Гул молитвы начал нарастать. Люди тянулись руками к спасителю, шептали о том, что пятеро с ними, что они пришли спасти их. На это незнакомец просто отвернулся и зашагал прочь по площади, через несколько секунд просто растворившись в воздухе.

Ноги Яна подкосились, и он бессильно упал на мостовую. Тело пробивала дрожь, пришло осознание, что ещё несколько минут назад он смирился со своей смертью и не рассчитывал на то, что выживет. Взгляд упал в сторону стен. Первые лучи лениво освещали верхушки башен, объявляя о начале нового дня.

Медики осматривали раненых, капитана Рауда уже успели освободить от его доспеха и как могли обрабатывали его рану. Бойцы поделились на группы и ходили по площади, ища выживших или тяжело раненных. Несколько из них призывали свет, который уничтожал тёмные сущности, гуляющие по площади. Наконец, большая часть выживших взяла раненных и выдвинулась с площади, намереваясь прорваться к казармам, где бойцам могли бы оказать более качественную помощь.

Робкий луч упал с востока, медленно, но уверенно заливая окрестности светом, испаряя тёмные сущности. Они рассыпались пеплом, как сгоревшая бумага, с характерным то ли хрустом, то ли шелестом. Победа. Они пережили эту ночь. Солнечный свет распространялся по всему городу.

Наступило утро.

Люто был один. Один посреди огромного тёмного зала, стен которого было не разглядеть. Каина и Рема поблизости не было, хоть они и строго договаривались ни в коем случае не разделяться, что бы ни произошло. Робкий луч проник через трещину в потолке помещения, позволив разглядеть то немногое, на что он указывал. Как оказалось, это место было не таким уж и большим. Стены были покрыты замысловатыми узорами, в которых можно было бы угадать задуманные художником сюжеты, если бы только они не были такими старыми. Зато впереди явно был проход, в котором находились ступени, точно ведущие вверх. Вздох облегчения сорвался с уст Люто. Что бы ни произошло, нужно убираться отсюда.

Он попытался было сделать шаг, но тело его не послушалось. Сердце усиленно забилось, неужели доигрался? Он прислушался. Даже если порченые и находились неподалёку, наблюдая за ним, то они очень хорошо прятались, что было на них крайне не похоже. Ещё несколько попыток пошевелиться не привели хоть к какому-то результату. Отчаявшись, мужчина ещё раз огляделся по сторонам и с большой неохотой попытался позвать своих товарищей. В последнюю очередь хотелось привлекать к себе внимание, но других вариантов не наблюдалось. Облачко пара взметнулось к потолку, крик застрял в горле, как будто что-то мешало ему издавать хоть какие-то звуки. Ещё несколько попыток не привели хоть к какому-нибудь результату. Было ужасно страшно. Уши, уже привыкшие к тишине, начали улавливать звуки слабого ветра, скрежетания вокруг и, о ужас, крики порченых, видимо скрывавшихся в глубине этих проклятых катакомб.

Глаза наконец тоже адаптировались к темноте, так что единственным доступным занятием на данный момент являлось рассматривание помещения на наличие интересных мест. К сожалению, Люто мог видеть только небольшой участок стены, в то время как большая часть всего помещения находилась у него за спиной. «Неужели так и закончится моя жизнь?» Оставалось надеяться, что его товарищи найдут его рано или поздно. Предпочтительней, конечно же, рано.

Резкий звук падающих по лестнице камней моментально привёл пленника в чувство. За ним пришли? Товарищи? Или же монстры? Холодный пот прошиб всё тело. «Не хочу умирать, ещё нет. Меня ждут, я тут не останусь! Ни за что!» Как бы то ни было, ни ярость, ни страх не помогли ему освободиться. «Мерзкое колдовство», — подумал мужчина и безвольно застыл, вглядываясь в тёмный коридор.

Тем временем стали отчётливо слышны звуки шагов, каждый, словно удар, отпечатывался в разуме Люто, он бы всё сейчас отдал, лишь бы оказаться отсюда как можно дальше, где угодно, только бы не быть с этими тварями, даже умереть от меча лучше, чем от этих противных созданий. «Шевелись. Ну же».

Тёмная фигура осторожно вошла внутрь. Сердце Люто как будто остановилось, чтобы не издавать никакого шума, не привлекать внимание этого гостя. Фигура сделала несколько шагов вперёд, всё также осторожно подбираясь к своей жертве. Шаг за шагом расстояние между ними уменьшалось, силуэт двигался всё быстрее и увереннее и вот-вот уже должен был подойти к Люто и в лучшем случае его прикончить. Он было хотел закрыть свои глаза, лишь бы не смотреть, не видеть объект своего страха, но понял, что он не в силах даже моргнуть.

Всего несколько шагов. Фигура резко достала из-за плаща короткий, странно знакомый кинжал, намереваясь нанести удар. Но, к величайшему удивлению, просто прошла мимо, как будто не замечая человека. Вздох небольшого облегчения прошёлся по телу, мгновенно уступая место крупной дрожи. Шаги начинали удаляться и вскоре резко стихли. Новая волна страха начала захватывать разум Люто. Ему хотелось бежать.

Резкая боль пронзила тело. Через секунду мужчина понял, что может кричать, и полный боли вопль залил собой весь зал, отражаясь от его стен, образуя бесконечное эхо в этом спокойном месте. С ужасным хрустом его голова стала медленно проворачиваться в обратную сторону, кровь начала выходить изо рта, неприятно булькая, мешая крику достигнуть хоть кого-нибудь, кто мог бы помочь. Ужасная боль уничтожала посторонние мысли, выводя на передний план самые низменные желания, проскальзывающие в голове пленника. «Убейте меня. Прошу. Хоть кто-нибудь. Почему я ещё чувствую боль?». Мужчина надеялся, что вот-вот уже на него упадёт темнота, и боль уйдёт, но этого не происходило, а он оставался полностью в сознании. Примерно минуту голова продолжала проворачиваться, вместо крика теперь выходил только жалкий хрип. В голове потемнело, казалось, от боли Люто на мгновение отключился. Он всё ещё был жив. Это было вне всяких правил. Люди после такого не выживают, верно же? Его голова теперь смотрела вглубь зала, в то время как тело всё ещё не сдвинулось с места. Слёзы хлынули из глаз. «Зачем я сюда полез? Ведь было ясно, что рано или поздно будет так. Будь проклят Каин! Ты и весь твой род! Ты затащил нас в это проклятое место. Ненавижу тебя!»

Волна ярости подпитала Люто. Разум понемногу привыкал к этой ужасной, пусть и утихающей боли. Взгляд с трудом сфокусировался на глубинах зала. Внутри оказалось несколько десятков колонн, к каждой из которых были привязаны чёрными цепями несколько высохших от времени трупов. В обычной ситуации это зрелище повергло бы в ужас, но пленник уже был выжат и отказывался хоть что-то чувствовать. В самом центре стояла такая же чёрная, как и цепи, колонна, на которой висел одинокий труп, возле которого суетилась та самая фигура, что ранее вошла сюда вслед за Люто. С громким лязгом цепи упали с колонны, освободив высохшее тело, но оно осталось висеть на ней, либо потому, что было прибито, либо по другой не ясной до конца причине. Фигура в плаще потянулась к трупу, за что-то ухватилась и с едва слышным шелестом что-то вынула из колонны. В руках у неё оказался меч, сливающийся с темнотой этого места, едва различимый в руках незнакомца. Он повернулся, казалось, наконец заметив свидетеля сего действия.

«Убей меня». Первое, что сорвалось с уст Люто, его сокровенное желание, порождённое нескончаемой болью. «Убей, прошу».

Улыбка тронула губы незнакомца. Он подошёл ближе, всё ещё сжимая в руке найденный меч. Пленник не мог больше ждать. «Давай же. Один взмах. Прошу».

«Люто».

Мужчина не сразу понял, что последняя мысль была не совсем его. Она была чем-то чужим. Инородным. Неестественным. Что-то проникало в его голову, общалось с ним. Что-то из темноты этого зала.

«Люто».

Фигура залилась сумасшедшим смехом. Весь мир вокруг покрыла рябь. В некоторых местах колонны задрожали, их части начали подниматься, открывая вид на белки глаз, жадно всматривающихся в пленника. Смех не унимался. Глаз становилось всё больше. «Люто. Люто. Люто». Голоса глаз тоже проникли вглубь сознания пленника, зал снова наполнился криком нескончаемой агонии. «Теперь я вижу твоё лицо, Люто». Наконец лезвие разрезало плоть мученика, фигура, не переставая смеяться, резала кричащего мужчину. Глаза уже покрывали и самого Люто, но его мысли в этот момент жаждали окончания пытки, не замечая ничего вокруг. Вдруг неосторожный взмах кинжала скинул капюшон с головы незнакомца. Время как будто остановилось. Все глаза разом устремили свой взор на тёмную фигуру, переставшую смеяться.