— Ты открыл их⁈ — ужаснулся подлетевший демон. — Сорвал печать⁈

Он ринулся было на него, но поле Врат жестко откинуло его, будто тот был попавшим в стену мячиком. Это вмиг разъярило демона, и тот предпринял новую попытку, но его вновь отбросило с невероятной силой.

«Надо запомнить координаты», — запоздало подумал Маркус, видя, как снежное облако превращается в привычный сизый дым. Он едва успел уловить суть плетения, прежде чем его затащило в перенос. Когда же туман рассеялся, Маркус оказался в родном мире. Он почувствовал это сразу, ощутив знакомый сладковатый воздух. Искренняя радость наполнила его, заставляя едва ли не светиться от счастья. Он вернулся! Сумел пройти все испытания!

Меж тем занимался рассвет. Маркус, оглядевшись, с трудом определил своё местоположение. Похоже, его выкинуло на самой окраине Волшебных земель — на восточных солончаках. Словно мощённая солёными камнями долина упиралась в горы. Здесь не было ничего, кроме мерцающих в предрассветных сумерках кристаллов. Осмотревшись, Маркус обнаружил неподалёку призрачные соляные столбы древних Врат. Вначале они показались ему миражом, но стоило к ним прикоснуться, как стало понятно, что они вполне реальны. Окутанные дымкой, они были готовы открыться в любой момент. Ошибки быть не могло: Врата ему покорились. Теперь он мастер Привратник!

Маркус быстро нарисовал привычную путеводную пентаграмму и представил собственный подвал. Туман тут же заклубился вокруг, и стоило только сделать шаг в глубину арки, как пейзаж вокруг поменялся, и солончаки превратились в родные стены. Потом он долго разводил огонь в очаге, надеясь как можно скорее дозваться до Саларс. Маркус жаждал подробностей о миссии саламандр, в то же время у него самого оставалось одно весьма неприятное незаконченное дело. Пламя, едва вспыхнув, сразу же тухло, словно нечто его сдерживало. Серия неудач, постигшая Маркуса, заставляла нервничать. Может, что-то случилось? Он же не мог совершить какой-то непоправимой ошибки?

Наконец, огонёк побежал по тонкому бревнышку и вскоре перекинулся на соседнее полено. И вот уже в пламени закрутилась маленькая ящерка.

«Ты меня напугала, — признался Маркус. — Всё в порядке?»

«Едва ли…» — печально возвестила Саларс.

Маркус в недоумении уставился на саламандру.

«Мы не можем попасть к Творцу, — пояснила она. — Мир, в котором он оказался спрятан, запечатан!»

«Я могу открыть вам Врата, — заметил Маркус. — Я запомнил координаты!»

Однако саламандра только покачала головой.

«Нет, это станет нашей ловушкой. В этот мир можно войти, но нельзя выйти! — выдала Саларс. — Если только не заполучить разрешение Главного демона, но едва ли кто-то посмеет к нему сунуться!»

«Хочешь сказать, я связался с таким?» — удивился Маркус, пытаясь осознать, как высоко в иерархии стоит Хагийрен.

«Нет. — Огонь вокруг саламандры опасно зашипел. — Ты встретил того, на кого объявлена охота. Что, впрочем, удачно. Если Главный демон его уничтожит, твой контракт ликвидируется сам собой».

«Тогда, как мне удалось выйти? Почему Врата меня пропустили?» — продолжал допытываться Маркус.

«Потому что все Врата во Вселенной открываются перед Привратником, но только перед тобой одним, — пояснила Саларс. — Впрочем, возможно, есть исключение».

«И какое же?»

«Твоя истинная, — выдала она. — Вы неразделимы, и потому Врата могут посчитать вас одним существом».

«Но мы ведь тоже связаны, да и охранник Творца сказал, что моё появление заставило того материализоваться» — задумчиво сообщил Маркус.

«Мы отправили с тобой одну из нас, она пожертвовала собой, чтобы убедиться в том, что мы не ошиблись, — печально опустив голову, призналась Саларс. — Творец поглотил её пламя без остатка, и, похоже, память начала возвращаться к нему».

«Значит ли это, что мне нужно переправить туда кого-то ещё?» — обеспокоенно спросил Маркус.

«Пока нет, мы хотим дать Творцу время на восстановление», — отказалась Саларс.

Маркус ощутил маленький укол разочарования: незнакомый мир интриговал, и он совсем был не прочь вновь туда отправиться. Вот только слова Саларс заметно остудили его пыл, однако уже через минуту в его голове вспыхнула неожиданная идея.

«Если в этот мир нельзя попасть, значит, никто не знает и что в нём происходит. Потому, окажись там кто-то случайно, пропадает для всех других миров… Так, тому, кому надо скрыться, никогда не будет найден. Не это ли ответ на мою проблему?»

«А это решение», — внезапно ворвалась в его размышления Саларс.

Маркус заговорщически переглянулся с саламандрой.

«Ты ведь поможешь мне заманить её в зеркало?» — чувствуя, как внутри загорается азарт, уточнил Маркус. Саларс подмигнула ему в ответ.

Новости о пожаре в замке Редианов расползлись удивительно быстро. Казалось бы, всё случилось ещё на рассвете, а Волшебный город вовсю гудел уже до полудня. Но слушая все эти пересуды, Маркус невольно подмечал, что куда больше самого пожара, волшебников заботило таинственное исчезновение Джелиты. Все вокруг гадали, что же могла затеять старшая из Редианов, и, как всегда, не обошлось без пошлых шуточек про очередной любовный интерес.

— А ты действительно удивил меня, Нигель, — наблюдая за творящимся в городе оживлением, заметил Нэриэл. — Это была крайне удачная идея подобным образом скрыть следы.

Маркус, словно став его тенью, молчаливо стоял подле. Он появился в крепости Брэйтов спустя пару минут, после того как пожар был потушен. В столь ранний час Нэриэл не спал, а сидел всё в той же библиотеке, при этом плотно закрыв окна тяжёлыми шторами. Маркус мог только догадываться, чем тот занимался в полной темноте, но не мог не заметить на лице торжества и в то же время нетерпения, с каким его встретили.

— Ты правда это сделал? Где её тело? — Нэриэл набросился на него сходу, даже не дав объясниться.

— Тело отправлено во Врата, как вы того и желали, — тихо ответил Маркус, стараясь вести себя как можно естественней. Ему вновь пришлось убирать свои чувства глубоко внутрь, чтобы не только не попасться коварному деду, но и не потревожить малышку. В доме и так был невероятный переполох.

— И… они её приняли? Ты смог их открыть?

Лёгкий кивок — Маркус предпочёл обойтись без лишних слов. Ему претила откровенная ложь, поэтому приходилось выкручиваться, нарочно недоговаривая.

К счастью, Нэриэла всё устроило, и теперь его глаза горели откровенным безумием. Он так жаждал попасть в Тёмные миры, что Маркус уже подумывал не скормить ли того Хагийрену. Однако, подозревая, что столь сильному демону вряд ли понадобится полоумный старик, заставил притихнуть свои чувства. А меж тем Нэриэл, наконец, сбросил маску и показал себя во всей красе.

— Теперь никто не посмеет оспорить мои слова! — ликовал он. — А то решила она, видите ли, пройти испытания вновь! Хотела забрать у меня право быть Главой города, представляешь? Проклятая стерва, вечно творила, что хотела! Ну и поделом ей! Как удачно ты скрыл следы, теперь все будут ещё месяц спорить, куда её унесло! — под конец он расхохотался, и его безумный смех вызвал у Маркуса лишь отвращение.

«Мне точно следует ему служить? Может, стоит и его куда-то отправить? — мстительные мысли то и дело вспыхивали у него в голове. — Он не так сведущ, как Джелита, сам вряд ли выберется».

Выслушивая сумасбродные идеи Нэриэла, Маркус всё больше недоумевал: почему матушка хотела, чтоб он ему служил? Не лучше ли было, наоборот, расправиться с ним, и пусть бы Джелита правила городом. Стойкое ощущение, что он сделал непоправимую ошибку буквально жгло изнутри, и оно только усилилось, когда Нэриэл озвучил свой новый план.

— Надо покончить со всеми Редианами. Ты силён, безусловно, но… кто знает, на что способна новорожденная наследница. Было бы правильно избавиться от них до того, как они создадут проблемы.