— Ля, князь тьмы пожаловал на огонек. Ты уж извини, что потревожил. — с иронией сказал я.

— Не горячись, парень, ничего личного, это просто работа. Давай поговорим? — нахмурившись, ответил он.

— О чем? О погоде? — не унимался я.

— Зачем же о погоде. У меня есть к тебе предложение, ты оказался сильнейшим бойцом из всех, кого я только видел. Столько моих парней положил, но значит, на то воля всевышнего. Я в последний раз предлагаю тебе присоединиться ко мне, будешь моей правой рукой, у тебя будет все, о чем ты только пожелаешь!

— Да ты издеваешься? Ну в прошлый раз ты хоть думал, что с позиции силы говорил, сейчас-то зачем эту пластинку опять заводить. Не, дядь, ваши не пляшут. Жить хочешь?

— Все хотят. — кивнул он, понимая, что его план провалился.

— Созывай сюда всех своих гавриков, только по-быстрому, холодно, зима все-таки. — делая вид, что замерз, сказал ему я.

— Хорошо, кивнул адепт и удалился в глубь КУНГа, покопавшись в какой-то сумке, он взял в руку ракетницу и, выйдя на улицу, выстрелил в воздух. В небо со свистом взмыла синяя ракета, оставляя за собой характерную дымку, и с мощным хлопком взорвалась, достигнув пика высоты.

— Ты это, рядышком стой, а то я чего-то нервный сегодня, гляди того и пальну случайно в тебя. — направив пистолет на адепта, обозначил ему место, где стоять, после чего достал из разгрузки сигареты и, взяв одну, с удовольствием закурил.

— Что дальше? — уточнил адепт.

— Ждем твоих, потом увлекательный аттракцион, а затем все пойдем по домам. Звучит как план, не правда ли?

— Ты просто псих какой-то! — хмыкнул мой собеседник.

— Это точно, тут не обошлось без помощи твоих предков.

— В чем заключается ваш план? Чего вы вообще добиваетесь? — спросил я у адепта, который уже начал дрожать от холода.

— На нас возложена великая миссия! Мы желаем лишь одного — процветания для человечества. Ты оглянись вокруг, как тут живут местные люди? Они словно дикари, не умеют ни читать, ни писать, а технологии для них словно какая-то магия! Ты даже не представляешь, как люди жили раньше! Насколько они были развиты, на этих руинах, где мы сейчас находимся, когда-то стоял великий город, и мы поднимем его из пепла, и это место станет нашей главной цитаделью, мы долго шли к этому и копили силы, и сейчас мы наконец готовы! Отсюда и начнется полное порабощение всех земель, и под нашим контролем мы вернем былое величество. Весь материк заполнят адепты, а те, кто откажется от нашей веры и воспротивится ей, будет влачить свое жалкое существование в роли раба и жертвы для будущих жатв! — с восхищением в голосе и глазами, полными уверенности и фанатизма, высказался Сатана.

— Амбициозные у вас планы, ничего не скажешь, а вот меня все интересует один момент. Зачем жрать людей? Какой в этом смысл, вот если бы не это, то я, наверное, скорее всего, и не препятствовал вам, а даже, вероятно, присоединился в свое время. — с неподдельным интересом задал я давно интересующий меня вопрос.

— Что значит «зачем»? Так мы воздаем жертву нашим предкам, что создали нас! — возмутился мужчина. — Ты даже не можешь представить те масштабы бедствия, что творились раньше, наши предки миллионами ходили по этой земле и уничтожали все вокруг. Ни один человек не мог спрятаться от них. Но со временем они отступили, оставив после себя избранных, и завещали им продолжить их дело. И поедая человеческую плоть, мы воздаем им дань уважения и памяти!

— Какие же вы все-таки идиоты, но, отдам должное, ваши руководители умеют отлично промывать мозги. О том, что я ничего не видел и не представляю масштабы бедствия, это ты брось. Более того, я скажу тебе по секрету, мне почти триста лет, и я жил в мире как до апокалипсиса, так и во время него.

— Врешь! Это невозможно! — перебил меня адепт.

— Уж поверь мне, я даже побывал в вашем братстве, меня поймали с моей женщиной и предлагали присоединиться, но перед этим хотели, чтобы мы отведали человеческой плоти. Ваших предков заражали зомби вирусом, который в очень редких случаях давал людям сверхвозможности. Никакие они не избранные, это просто удача, не более, поверь мне, я видел много смертей и встречал людей, подобных мне. Я сам был заражен и получил за это что-то вроде бессмертия. — сказал я и демонстративно порезал себе ладонь, на которой тут же затянулась рана.

— Что⁉ Это невозможно! Ты! Ты! Ты ведь избранный! Ты великий посланный, ты ты испытывал нас? А мы не догадались! Не поняли твоего замысла! — не веря своим глазам, начал кричать во всю глотку адепт, затем упал передо мной на колени и начал кланяться и воспевать какие-то молитвы на латыни.

Сказать, что я от этого обомлел, это ничего не сказать, но и это было еще не все. К нам уже во всю подтягивали его подчиненные, которые, видя своего предводителя и слыша его речитатив, так же, как и он, изумлялись, падали передо мной на колени и с ним в унисон повторяли молитву. Минут за пятнадцать передо мной собралась группа из двадцати трех оставшихся в живых адептов. Некоторые были ранены, и, истекая кровью, они, словно не чувствуя боли, вместе с остальными так же продолжали молиться. В их глазах я видел искреннюю радость, и они с улыбками на лице громко выкрикивали неизвестные для меня слова.

Все же фанатики — это удивительный народ, особенно в современном мире, ведь они с рождения подвержены пропаганде, и никто не может пошатнуть их веру, ведь это просто некому сделать. Ну, что же тут сказать, верят — пожалуйста, но обосноваться я им здесь не дам. Материк, наполненный людоедами, меня как-то не радует, так что рано или поздно покончу с ними, а пока я, довольно улыбнувшись, вскинул старый добрый Калашников и без какого-либо зазрения совести нажал на спусковой крючок. Все произошло очень быстро, и многие даже не поняли, как они погибли. На улице наступила тишина, но где-то на отдалении я услышал стонущий и проклинающий меня голос. Я его сразу узнал, это был тот самый Цербер, странно, почему его не было среди этих дегенератов.

Я отправился на звук и увидел лежащего в сугробе мужчину, одетого в классическую накидку, на которую была натянута самодельная кожаная разгрузка, не стесняющая движения, а в руке у него был пистолет. Судя по кровавому следу, он полз в мою сторону, его ноги были перебиты, и из них обильно текла кровь, это, видимо, ему досталось от гранаты.

— Ну привет и тебе, Цербер! — обратился к мужчине я, наступив на его руку с зажатым в ней пистолетом, она углубилась в снег, и он зашипел от боли.

— Будь ты проклят! — прорычал он, глядя мне в глаза. — Да я уже проклят, с того самого дня, как меня укусил зомби. Так бы уже давным-давно где-нибудь помер и не видел бы всего этого! — сплюнув в сторону, сказал я.

— Так это все-таки правда⁈ — не веря, спросил он.

— Что правда? Если честно, не понимаю, чего эти малодушные дегенераты начали что-то читать на латыни.

— Есть пророчество, что к нам придет принц ада и возглавит нас, он будет испытывать нас и проверять, насколько мы сильны, и если он будет доволен нашей силой и волей, тогда он встанет во главе нас и поведет вперед, даруя великую силу.

— Нет, это явно не про меня, да и вообще, это полная чушь, поверь мне, то, во что вы все верите, в мое время называлось сатанизмом. Это была простая кучка идиотов, что верила в эти сказки, но на фоне разрушения мира и пары случайных совпадений в это поверило куда больше народа. Вот так и появилось ваше братство, вы просто большая кучка фанатиков, не более. А теперь извини, мне пора. — спокойно сказал я и, прострелив ему голову, двинулся к метро.

Включив фонарь, я спокойно вошел в тоннель, перешагивая тела убитых адептов. Стоило мне немного углубиться, как рядом со мной со свистом пуль прошла автоматная очередь, от которой я на рефлексах ушел перекатом.