Получается, что нам нельзя будет сходить с места. Мы должны будем строго держаться под линзой. Фирад предупредил, что попытка сбежать будет считаться провалом испытания, за что полагается смерть. Никак воздействовать на линзу или мешать солнечным лучам нельзя. Только выжить на протяжении десяти минут во время зенита. Защищаться без использования чистой арканы нам никто не запрещает, но искусственный человек предупреждает, что обычные навыки барьеров и щитов нам не помогут.

— У вас есть остаток ночи и всё утро на тренировки, если это вам нужно. Рекомендую воспользоваться этим временем с умом, — сказав это, голем отходит к дальней стене и замирает, как статуя.

— Кажется, мы будем поджарены, как на гриле, уже за пару минут, — смеется Гиль.

— Значит, нужно научиться получать самую чистую аркану, — пожимает плечами Андрес. — Другого способа я не вижу.

Я тоже пока не могу придумать ничего нового, но сейчас у нас больше времени, чем было в прошлый раз. К тому же у каждого присутствующего есть начальный опыт в очистке арканы, так что я рассчитываю, что сейчас будет проще. Хотя бы на немного.

Без лишних слов все приступают к работе, от которой снова зависит их жизни. Но при этом замечаю, что аура большинства теперь не так сильно отражает волнение, словно все постепенно привыкают жить на волоске от смерти. Так или иначе Башня Испытаний всех заставляет адаптироваться к постоянному стрессу, и слабые, как бы это жестоко ни звучало, отбраковываются в процессе. Но если сложность и безумность испытаний будет лишь возрастать, то и количество тел и душ, что заберет себе Башня, не будет истощаться со временем, так как у любого есть предел физических и душевных сил.

Я обращаю руки в психический лед и начинаю процеживать аркану, чтобы следующим шагом научиться делать сублимацию. Не уверен, сколько это займет времени, но рассчитываю управиться за пару-тройку часов или хотя бы к рассвету. А там уже нужно будет осваивать дистилляцию, чтобы к полудню не оказаться под безжалостными лучами без надлежащей защиты.

Псионическая энергия приходит из внутреннего источника и проходит через психический лед, в котором накапливается в очищенной форме. Теперь нужно это как-то вытащить и сделать аморфным, но если просто отпускать аркану, то она рассеивается в пространстве. А если крепко держать, то не достигает нужного состояния. Что же, изначально было понятно, что просто не будет.

Верхний этаж постройки в пустыне теперь наполнен тишиной, так как каждый восходитель сконцентрировался на собственных тренировках. Сейчас необязательно находиться под линзой, поэтому все разбрелись по этажу, а я решил выйти на балкон, с которого можно увидеть ночную пустыню, освещаемую призрачными огнями музея в пустыне. Ночью становится прохладно, а обычный человек так вовсе бы ежился от холода, но мне максимально комфортно. Есть даже легкий ветерок, обдувающий лицо и тело.

Но сейчас не время наслаждаться, так как скоро начнется рассвет, а потом солнце поползет по небу к точке зенита, а нам придется стоять под линзой, пытаясь выдержать новое испытание. И без сомнений можно сказать, что там будет очень и очень жарко.

Между моих ладоней вращается шар голубой псионической энергии, которую я отфильтровал при помощи психического льда. Это я уже умею делать хорошо, пускай и медленно. Но как теперь произвести сублимацию? Как разорвать энергетические связи, превратив шар в облако, но при этом не отпуская до конца, иначе аркана просто разлетится? Вот это уже не так-то просто. Андрес даже решил уточнить, может ли Фирад Смарагдовый поделиться какими-нибудь техниками, но получил ответ, что ничего, кроме уже известной нам информации про «Кольцо Фригена», он не скажет.

Что же, можно было не ожидать, что всё будет предоставлено на блюдечке. Башня Испытаний любит, когда восходители находятся в состоянии частичной или полной неопределенности. Мне это тоже нравится, так как люблю такие вызовы, но сказать того же про других не могу. На балкон также решил выйти Таска, который до сих пор не приступил к каким-то видимым тренировкам. Решаю подойти и расспросить.

— Нет, не уметь пока, — отвечает зеленокожий на мой вопрос, умеет ли он уже проходить через все этапы. — Только первый шаг.

— Тренировки не проводить?

— Проводить. Смотреть на меня, — словно в подтверждение слов зеленый бугай закрывает глаза, застыв подобно изваянию.

Я тоже застыл в ожидании представления. Мир орков Хемвасейер тоже ведь является арканическим, как и Мин Алист, так что орки куда больше знают и умеют то, что связано с арканой. Просто у них это не совсем магия, а больше боевое искусство. Следующие движения Таски это подтверждают, когда вокруг него начинают плясать изумрудные огни, а сам орк начинает выполнять удары по невидимому противнику, словно шаолиньский монах отрабатывает стойки.

С каждым ударом аура здоровяка как будто чуть взрывается, а также происходит выброс арканы. Думаю, таким образом вполне можно наносить серьезные повреждения при безоружном бое, но не совсем понятно, как это помогает текущей задаче. Не смог сдержать язык за зубами и спросил это.

— Никак, — лыбится орк. — Это не тренироваться. Это готовиться. Разминка. Настрой.

— Понятно. Без этого арканой не пользоваться?

— Пользоваться. Но buurshem готовить здесь, — орк обоими указательными пальцами тычет себе в виски. — Что угодно существовать вокруг, если существовать здесь.

Я получил для Эпсилон-Словаря новое слово, которое вношу как «тренировка, разминка перед использованием арканы». Вторая часть кажется не менее интересной, так как Таска считает, что может создать что угодно, если вообразит это? Получается, это не совсем физическая разминка, чтобы подготовить, например, суставы к упражнениям. Это особый ритуал, помогающий настроиться мозгу на работу с арканой. И если нужный настрой найден, то любая задача становится по плечу. Примерно так я всё понял, и это наводит меня на интересную мысль.

— Ты научить меня? — тычу себе пальцем в грудь.

— Мочь, — кивает орк без промедлений, значит, это не какие-то тайные техники.

Я не уверен, поможет ли мне это с поставленной задачей, но зато мне любопытно, что из этого получится. К тому же у меня есть навык, который является частью Пси-логоса, а именно «Боевой транс» ур. 5. Этот навык позволяет сделать концентрацию на сражении максимальной, но до этого я не думал о том, чтобы применить это к другим ситуациям. И сейчас хочу активировать навык, отрабатывая движения вслед за новым сенсеем.

Таска, как будто реальный шифу для падавана, вроде меня, медленно показывает удары и меняет стойки. В целом, что-то из этого похоже на боевые искусства Земли, но некоторые движения кажутся слишком танцевальными. Но мы не на занятии по боксу или кунг-фу, не столь важно, правильно ли я повторяю. Мне больше интересен способ орка работать с арканой, ведь я уже видел, на что он способен. Возможно, у меня больше псионической энергии или навыков, но Таска при этом смог прогнать тот глаз безумия на подземной реке и быстрее меня справился с хождением по песку.

Он ничего не объясняет, но здесь этого не требуется. Я как будто шаман древних племен, с помощью плясок и ударов в бубен пытаюсь раздвинуть границы собственного сознания. Конечно, бубна у меня нет, как и психотропных веществ, что наверняка принимали некоторые шаманы, но аркана вполне может это всё заменить. Я перестаю думать о том, что меня в полдень ждет смертельное испытание и нужно срочно научиться работать с арканой. Я даю психической энергии свободными течениями кружить по телу и даже выходить наружу, и одновременно активирую «Боевой транс».

Внимание становится избирательным: всё вокруг перестает существовать, я даже больше не слежу за тем, чтобы точно повторять движения Таски. У меня теперь свой путь, а воспоминания и посторонние мысли просто перестают существовать. Вокруг меня теперь тоже видны проявления псионической энергии в виде полупрозрачных голубых волн. Сознательная часть уступает немного бессознательной, хотя это не полная замена местами с альтер-эго. Кажется, что я становлюсь свободнее, а психическая энергия — более послушной.