о статуя всех статуй – по-видимому, можно интерпретировать как Афродиту, богиню любви и красоты (вавилоно-ассирийская Иштар); см. также 10;
И наступала ночь Купала – эротический языческий праздник в честь Ивана Купала, когда единственный раз в году расцветает папоротник, – средство вызывания девичьей любви (см. также 152);
Два Невских – уподобление двум Нилам, существовавшим в сознании древних египтян: Нилу земному и Нилу небесному;
один на свете холостуя – вместе с предшествующим ст.: сосны тогда обнимать и последующим: блещут звезды как ножи может интерпретироваться как своеобразная трансформация мифа о Кибеле и Аттисе (греч. Афродита и Адонис), где Аттис оскопляет (холостит) себя в честь Кибелы под сосной (или превращен в сосну);
Старик читал книгу – ср. 235;
Ангел Капуста – возможно, обыгрывание существовавшего в каббалистике ангела для каждого дня недели;
Аменхотеп – имя нескольких египетских фараонов;
финит и цисфинит – см. 118;
Ибис – священная птица в Древнем Египте, одно из наименований бога Тота;
глАвНабор – ср. с «Зангези» Хлебникова, где в результате «благовеста ума» «божественные звуки» слетаются сверху на призыв человека (Хлебников. Творения. С. 482–483. Обстоятельный разбор мотивов, связанных с Хлебниковым, в наст. тексте: Jaccard I. Р. 29–32);
пуруша – в индийской мифологии высшее начало, из которого был сотворен мир;
ища созвездие Барана – см. 17, 51, 136;
Ну человечество! дыши! – парафраз Хлебникова: «Но человечество – лети!»
96. «Двести бабок нам плясало…»*
Впервые – СП-II. С. 51. Автограф с правкой – РНБ.
Двести бабок – вариант популярного у Хармса числа два (см. 18, 25, 56, 125, 170, 177, 219, 225, 293);
ранец Лилии жены Тюльпана – сочетание двух этих цветов, символизирующих, соответственно, непорочность и любовную страсть (на востоке), возвращает нас к уже отмеченной у Хармса оппозиции: девственность/распутство;
всё похоже на суповую кость – нельзя не заметить значительное место этого символа в дальнейшем у Хармса. М. Мейлах, комментируя подобное явление у Введенского, отмечает символику кости в магии – ее важную роль в магических трансформациях (см. ком-мент. М. Мейлаха к «Очевидец и крыса» – Введенский I. С. 261).
97. Вечерняя песнь к имянем моим существующей*
Впервые – СП-II. С. 52–53. Автограф с правкой – РНБ.
Значок при заглавии свидетельствует о посвящении текста Э. Русаковой (см. 3, 9, 95, 130, 136, 206). А. Александров отнес текст к разновидности молитвы. Сравнение с образцами древнеегипетских аналогичных по содержанию текстов показывает, что именно они явились в данном случае образцами для Хармса (ср., например, многочисленные тексты, собранные в кн.: Тураев I; Матье и др.). В комментарии в СП стилистические свойства этого текста характеризуются, как «калькирование синтаксических моделей некоторых восточных языков» (СП-II. С. 182).
Пе – город на севере Египта с культом бога Гора;
баня лицов твоих – см. 119, 215.
98. Месть*
Впервые – СП-II. С. 54–64. Автограф с обширной правкой – РНБ; после ст. 34 зачеркнуто:
скажите евреи
как можно скорее
где вода и где земля;
(ср. 60, 100, 276, 322);
после ст.: ландыш битвы рать богов следовал заключавший произведение текст с датой: 22–23 августа (зачеркнут):
Маргарита:
дом в верху и дом внизу
зану трус бежит в лесу
Апостолам:
стыдно встать и лень сидеть
скучно спать легко лететь
Писателям:
мудрость феф голоса тихи
хороши только песни и стихи
Фауст:
М. Мейлах называет «Месть» «гетевским» произведением Хармса и отмечает имена Лиза и Маргарита в «Очевидец и крыса» Введенского (Введенский I. С. 261). Эти имена, наряду с именем Мария, наиболее употребительны в текстах Хармса. Отметим, что в 1933 г. Хармс назовет себя «бывшим Гете» (Разговоры. С. 31).
М. В. Юдина, приводя в своих воспоминаниях фрагмент текста, так его характеризует: «Фантастика, почти бессмыслица этих Хармсовских виршей, музыкальный напор его prestissimo, головокружительные потоки, зубцы, грохот колес, организованный треск пропеллеров, инфантильная наивность и невинность, первозданность этой младенческой поэзии имела в ту пору, увы, кратковременного поэтического бытия Даниила Хармса своих восторженных приверженцев» (Юдина. С. 269–270). Интерпретацию этого текста см.: Jaccard I. (как произведения о «борьбе со смыслами» писателей – это их месть разуму).
и птица орёл – см. 10, 20, 26, 45, 50, 63, 77, 89, 107, 119, 136, 195, 282;
дева по полю бежит – см. 16, 20, 26, 30, 50, 60, 63, 64, 80, 89, 91, 158, 176, 207, 210, 234, 295, 307, 328;;
дева ангел и змея – М. Золотоносов интерпретирует этот мотив, как отражение сюжета византийской агиографии, включавшего битву Георгия со змеем ради защиты дамы (Золотоносов. С. 268, сн. 35. Ср. с нашей интерпретацией текста 16);
огонь // воздух // вода // земля – в оккультных воззрениях – четыре начала жизни (ср. 208);
куф куф куф и т. д. – В комментариях к СП отмечено, что в речи Бога имитируются «гебраизмы» в сочетании с церковнославянизмами (СП-II. С. 186);
кур кир кар – ср. с «Турка-Турка» (122);
я пропал // среди наук // я комар // а ты паук – М. Золотоносов находит реминисценцию из «Мухи-цокотухи» К. Чуковского (ук. соч. С. 268, сн. 35);
ландыш битвы – по одной из легенд ландыш вырос из освященных капель крови св. Леонарда, получившего многочисленные раны в битве с драконом Синь;
сабель много – см. 61, 125, 287.
99. «лоб изменялся…»*
Впервые – СП-II. С. 65. Автограф – РНБ.
100. «Где ж? Где ж? Где ж? Где ж?..»*
Автограф с исключением одной строфы – РНБ. Полубог – так в Древнем Египте именовали фараонов. хоть и жид – ср. 60, 98, 276, 322;
лучше б ездил на балы б – ср. у Пушкина: «Я балы б до сих пор любил».
101. Радость*
Впервые – СП-II. С. 68–73. Автограф с обширной правкой – РНБ.
Радость – значимое слово в общении чинарей. См., например, рассуждения «О науке радости», записанные Липавским: «Можно ли достичь, чтобы радость была обычным состоянием. Л. Л. думает, что можно. Неприятности на девять десятых воображаемы; они происходят от зависти, представления себя на месте другого, или от горечи при представлении возможного будущего. Но ведь все это на самом деле не реально <…>. Радость под руками, но чтобы ее пощупать, надо скинуть привычки, мешающие этому, пройти через некоторый аскетизм. <…> Радость и горе не противоположности и безразличие не середина между ними, как нет среднего между целым и растрескавшимся. Радость нормальна». (Разговоры. С. 11).