Я занял удобное место на крыше одного из складов, расположив себя так, чтобы тени скрывали меня. Холодный ветер, дующий со стороны реки, заставил меня натянуть капюшон плотнее, но я не спускал глаз с троицы. Харин начал говорить, но ветер доносил только обрывки слов. Я сосредоточился, стараясь уловить больше.

— Товар доставили? — громко спросил Харин, оглядывая своих собеседников.

Худощавый пожал плечами, раздражённо вздохнув:

— Доставили, но путь был длинный. Из Лианкая до сюда — чертовски далеко. Половину потеряли, потому что не знали, как с этим обращаться.

— Половину? — переспросил Харин, его голос приобрёл стальной оттенок. — Почему?

Бритоголовый сплюнул в сторону, его голос прозвучал грубо:

— Мы не знали, что с этим делать. Это не то, с чем обычно имеешь дело. И не забывай, что это не наша вина. Условия были… непростыми.

— А третий? — спросил Харин, слегка нахмурившись.

Бритоголовый отвёл взгляд, его челюсть напряглась:

— Погиб. Напоролся на проблему в пути. Теперь мы вдвоём, и, скажу честно, этого недостаточно.

Худощавый кивнул, его голос стал ещё более резким:

— Нам нужна компенсация, — голос худощавого задрожал, становясь громче. — Мы рисковали своими жизнями, а от нашего напарника из-за этого груза теперь ничего не осталось!

Харин на мгновение замолчал, затем сказал, понизив голос:

— Это дело уладит Оракул. Вы его знаете. Он всегда держит слово.

— Оракул? — переспросил бритоголовый, нахмурив брови. — Ладно, надеюсь, что это правда. Но, знаешь, мы не можем работать в таких условиях. Если что-то пойдёт не так, это будет на твоей совести.

Харин кивнул, но его голос стал более низким и настороженным:

— А теперь послушайте. Нужно быть осторожнее. Шпана в Тиарине совсем отбилась от рук. Вчера моего друга, Стилла, избил какой-то уродец, а затем сбежал по крышам.

Худощавый фыркнул, скривив лицо:

— Да уж, твой друг вечно вляпывается в неприятности. Может, ему пора быть поосторожнее?

Бритоголовый, напротив, нахмурился, его взгляд стал более внимательным:

— Это странно. Кто-то, кто дерётся так, что память вылетает? Может, это не просто шпана?

Харин нахмурился, но ничего не сказал, бросив быстрый взгляд в сторону, словно проверяя, не подслушивает ли кто. Его молчание только усилило напряжение в разговоре.

Худощавый фыркнул, скривив лицо:

— Да уж, твой друг вечно вляпывается в неприятности. Может, ему пора быть поосторожнее?

Харин продолжил, игнорируя замечание:

— Теперь с ним проблемы. Этот тип, что его избил, отшиб ему память. Стилл даже имени своей матери не помнит. А это значит, что кто бы это ни был — он опасен. В любом случае, на это тоже обратит внимание Оракул. Он знает, как справляться с такими угрозами.

Я почувствовал, как внутри всё сжалось. "Стилл действительно ничего не расскажет," — успокаивал я себя. Его потеря памяти означала, что моё вмешательство осталось в тайне. Но несмотря на это, моя заинтересованность только росла. "Что же это за груз, о котором они говорят?" — подумал я, внимательно продолжая наблюдать за тремя фигурами у причала.

Бритоголовый бросил взгляд на реку и сказал, понизив голос:

— Нам нужно знать, что будет дальше. Если Оракул не появится в ближайшие дни, мы уходим. Этот товар слишком опасен, чтобы с ним возиться.

— Появится, — твёрдо ответил Харин. — Он всегда появляется, когда нужно. А теперь лучше заткнитесь и не привлекайте внимания.

— А что с Драксом? — неожиданно спросил худощавый, его голос был полон любопытства и скрытой тревоги.

Харин хмыкнул и пожал плечами:

— Дракс сейчас в "Хмельной Змее". Он узнал, что в городе Максимус Айронхарт.

Бритоголовый нахмурился, его лицо стало серьёзным:

— У нас у всех счёты с Айронхартами. Мой брат погиб в лесу, когда Грегор Айронхарт устроил облаву. А оба моих приятеля погибли при атаке на королевский кортеж. Все знали, на что идут. После дела все мы рванём на Угольный остров и заживём как короли. У нас будет всё, что нужно.

Харин посмотрел на собеседника с ноткой сомнения, его губы слегка дрогнули, но он сдержался. Затем, словно оправдываясь, добавил:

— Это непросто забыть, особенно когда такие потери. Дракс тоже не из тех, кто легко отпустит. Его брат погиб в Айронхилле. Он затаил злобу с тех пор. Но знаете, это может сыграть нам на руку. Если что-то пойдёт не так, мы всегда можем взять отпрыска Айронхартов в заложники и потребовать выкуп. И не забывайте, что мы все в одной лодке. Если кто-то сорвётся, у всех нас будут проблемы.

Трое замолчали, и я, оставшись в своей тени, напряжённо ждал следующего шага. В воздухе витала тяжёлая атмосфера — что-то явно происходило, и я намеревался выяснить, что именно.

Ночь окутала док густым мраком, и ветер со стороны реки приносил с собой сырость и запах гнили. Я стоял на крыше, наблюдая за ними — Харином и его собеседниками, которые, казалось, обсуждали что-то важное. Их голоса были глухими, но достаточно громкими, чтобы доноситься до меня. Однако меня больше волновало не то, что они говорили, а то, что эти люди знали. Каждый из них мог быть ключом к разгадке того, что произошло в прошлом.

Мысль о том, что эти трое могут быть замешаны в убийстве Амелии, прожигала меня изнутри. В груди разгорелся огонь, ярость поднималась, но я заставил себя оставаться хладнокровным. Дыхание стало медленным и ровным, хотя пальцы уже бессознательно сжимались в кулаки. "Время действовать," — подумал я.

Тихо, без лишних звуков, я спустился с крыши. Магия, помогавшая мне двигаться бесшумно, была как продолжение моего тела. Когда мои ноги коснулись земли, я выпрямился и вышел из тени. Они заметили меня почти сразу.

— Что за... — начал бритоголовый, резко оборачиваясь.

— Спокойно, — сказал я, поднимая руки в жесте примирения. — У меня к вам предложение.

Харин шагнул вперёд, его глаза сузились, а в голосе зазвучала угроза:

— Кто ты такой, чтобы делать нам предложения? Лучше свали, пока цел.

Я выдавил лёгкую усмешку, хотя внутри всё кипело.

— Если вы хотите что-то провести через этот город, вам придётся заплатить. Либо попрощайтесь с вашим товаром.

Худощавый удивлённо хмыкнул, а бритоголовый грубо рассмеялся. Харин же, наоборот, нахмурился ещё сильнее.

— Чёрта с два какой-то сопляк будет трясти с нас деньги, — прорычал он, сжимая кулаки. — Так это ты тот уродец, что избил Стилла? Ты знаешь, что ты сейчас нарываешься?

— Успокойся... — сказал я, пытаясь говорить как можно спокойнее. — Давайте договоримся. Ваш товар останется цел, а вы расскажете мне всё, что знаете про покушение на Айронхарта, бойню в лесу, нападение на королевский кортеж и про Оракула.

— Да пошёл ты! — рявкнул бритоголовый, вынимая из-за пояса нож. — Ты кто такой вообще? Думаешь, можешь просто так заявиться сюда и что-то требовать?

— Думаю, могу, — сказал я, сделав шаг вперёд. — Я дам вам шанс. Один. Рассказываете мне всё — и остаетесь при своих. Если нет — у вас будут проблемы. Поверьте, вам это не понравится.

— Проблемы? — Харин ухмыльнулся, его лицо исказилось от злости. — Ты сейчас получишь такие проблемы, что будешь жалеть, что вообще родился.

Он бросился на меня первым. Его удар был быстрым, но предсказуемым. Я увернулся, шагнув в сторону, и тут же контратаковал, ударив его в бок. Бритоголовый выхватил нож и бросился следом, но я уже был готов. Время договариваться закончилось — началась драка.

Свет фонаря тускло освещал док, создавая мрачные тени, которые казались живыми. Ветер шевелил грязные лужи на земле, придавая сцене зловещий вид. Когда Харин бросился на меня, я уже был готов. Его кулак стремительно летел в мою сторону, но я увернулся, шагнув в сторону, и тут же нанес удар локтем в его рёбра. Бритоголовый и худощавый не заставили себя долго ждать: первый замахнулся ножом, второй попытался ударить меня в спину.

Я быстро перехватил руку бритоголового, вывернул её и с силой толкнул его в сторону. Его крик смешался с глухим звуком падения на деревянные доски. Худощавый попытался воспользоваться моментом, но его удары были слабыми и плохо рассчитанными. Я шагнул вперёд, схватил его за воротник и с лёгкостью отбросил в сторону, заставив его удариться головой о стену.