Дал Бегунку поденную одежду и вручил ему новый автомат с оптикой, коллиматором и лазером, тот сразу растаял в улыбке.

— Пойдем сейчас за ворота, пока не стемнело, оружие надо бы пристрелять. — сказал я, собирая в рюкзак пустые банки из-под тушенки.

— А где лошадь твоя? Запрягли бы да поехали, а еще лучше погнали на снегоходе, чур я за рулем. — предложил Бегунок.

— Лошадь у баронов, пока не до нее, пусть там за ней приглядывают. Касательно снегоходов, нечего горючку тратить, так что ножками, ножками, тебе полезно проветриться, до сих пор перегаром несет!

Акелла остался сидеть на цепи, а мы отправились за территорию. По дороге я объяснял напарнику особенности нового оружия и как правильно им пользоваться. Чем больше я рассказывал, тем шире натягивалась улыбка на лице Бегунка.

Выставив банки на рубежах, мы приступили к пристрелке, расстреляли мы каждый по три магазина, но результат того стоил. С лазером-то хоть с ходу, хоть с бедра, хоть в прыжке, стрелять крайне удобно.

На обратном пути, уже подходя к дому, во дворе я встретил ту самую Марию, что сейчас гладила Акеллу и чем-то его подкармливала. Бегунок тут же затормозил прямо в проходе и, неоднозначно улыбаясь, уставился на девушку, за что тут же получил от меня пинка.

— Эй, ты чего⁉ — пробурчал он, потирая ушибленное место.

— Ну а чего ты встал? Иди в дом! Сейчас приду. — проворчал я.

— Понял, не дурак. — стрельнув в меня ехидным взглядом, сказал он.

— Здравствуй, Мария. — поприветствовал я девушку, подходя к ней поближе.

— Здравствуйте, Макс, мне папа сказал, что вы завтра опять уезжаете, я вам вот припасов в дорогу собрала, а то вы, поди, на одной тушенке и вяленом мясе живете. — покрывшись румянцем и уводя взгляд в пол, слегка замявшись, сказала девушка и протянула мне корзинку.

— Спасибо большое, а чем вызвана такая забота с вашей стороны? — хоть и зная ответ заранее, все же спросил я, принимая корзинку из ее рук.

— Я думаю, до вас и так уже слухи дошли, так что не смущайте меня еще сильнее. — покраснев, произнесла девушка, а затем чмокнула меня в щеку и убежала, а я приложил руку к месту поцелуя и замер на месте минут на десять, не меньше.

— Старший брат, да ты везунчик у нас! Такую бабеху себе отхватил, мечта, да еще и дочка барона. — довольно хрюкнул Бегунок, стоило мне войти в дом.

— Прояви уважение, не бабеху, а девушку. Можно подумать, я рад от этого. — дав подзатыльник парню, сказал я.

— А чего нет, первая краса на деревне, кто к ней только не подкатывал, но всех отшила, а за тобой гляди как бегает.

— Мне от этого не легче. — сев за стол, ответил я.

— Ты из-за своей Жени, что ли, переживаешь? — перейдя на серьезный тон, спросил у меня Бегунок.

— Да, я головой-то понимаю, что уже столько лет прошло, но для меня это словно вчера произошло. — потирая свой лоб, словно голова разболелась, ответил я.

— Я даже не знаю, что тут тебе посоветовать, ты взрослый мужик, поумнее меня будешь. Но я точно знаю, что она бы хотела, чтобы ты жил дальше, она, судя по твоим рассказам, у тебя мудрая была. Так что подбери свои сопли и возьми себя в руки. — подскочив из-за стола, сказал Бегунок и отвесил мне подзатыльник.

— Ах ты засранец! — вскочил я со стула от неожиданности, а Бегунок уже выскочил на улицу. — Вернешься, я тебе уши надеру! Засранец!

Так-то он прав, Женю не вернуть и нужно стараться жить дальше, но я все еще отчаянно цепляюсь за прошлое. Завтра мы поедем на место, где раньше была моя база, а там посмотрим, как быть дальше. К вечеру мой гордый волк наконец-то перестал выпендриваться и, когда я подошел к нему, он, поскуливая, ткнулся носом в мою ногу, показывая всем своим видом, что виноват и просит прощения. На этот раз я его пожалел и снял с него ошейник, после чего мы вошли в дом. Бегунок сегодня ночевал у меня, так как рано утром мы выезжаем, а искать его тело по всей деревне мне потом не хочется.

Кстати до Бегунка только вечером дошло, что мы только вчера вернулись с вылазки. А он весь день был уверен в том, что пропил два дня и из-за него мы сегодня не уехали по нашей запланированной задаче. Возмущению парня не было предела, что сильно рассмешило меня.

Проснувшись от звука будильника, я тут же выключил его и, потянувшись, лежа под теплым пуховым одеялом, поднялся с кровати. Бегунок вместе с Акеллой дрыхли, лежа на полу на большой медвежьей шкуре, что была вместо ковра. Разбудив напарника, я сразу же растопил печку, чтобы нагреть воды и приготовить нам завтрак, и отправился умываться. Умывался я в бане, так как там еще оставалась теплая вода после вчерашней протопки. Стоило выйти на улицу, как в нос тут же ударил свежий морозный воздух, а взглянув на термометр, что висел на уличной стене дома, я даже присвистнул: минус тридцать семь! Закончив с утренним туалетом, я вошел обратно в дом, где у печи обнаружил греющегося Бегунка, а Акелла так и продолжал валяться на шкуре.

Пока грелся чайник, мы еще раз перепроверили наше снаряжение, и я выдал Бегунку рацию, одну из тех, что я нашел в магазинчике на станции метро.

— Что это такое? — удивившись, спросил он, разглядывая непонятную штуку.

— Вот смотри, если мы разделимся, благодаря этой штуке мы можем поддерживать связь, и никто нас не услышит. — пояснил я и принялся показывать, как она работает.

Радость и восторг, которую испытал парень, когда услышал мой голос в наушнике, не передать словами. Ну я и сам был очень рад, когда понял, что эта штуковина работает. В рациях были аккумуляторы, которые нужно заряжать от электричества, а еще был специальный переходник, в который вставлялись две батарейки типа «Крона». Рация, разумеется, от этого становилась немного больше в своих габаритах, но хотя бы так она работала. А заводить генератор я не хотел, так как топливо экономлю для поездки.

Поджарив яичницу из десяти яиц и нарезав почти целую палку копченой колбасы, запах которой сразу же заполонил все пространство, мы с Бегунком приступили к завтраку, про Акеллу я тоже не забыл, и ему досталась на завтрак целая банка тушенки. Пока мы принимали пищу, на улице уже начало понемногу светать.

После завтрака я заставил Бегунка вымыть всю грязную посуду, от чего он в который раз не был в восторге, но деваться ему, как и обычно, было некуда. Я тем временем заполнил два термоса кипятком и залил туда мед, еще засыпал разными травами, будет нам горячий чай в дороге.

Укутавшись в чистую, теплую зимнюю одежку, мы приступили к погрузке припасов как на снегоход, так и на его прицеп. Интерес Бегунка привлекли к себе два РПГ и выстрелы к ним. Он раньше не видел подобное оружие и, разумеется, начал меня расспрашивать о нем.

— Ну, если вкратце, вот эту штуковину вставляешь вот в эту трубу, целишься и стреляешь. По идее, если этой хренью попасть в охотника, его на лоскуты разорвет, но это не точно, однако вероятность очень велика. — пояснил я напарнику.

— Серьезно? Это же капец какая крутая штука! А чего ты меня вчера не научил ей пользоваться? — возмутился напарник.

— Я не уверен, что она вообще работает. Все же это взрывчатка, а прошло много лет, и при активации она может взорваться прямо у тебя в руках, как понимаешь, в таком случае выжить не удастся. — пояснил я.

— Тогда нахрена ты ее вообще с собой тащишь, аж две штуки?

— Ну так мы найдем тихое местечко и проверим. — ехидно улыбнувшись, сказал я.

— Каким это способом ты ее проверять собрался? — чувствуя что-то неладное, уточнил Бегунок.

— Ясно дело каким, найдем поле, я тебе покажу, что да как, и ты шмальнешь, вот и проверим, и стрелять тебя научу. — рассмеявшись, ответил я.

— Не! Я на это не подписывался! — возмутился напарник.

— Да я шучу, придумаем что-нибудь. Все, открывай ворота, ехать пора, время теряем! — гаркнул я и начал заводить снегоход.