Маркус заметно напрягся: ему было стыдно признавать, что так и не смог ничего выяснить и теперь находится в полной растерянности.

— Я буду пытаться… — осторожно начал он, но его тут же прервали.

— Пытаться? — хмыкнула матушка. — Не говори ерунды! Семерик много лет скрывал, что именно там произошло, но сейчас, когда понял, что ты не отступишься, всё же кое-что сообщил.

Маркус удивлённо установился на неё. Отец всегда избегал этой темы, и всё то немногое, что удавалось из него выжать, не сильно проясняло ситуацию. Как правило, сначала он обвинял Нэриэла в коварстве, потом усмехался над собственной победой в поединке, а затем из его уст вырывалось только болезненное: «Подлец! Каков подлец!»

— Всё дело в том, что как только ты начнёшь открывать Врата, тёмная энергия, запечатанная там, начнёт проливаться в наш мир, — начала рассказывать Найиль. — Эта дымка неизбежно осядет на одежде и руках. Достаточно произнести любое заклинание, даже самое безобидное, вроде вызова магического фонаря, и в нём тоже окажутся частички этой энергии, и потому назвать тебя отступником не составит никакого труда.

— Получается, мне нельзя использовать магию?

— Как ты собрался открывать Врата без магии? — фыркнула матушка. — Конечно, никто не осудит тебя за те заклятья, что потребуется для открытия Врат, но… — Она на миг перевела дыхание. — Ты должен понимать, что будешь крайне уязвим в этот момент. И если на тебя нападут… Достаточно одного подлого удара в спину!

Маркус чуть не открыл рот от шока. Он и представить не мог, насколько коварен и опасен Нэриэл. Разумеется, всякий волшебник, получив внезапный удар, инстинктивно начнёт защищаться.

— Я сделаю защитный купол до того, как начну, и просто не подпущу его к Вратам! — запальчиво произнёс он, но матушка только покачала головой:

— Это могло помочь твоему отцу, но не тебе! Не забывай, кто твой противник. Нэриэл не твой закадычный друг и равный тебе соперник, а Глава города. Надумай ты защищаться, и это вызовет подозрения.

Слова матушки ставили Маркуса в тупик. Он крутился в нём, словно снова вернулся в тот день, когда впервые оказался в лабиринте Брэйтов. Вот только тут ни пролезть напролом, ни перелететь, ни сделать подкоп никак не удавалось.

— Значит, мне остаётся только отступить? — печально спросил он.

— Почему же? У тебя есть один вариант. — Матушка хитро сощурила глаза.

Маркус в недоумении уставился на неё, и недоброе предчувствие коснулось его сердца.

— Попробуй подыграть ему и убедить в своей преданности, — выдала она с мрачным торжеством.

— Но… — Маркус был ошеломлён. — Разве мы к этому стремились? Вы же мне с детства твердили, что он мой враг и я должен его победить⁈

— Похоже, тебе не очень-то хорошо далась наука Нэриэла, — вновь хмыкнула матушка. — Что будет, если гадюка смело выступит против слона? Её просто затопчут! Но стоит ей подкрасться незаметно, словно безобидный уж, и ничто не помешает нанести смертоносный удар!

— Отец ведь не одобрил этот план, — серьёзно заметил Маркус и нахмурился. Семерику претили всякого рода уловки и хитрости, тот предпочитал действовать прямо и открыто.

— Твоему отцу пришлось мне уступить. — Найиль поднесла руку к своему животу и несколько раз погладила его. После чего лукаво подмигнула Маркусу: — Теперь у него есть надежда, что, если что-то пойдёт не так, у него будет запасной вариант. Кто-то ещё, наделённый семейным даром.

— Но ведь это невозможно. Дар передаётся только одному! — парировал он, но у матушки на любой аргумент оказывался свой контраргумент:

— Так было до того, как ты родился с двумя дарами. — Она хитро подмигнула, и её губы растеклись в зловещей улыбке. — Как знать, возможно, я разгадала этот секрет.

Маркус мысленно посочувствовал своему нерождённому брату или сестре, на миг представив, что с ним или с ней будет, если матушкин план не сработает. Бедное дитя будет презираемо его слишком амбициозными родителями. Он тяжело вздохнул и, проводив Найиль, вновь занялся огнём в камине. Вот только пламя упорно не желало разжигаться. Видимо, Саларс и в самом деле сильно обиделась. Плохой знак для начала испытаний.

Серые рыхлые тучи сеяли мелкую колкую морось третий день к ряду. Лёгкий морозец неприятно пощипывал кожу, напоминая о скором приходе зимы. Маркус, невольно поёжившись, поплотнее затянул дорожный плащ: коварный северный ветер пронизывал насквозь. Вокруг лишь обнажённые скалы, стыдливо пытающие прикрыться тонкими ветвями низких кустарников и мхами. Маркус давно сошёл с главной дороги, что вилась серпантином к древней обсерватории, выстроенной на самой высокой горе, и теперь пытался уловить след звериной тропы среди пожухлой травы. Испытание начиналось с того момента, как кандидаты покидали предгорье: Врата Земли ещё надлежало отыскать среди многочисленных пещер. Будучи созданные из магии, они могли свободно перемещаться и возникать в любых подземельях, начиная от подвалов и заканчивая недрами земли. Те, кому они покорились, получали возможность вызвать их, если, конечно, оказывались в подходящих условиях. В книгах неоднократно рассказывались истории, когда угодившие в темницы волшебники просто открывали Врата и убегали, не оставляя следов.

Все мастера, как один, твердили, что прежде, чем Врата проявятся, придётся столкнуться со всеми проявлениями магии Земли, потому Маркус, входя в выбранную пещеру, каждую секунду ожидал нападения. Он нарочно не зажигал света, надеясь привлечь к себе пещерных чудовищ. Двигаясь по наитию, Маркус опускался всё глубже в непроглядную тьму. Вокруг стояла зловещая тишина, и только звук собственных шагов отдавался мрачным эхо. Маркус растворился в ощущениях, стараясь распознать чьё-то движение или почувствовать возмущение магии, но всё, что ему удалось уловить, был лишь далёкий гул подземной реки. Он направился к единственному источнику звука и вскоре темнота начала рассеиваться. На влажных каменных стенах то тут, то там стали появляться светящиеся грибы и лишайники, потолок, до той поры нависавший низко над головой устремился вверх. Гул воды нарастал. На секунду Маркусу показалось, что наступил идеальный момент для схватки. Ему даже почудились призрачные тени, заскользившие по стенам. Маркус внутренне напрягся и резко вынырнул в очередной поворот, но вместо чудовищ его встретила только шумная подземная река, несущая свои мерцающие зеленоватые воды вглубь горы.

«Что-то не так!» — пульсировало назойливо в мозгу, заставляя нервничать. Неужели Врата не хотят его испытывать? Не сочли достойным? Разочарование обрушилось на него, словно ведро вылитой без предупреждения воды.

«Главное, чтоб у Асмика получилось», — мысленно пожелал удачи другу Маркус и остановился в раздумьях. Идти дальше казалось бессмысленным, испытание он провалил. Возможно, ему стоило повторить через пару-тройку лет, в конце концов, большинство кандидатов намного его старше. Невольно оглядевшись, Маркус приметил несколько редких минералов, вынесенных на пологий берег рекой и ещё с десяток полезных грибов, украшавших стену. Решив не терять зря времени, он увлекся сбором настолько, что в какой-то момент, оказавшись напротив грубо вырубленной арки, даже не вспомнил о Вратах. Маркус просто прошёл внутрь и был крайне удивлён, когда окружающее его пространство вдруг наполнилось сизым дымом. В следующую секунду он оказался в просторной пещере, ярко освещённой магическими фонарями. Подслеповато прищурившись, Маркус увидел стоящего напротив Главу города в окружении ещё десятка мастеров. Не успев осознать произошедшего, Маркус услышал в свою честь аплодисменты.

— Браво, юный волшебник! Похоже, ты справился первым! — присоединился к овациям Нэриэл.

— Но… как? Я ведь даже не сражался! — недоумевал Маркус, но его вопрос потонул в новом шквале аплодисментов. Он резко обернулся и с удивлением увидел вырубленную в скале величественную арку, из которой весь грязный и взъерошенный вывалился Асмик.

— Мастер Редиан не теряет хватки. Ещё один ученик в числе первых! — заметил кто-то из мастеров, но Маркус так и не понял кто.