Корсет и пышная юбка подчеркивали тонкую талию. Струящиеся рукава обнажали плечи, подчеркивая их изящество, а откровенное декольте хоть и открывало несколько больше, чем хотелось, но почему-то совершенно не возмущало. Цвет, показавшийся вначале просто изумрудным, оказался более глубоким, с благородным нефритовым оттенком. Он очень удачно сочетался с моими, оттенёнными темным карандашом, глазами.
— Я на себя совсем не похожа, — зачарованно протянула,я, не в силах оторваться от зеркала.
Вири выглядела довольной, но несколько озабоченной.
— К сожалению, не настолько, насколько хотелось бы.
С этими словами она протянула мне кружевную маскарадную маску, все того же золотого цвета. Металлическое украшение закрыло верхнюю половину лица.
— Красиво, но положения сильно не исправило. Так что Алексу, Ирине и прочим Амиареям стараемся на глаза не попадаться. Благо что это бал-маскарад, так что внимание своими нарядами мы на себя перетягивать не будем.
— Это ты-то не будешь? — скептически спросила я, глядя на два оставшихся наряда и гадая, в каком именно пойдет подруга.
— Ой, да ладно. Там все сегодня будут разодеты не хуже. Как думаешь, какое я выбрала для сегодняшнего бала?
— Красное, — немного подумав, ответила я. — Как раз в твоём стиле.
Подруга загадочно улыбнулась и сняла с вешалки белое.
— Неожиданно, правда? — мягкая улыбка коснулась ее губ. — Помоги затянуть корсет.
— А почему не красное? — стало интересно мне. Пальцы с непривычки запутались в шнуровке, но я быстро исправилась.
— Изначально для этого вечера я и покупала красное. Оно, как ты выразилась, в моем стиле. Затем изумрудное. Признаюсь, покупала его с мыслями о тебе. Знала же, что забудешь. А если и не забудешь, то оно все равно окажется красивее, чем то, что возьмёшь ты. Не обижайся, вкус у меня правда лучше.
— Не обижаюсь, — совершенно спокойно признала я ее правоту, но мстительно стянула корсет так, что едва не выдавила остатки воздуха из легких «доброй» подруги.
Сначала она закашлялась но, спустя полминуты, когда корсет был вновь в нормальном состоянии, рассмеялась.
— А ты становишься темной, да? — задыхаясь, спросила она. — Вернее, ближе к тьме. Ты изменилась за последние четыре месяца. Это проявляется и в манерах, речи, даже во внешности. То, что запустил в нас в своё время культ, подхватил Алекс, да и просто обучение на этом факультете. Это платье я купила в последний день каникул, прямо перед отъездом. Стоило оно баснословных денег, однако мне захотелось. Не надеть, нет. Просто купить. Чтобы эта вещица была в моем гардеробе. Потратила все, что оставалось от подарка родителей к началу учебного года. Привезла, спрятала. А сегодня, открыв шкаф поняла, что теперь оно мне подходит больше, чем вызывающее алое.
— Как-то сумбурно и путано, — призналась я, отходя на пару шагов и окидывая подругу оценивающим взглядом. Светлой, конечно, она не стала, но теперь до меня наконец-то начал доходить смысл ее слов. Платье как будто дополнило ее, подчеркнуло все необходимое, тогда как обычные ее наряды — более откровенные и открытые, это скрывали.
— Оно? — заметив мою реакцию, с хитрой улыбкой поинтересовалась дроу.
— Оно, — кивнула я, признавая ее правоту.
И только спустя десять минут, когда она уже заканчивала прическу, я встрепенулась, кое-что вспомнив.
— Погоди. Ты сказала, что купила три платья. А что за розовую вещицу ты вручила Алексу? Или платьев изначально было четыре?
— А, ты про кружевное безобразие? — отмахнулась она. — Забрала у сестренки. Думала надеть его на ночь всех мертвых. Ну, там, где все одеваются в страшные наряды, пугают друг друга, объедаются сладостями и шляются до утра по кладбищу в сопровождении некромантов. Есть такое милое развлечение у темных. Праздник, кстати, мы благополучно пропустили, заморочившись обучением. Вот платье для него и предназначалось, ибо на большее эта гадость не сгодилась бы. И вот когда меня этот демон притащил в комнату и заставил отдать наряд, в котором я собралась идти на бал, в надежде, что без него я откажусь от этой затеи, мне выдался шанс и Алекса провести и от безобразия избавиться. Ну разве я не умничка?
— Умничка, — эхом повторила я. Бедный Алекс. Откуда ему было знать, что у дроу будет не одно платье, а целых три? И что ни одно из них она отдавать не намерена. Хотя, Алекс не глуп, да и нас за эти месяцы успел изучить доскональности. Так может быть…
Поток мыслей прервал настойчивый стук в дверь.
— Открыто, — вполголоса произнесла дроу, заканчивая свой образ, сплетая на висках тонкие косички. Дверь медленно отворилась, повинуясь мысленной команде.
Магии ребят, конечно, лишили, но создали все условия, чтобы в быту они могли справляться и без нее. Двери подчинялись импульсам кольца, в купальнях поселили саламандр, чтобы те подогревали воду, пока мы сами на сможем снова делать это заклинаниями. И даже выдали в каждую комнату по артефакту, очищающему и разглаживающему одежду. За него нам пришлось побороться, впервые, кажется, объединившись ради общей цели. Изначально подразумевалось, что этим бытовым вопросом мы будем заниматься сами. То есть стирать ручками, сушиться где придется. Мы очень быстро смекнули, что эта задача невыполнима — приводить одежду в порядок приходилось трижды в день: дважды после тренировок у мастера, еще раз после Алекса. Она банально сохнуть не успевала, да и времени этот бесполезный процесс занимал много. Приходилось жертвовать сном. После пары дней издевательств было принято решение, что помогать в этом нелегком деле всем буду я, как единственная обладательница действующего магического дана. Не учли одного — в первые недели я свои силы никак рассчитать не могла и с магическими потоками управлялась из рук вон плохо. После того, как была сожжена пара тренировочных костюмов, мы подняли бунт и потребовали таки у Алекса заветные артефакты. Затея увенчалась успехом.
Парни для бала надели приличествующие для торжества одежды — белоснежные сорочки, черные брюки и камзолы. Дан держал в руках белый, с золотой выпечкой по канту, а вот Юлиан обошелся чёрным, без какого-либо дополнения.
Оба застыли на пороге, молча, без единой эмоции на лицах оглядывая нас. Я уже было занервничала, в беспокойстве сцепив за спиной ладони, но тут активизировалась Вири.
Вскочив с пуфа она обворожительно улыбнулась.
— Я, конечно, понимаю, что мы выглядим сногсшибательно, но может скажете уже хоть что-то?
Юлиан нервно взъерошил волосы и отвернулся, поджав губы. Я даже немного обиделась. Мне казалось, что Вири сделала из меня настоящую красавицу, а он вон как реагирует. Нет, мне, конечно все равно, меня это совершенно не задевает. Ну, ладно, если только самую чуточку, но так вести себя как минимум некрасиво. И вообще, зачем сначала целовать, причем несколько раз, а потом вот так вот отворачиваться?
Авантюрное настроение, которые появилось благодаря Вири, стремительно падало, наталкивая на мысли «а надо ли куда-то идти, не проще ли остаться?».
— Даже не думай, — заметив перемену, прошипела Вири. — Вон Дан с тебя восхищенного взгляда не сводит, даже подойти боится. А Юлиан вообще отвернулся, дразнить себя не хочет. Хм, видимо, я перестаралась. Забыла, что темные жуткие собственники. А ну ка сейчас как запретит тебе в таком виде выходить. Так что шевелимся быстрее, если успеем выйти во двор — считай пронесло.
Я от ее слов опешила и позволив вывести себя из комнаты. Что это вообще сейчас было?
Решила проверить правдивость ее слов и вперила изучающий взгляд в Юлиана. Темный шёл немного впереди, попутно завязывая на затылке плотную полумаску. Никаких собственнических порывов я не заметила. Юлиан был молчалив и абсолютно спокоен. Вернее, даже холоден.
Пройдя барьер, отделяющий наш этаж от остальных, мы на минутку остановились, решив обсудить свои действия на этот вечер. Нет, мы не боялись Алекса, справедливо рассудив, что если бы он хотел оставить нас на этаже, то заблокировал бы переход, да и дело с концом. А так он нам лазейку оставил. Но лучше было ему на глаза не попадаться. В противном случае он на нас завтра отыграется, еще и Мастера помочь поможет в нелегком деле перевоспитания подопечных.
