбнулась мужу, потом повернулась к племяннице:

— Пошли, моя хорошая, посидим на кухне, поболтаем, пока я с пирожками возиться буду… — И тут она поймала мой напряженный взгляд. — Господин Арминель, если вас не смутит это действо, будем рады позвать вас с нами…