Маркус, краем уха слушая этот разговор, только хмыкнул и едва не пропустил очередную атаку Нэриэла. Увернувшись в последний момент, он невольно подставил под удар подслеповатого мастера Иллюзий, и только ловкость и наработанная реакция мастера Боевых искусств спасли того от едва не влетевшего в него огненного шара. В последний момент в тот влетела молния, и залп рассыпался фейерверком над головами мастеров.

— Если будешь отвлекаться на поле боя, я не засчитаю тебе испытание! — сделал выговор Маркусу Нэриэл. В толпе присвистнули: раздражать Главу города считалось непочтительным и предосудительным. Маркус, осознав свою ошибку, поспешил её исправить. Он наотмашь бросил огненное заклятье, забыв рассчитать силы. Пламя вспыхнуло так ярко и неистово, что на миг все ослепли, а огонь мигом распространился по всему полигону. Маркус в ужасе взглянул на результат своего удара и, забыв о том, что находится на поле боя, поторопился на помощь толпе. Лишь вызвав ливень, который разом потушил неистовое пламя, он повернулся в сторону Нэриэла, и сердце его упало. В глазах Главы города Маркус увидел удивление и догадку. Попался!

— Я не смог предвидеть ни одного твоего удара. Сообщаю это мастерам, чтобы сразу засчитать последний экзамен. Он тоже пройден блестяще, — заявил Нэриэл, и его взгляд потемнел. — Так ты потомок Мэдэйлис Слайнор?

— Леди Мэдэйлис приходится мне дальней роднёй, — бесстрастно отчеканил Маркус и, не дожидаясь нового вопроса, добавил: — Мои родители живут в другом мире и отправили меня на обучение в Волшебный город, так как сочли мои способности невероятными и нуждающимися в наставничестве более опытных мастеров.

— Что ж, они сделали правильный выбор, — обманчиво мягко заметил Нэриэл. В его глазах плескалась насмешка, но едва ли кто-то, кроме Маркуса мог понять её смысл. — У тебя действительно удивительные способности, с которыми вполне можно стать гениальным целителем, или же настоящим героем, а если тебе не чужды амбиции, то в будущем ты мог бы сменить меня на посту Главы города. Так в чём же ты хотел бы дальше совершенствоваться?

— Я… — Маркус на миг замялся, не решаясь озвучить своё желание при посторонних. — Я хочу научиться управлять Вратами Междумирья.

Толпа тут же загудела, перемежая удивлённые возгласы с фырканьем. Управляющие Вратами давно канули в небытие. Последний мастер Привратник исчез больше пяти сотен лет назад при загадочных обстоятельствах, с тех пор никому не удавалось пройти труднейшие испытания, чтобы заполучить все ключи от Врат тысячи миров. Сам Нэриэл сумел пройти лишь три, что считалось по нынешним меркам впечатляющим достижением.

— Похвальное стремление, — задумчиво произнёс Глава города. — Но ты же понимаешь, что это не просто экзамены, а тяжелейшие испытания, в которых можно сгинуть?

— Да, конечно. Именно поэтому я бы хотел получить занятия у всех Великих мастеров, чтобы узнать как можно больше, если, конечно, они не против… — Маркус повернулся к мастерам, однако те, поражённые его желанием, не спешили с ответом. Лишь после кивка Нэриэла, каждый выразил готовность помочь невероятному дарованию.

— Я же говорил, что он похож на Семерика, — пробубнил мастер Иллюзий, когда Маркус уже покидал экзаменационный полигон. — Уверен, он одолеет больше трёх испытаний…

— Да сколько можно его вспоминать! — шикнули на него прочие мастера и настороженно покосились в сторону Нэриэла. Ещё не хватало, чтобы до ушей Главы города донеслось имя сгинувшего некогда соперника, а впоследствии предателя. Однако мастера волновались напрасно. Мысли Нэриэла были заняты не прошлым, а будущим. Маркус ощущал на спине его тяжёлый взгляд до тех пор, пока не скрылся в подлеске.

Впрочем, их расставание оказалось недолгим. Нэриэл нагрянул в дом Маркуса тем же вечером.

— Твоя матушка на меня обижена, — произнёс Глава города вместо приветствия. Он выбрался из самого большого зеркала, что стояло в гостиной в тот момент, когда Маркус ворошил угли, чтобы разжечь камин. Вечера были уже довольны холодны, вдобавок трепещущее пламя успокаивало. Рядом с огнём Маркус никогда не чувствовал себя одиноким.

— Я знаю, — примирительно ответил он.

— Значит, мне не нужно признаваться, что я твой дедушка? — переспросил Нэриэл с насмешкой.

Маркус только помотал головой.

— Как занимательно, — хмыкнул Нэриэл. — И… — Он сделал многозначительную паузу, при этом практически впившись взглядом: — … какое же твоё основное имя?

Давление магии было невероятным. Маркусу на краткий миг показалось, что новоявленный «дедушка» вот-вот расколет ему голову, настолько сильно тот хотел проникнуть в его сознание.

— Нигель…

— Что ж, — переводя взгляд на камин, задумчиво продолжил Нэриэл. — Рад слышать, что Найиль всё-таки нашла в себе силы выполнить свой долг перед родом. Я так понимаю, управление огнём тебе досталось, как наследие Слайноров.

Маркус тяжело выдохнул. Противостояние столь могущественному волшебнику дважды за день почти оставило его без сил. Он едва держался на ногах и был чрезвычайно рад тому, что Нэриэл больше не нуждался в ответам, предпочитая самостоятельно строить всё более и более нелепые догадки.

— Найиль, конечно, поставила свой блок, — продолжал рассуждать новоявленный «дедушка». — При случае передай ей, что она, наконец, достигла высокого уровня. Признаться, в детстве ей не удавалось от меня скрыть даже самые важные секреты.

Хмурые черты Нэриэла заметно смягчились и расслабились. Воспоминания делали его непривычно сентиментальным. Маркус отнёсся настороженно к этим словам. Матушка не доверяла Главе города и просила всегда быть с ним настороже.

— Или это работа твоего отца? — вдруг спросил Нэриэл. — Среди Слайноров в былые времена встречались мастера Сознания, но вроде бы их потомки давно стали путешественниками среди миров, последней, кого встречали в Волшебном городе, была Мэдэйлис…

— Я не знаю ответа на ваш вопрос, — стараясь быть вежливым, произнёс Маркус.

— Ну конечно, — хмыкнул Нэриэл. — Ты же ещё совсем мальчишка, да и к чему тебе истории замшелых стариков. Это Найиль хочет тебя сделать Привратником?

— У меня невероятные способности, кому как не мне испытать себя? — вновь увильнул от прямого ответа Маркус.

— Действительно, — согласился Нэриэл. — Такому таланту и в самом деле стоит себя испытать. Но, знаешь ли, когда-то я думал так же, а потом позорно застрял на огненных Вратах. Впрочем, пройти три испытание из шести достойный результат. Мастерами становятся уже после первого. А из ныне живущих дальше меня не прошёл никто. Мастер Редиан провалилась ещё на водных Вратах, хотя для леди это огромное достижение.

— Два испытания, кроме мастера Редиан, есть только у мастера Сознания и мастера Превращений, — с уважением добавил Маркус.

— Верно. — Нэриэл кивнул. — Хотя, думается мне, что имея способности Слайноров, тебе будут по плечу все Врата стихий, а вот насчёт тех, что ждут тебя после… — На миг он замолк, а его глаза сузились до щёлок. — Если верить книгам, то они проверяют уже не силу, а стойкость духа. Врата Тьмы опасны не только монстрами из мира Нави, но и соблазнами. Когда-то у меня друг…

Маркус напрягся. Всё его тело вдруг вытянулось, словно тетива, а в сознании заметались мысли, однако внешне ему удалось сохранить безмятежный вид. В то время Нэриэл увлечённо продолжал:

— Его имя сейчас под запретом и с ним связано падение третьего Великого дома. Мастера сегодня вспоминали его — Семерика Майэрса. Что ж, их можно понять, не каждый раз встречаешь столь одарённых молодых людей. Увы, тьма поглотила его душу, так и не пустив к Вратам Света. Если бы не его амбиции, Волшебный город получил бы Привратника. Какая невероятная потеря!

Слова Нэриэла звучали настолько искренне, что ни у кого не возникло бы и тени сомнения в их подлинности. Однако Маркус внимал им с изрядной долей скептицизма. И причиной тому служила вовсе не уникальная проницательность, а ещё одна тайна. Семерик Майэрс являлся его отцом, о чём Нэриэлу не следовало о том даже догадываться. Маркус с детства слышал совершенно другую историю, в которой его отец был жестоко предан. И, как говорила его мать, он появился на свет для мести, хотя, по словам отца это звучало несколько мягче: