— Эй, Бегунок! Ты опять за старое⁉ — громко прокричал я.

— Ой! Макс, это ты⁈ — удивившись, спросил Бегунок.

— Нет, блят! Санта Клаус! Ты что творишь⁉ — злобно прокричал я.

— А я думал, ты все, там эти так свои молитвы кричали, я думал, радуются, что тебя грохнули. — смутившись, ответил парень.

— Не дождешься! Я еще тебя переживу, помяни мое слово! — ехидно ответил я, поднимаясь на ноги, стягивая с себя пыль.

Подойдя к Бегунку, отвесил ему звонкий подзатыльник за то, что не верит в своего старшего товарища, а после мы спустились вниз за своими пожитками. Взвалив на себя рюкзаки, мы отправились на поверхность за сбором трофеев. Погода совсем не радовала, сильные порывы ветра поднимали в воздух большое количество снега, создавая снежные переметы, словно барханы в пустыне. На улице находиться было неприятно, но вот Бегунок сейчас носился словно заведенный, все ему было нипочем, ведь в воздухе пахло халявой и наживой.

Подразделение адептов, что было нами уничтожено, далеко не бедствовало, а их пожитки очень нас радовали. Самое главное, на что я сразу же положил глаз, так это на их технику, не скрою, все было неоднозначно. Два переделанных КАМАЗа на гусеницах с КУНГами — дело хорошее. Но работали они, честно говоря, из последних сил, их, конечно же, можно было бы попробовать перегнать в деревню, но зачем они нужны, мы оставим за собой много следов, и к нам пожалуют гости, а этого я бы не хотел. А вот четыре снегохода, что тут были — это совсем другое дело. Все же японцы делали вещи… Четыре «Ямахи» стояли ровненьким рядочком. Выглядели они отлично, словно только что из магазина, и это даже удивляло, откуда у них это добро? К каждому снегоходу были прицеплены большие металлические прицепы, в которых они возили разное имущество: топливо, патроны, оружие и даже генератор.

Самым сложным оказалось не уничтожить адептов, а объяснить своему напарнику, как водить снегоход. Он даже садиться на него боялся, стоило тот завести. Но все же с горем пополам Бегунок научился на нем трогаться с места и тихонько ехать вперед, думаю, по дороге освоится и, привыкнув к этой чудо-штуковине, как он ее назвал, будет ехать как нужно. Понимая, что времени у нас не так уж и много, все же адептов здесь слишком много, и подкрепление может приехать в любую минуту, мы начали собирать все, что нам нужно. Снегоходы были загружены по полной, разумеется, я набрал топлива, заправил снегоходы по самые крышки и наставил канистры в специальные отсеки по бокам. В наши прицепы я загрузил парочку маленьких бензиновых генераторов, кучу различных патронов, автоматов, пару ящиков гранат. Бегунок также натаскал всего, чего только мог, он даже украшения с трупов собрал, мол, деньги не пахнут.

Закончив с погрузкой, я с большим сожалением облил оставшуюся технику бензином и поджег ее. Пламя вспыхнуло и начало поднимать в воздух черные клубы дыма от горящего пластика и резиновой оплетки проводов. А мы тем временем двинулись к тайнику, вытащили оттуда все добро и уже после этого поехали обратно в деревню. Двигаясь по городу, Бегунок все же освоился в управлении снегохода и даже решил повыпендриваться, от чего, разумеется, перевернулся, едва не сломав себе ногу. Получив парочку поджопников, он поубавил свою спесь и теперь ехал исключительно за мной и с моей скоростью.

Выезжать на дорогу, ведущую в деревню, я не собирался, хоть снег и заметает наши следы, но все равно не нужно так сильно упрощать врагам жизнь. Так что мы уехали в сторону и остановились в лесу немного отдохнуть. Мы перекусили, по очереди вздремнули по паре часиков и уже с рассветом поехали домой.

В деревне мы были уже после обеда, все же снегоход не лощадь и может очень резво двигаться по сугробам. Около ворот нас уже ожидали с неподдельным ажиотажем, куча народа столпилась посмотреть на чудо-технику, даже сами бароны прибыли, но позже и уже ко мне домой. Бегунка к домой я, разумеется, сразу не отпустил, хоть он и сильно спешил сбежать от меня. Зная этого хитреца, решение было оправданным — мы сначала заехали ко мне во двор и занесли все содержимое прицепов в дом, чтобы честно поделить добычу.

Растопив в доме печь, а еще баню, так как помыться нам очень нужно, сказать. Что мы воняем, это вообще ничего не сказать. Пока банька топилась, мы в оборудованной комнатке начали сортировать трофеи по кучкам.

— Так, Герасим, я вот что тебе скажу, все оружие, в том числе твой пулемет, будет храниться у меня. Не хватает еще того, чтобы ты его кому-то по пьяни продал! Сейчас все чистим, проверяем, и я предлагаю часть оружия продать баронам. — сразу же осадил я парня, — И на снегоход даже не смотри, это мои трофеи, а то я знаю тебя, сейчас нажрешься и как полоумный носиться по деревне будешь, баб катать. И технику разобьешь, сам покалечишься или еще, не дай бог, собьешь кого-то!

— Ну Макс, так нечестно! Я работал не меньше тебя! Ну дай мне хоть один кружочек по деревне сделать. — начал выпрашивать Бегунок.

— Нет, топлива у нас мало. — жестко отрезал я.

— Да там этого бензина еще хоть жопой жуй! — возмутился парень.

— Оно нам для дела нужно, я послезавтра хочу в одно место скататься, поедешь со мной? — предложил я Бегунку, понимая, что напарник мне не помешает.

— Интересно, а трофеи будут? — тут же окинув все богатство, лежащее в комнате, уточнил он.

— Маловероятно, но места там опасные, врать не буду, напарник мне не помешает, поездка дня на три-четыре.

— Хм, если честно, то не хочется. Но Макс, разве я могу тебе отказать? После всех передряг, из которых ты меня вытащил, я уже не один раз тебе жизнью обязан, поэтому я поеду с тобой. — сделав серьезный вид, ответил Бегунок.

— Я рад это слышать. Ты немного изменился с нашей первой встречи, стал чуть серьезнее, что ли, это радует, и спасибо тебе. — пожал я руку Бегунку в знак признательности.

Дальше на протяжении двух часов сидел в комнате и слушал нытье Бегунка. Все дело в том, что мы чистили оружие, причем вообще все оружие, что привезли с собой. Напарнику это занятие, разумеется, не нравилось, но я под его ворчание объяснял, как это важно — следить за своим оружием, что если относиться к нему хорошо, то и оно никогда не подведет в нужный момент. Но парню это все было до лампочки, у него в голове уже был один кабак и легкодоступные женщины.

Закончив с чисткой, я отпустил Бегунка по его делам, а сам отправился в баню. Ох и хорошо было посидеть в ней, погреть косточки, напарить себя пихтовым веником и смыть всю грязь. Закончив с водными процедурами, начал их и для Акеллы, набрав в таз воды, я принялся отмывать грязного и вонючего волчонка, он, разумеется, не разделял моей заботы и даже больно укусил меня за палец, за что тут же несколько раз получил по своей шерстяной пятой точке. Поняв, что от помывки не уйти, он смиренно лежал в тазу с теплой водой, пока я мылил его черную шерстку. После помывки я приступил к стирке и штопанью своей одежки. Пока трудился, ко мне в дом вошла девушка лет двадцати, в милой шубке, цветастом платке. Она завороженно смотрела на меня, а я на нее, так как стоял в одних трусах посреди комнаты около таза с водой, стоящем на табурете, выжимая свои постиранные штаны.

— Привет, меня к вам барон Лис отправил, еды передать. — загадочно улыбаясь и смутившись, сказала девушка, протягивая мне плетеную корзину.

Акк тут же, учуяв, что в корзине мясо, виляя хвостиком, подошел к девушке.

— Спасибо, это очень даже кстати. — улыбнувшись, ответил я и, подойдя к девушке, взял корзину из ее рук, после чего та тут же открыла дверь и пулей умчалась прочь.

Пожав плечами, поставил корзину на стол и скинул белую ткань, которая прикрывала ее содержимое. В корзине была банка с молоком, свежий хлеб, домашняя колбаса, копченое сало и мясо. Также несколько больших головок лука и чеснока.

Закончив со всеми домашними заботами, сел ужинать с Акеллой, но снова пожаловали гости, а именно вся четверка баронов вошла в мои двери и остановилась на пороге.