— Ах, бедняжку не долюбила мама. Но сказать ей об этом, конечно же, нельзя, поэтому он срывал всю злость на вас. Как тривиально, — хмыкнул он, но в этом не было веселья. Неожиданно его лицо смягчилось. — Шрам на вашем левом плече оставил он? — голос магистра прозвучал осторожно. Территория, на которую ступил наш разговор, стала хрупкой. Он спросил, а значит, и я имею право на личный вопрос в ответ. Воспоминания из детства на мгновение затопили мое сознание, но быстро угасли.

— Да. Он укусил меня через месяц после рождения Клары, — неосознанно погладив плечо, кивнула я, раздумывая, о чём же спросить в ответ. — Что за проект привёл вас в академию? — лицо магистра тут же закрылось, он усмехнулся. Я подумала, что перешла черту.

— Справедливо, — пробормотал он себе под нос, разглядывая пустой кубок в своих руках. — Зелье, подавляющее обращение, не слишком распространено и известно. И оно не влияет на канемов, — пояснил магистр. Да, это зелье стало бы решением проблемы, если бы работало.

— Вы пытаетесь это исправить? — прошептала я, наклонившись вперёд.

— Да, это одна из причин, почему я согласился работать в Монтэм Сильва. Из-за мэтра Абингтона. Думал, он мне поможет, — губы его скривились, результаты, очевидно, его не радовали.

Но для кого он это делает? Для себя или для остальных?

— Я не встречала канемов раньше. Но вы ведь отличаетесь от других из-за магии? — спросила я нерешительно.

— Так и есть. Магия дает возможность частично трансформироваться. А это меньше сводит с ума, чем полное обращение, — магистр не упомянул боль, но я знала о ней из книги. И даже если бы нет, просто понаблюдав за ним какое-то время, можно с легкостью отметить его болезненность и усталость.

— Это очень благородный проект, — искренне сказала я, на что магистр неожиданно хрипло и коротко рассмеялся. Этот звук заставил меня замереть на месте, и что-то внутри меня сжалось.

— Я нисколько не благороден, госпожа Лунар. Это лишь тщеславие, не более, — таким же тоном он говорил о причинах помощи мне, о любопытстве. Однако последнее время показало мне, что это только часть правды. Магистр, безусловно, любит быть в центре внимания, но лишь в той степени, которую устанавливает сам. Но со мной он всегда ведёт себя осторожно. Даже пугая, он устанавливает границы, он не прикасается без разрешения или без веских причин, не оскорбляет. Его личность не состоит только из тщеславия или гордости. Здесь, в Игравии, у него есть друзья, о которых он отзывается с явным теплом, и тётя. Они все знают его с другой стороны. И, кажется, эта сторона понемногу начинает открываться и мне.

— Ваш проект, когда он удастся, поможет многим, так что вы имеете право на тщеславие, — пожала я плечами, на что получила удивлённый взгляд магистра.

— Когда? — переспросил он.

— Когда, — уголки моих губ изогнулись в улыбке. — Уверена, у вас всё получится, — слова мои шли от самого сердца.

Мы снова замолчали, глядя друг на друга. Это уже начало походить на привычку. Под его взглядом я не чувствовала себя неуверенной или уязвимой. Больше нет. Наоборот, я словно напитываюсь его уверенностью, его собранностью. А сейчас он смотрит так, будто видит во мне что-то новое. И, кажется, ему это нравится.

Мне следовало бы уйти, дать ему отдохнуть. Но я пока не нашла в себе сил сделать это.

— Я видел, как вы тренировались со шпагой, — сказал вдруг магистр, встрепенувшись.

— В последнее время господин Вестфор очень мне помог. Мои знания в фехтовании слишком ограничены, мэтр Вульдс преподавал довольно сжато, — поделилась я. Следует найти место для самостоятельных тренировок на территории Кастелло Марэ. Иначе Лиркс просто сведёт меня с ума своими шутками, если я начну фехтовать хотя бы на йоту хуже.

— Вы быстрая, — магистр немного замешкался, словно раздумывая, продолжать или нет. — Я мог бы показать вам некоторые приёмы. Фехтование у людей развито куда лучше, чем у оборотней. У них с этим связаны целые церемонии.

— Я не могу вас просить, — вздохнула я, сцепив пальцы у себя на коленях.

— Это я прошу вас. Я довольно заржавел. Вдруг кого-то моё существование оскорбит настолько, что меня вызовут на дуэль, а я слишком привык пользоваться когтями, — хмыкнул магистр. Глаза его, казалось, горели искренней заинтересованностью.

— Что ж, я постараюсь быть вам достойной соперницей. Не ждите, что я легко сдамся, — хмыкнула я и допила остывшее вино, которое уже потеряло половину вкуса.

— Кинжал у моего горла дал мне об этом представление, — в голос его проскользнули дразнящие нотки, взгляд стал пристальным, а голова немного склонилась вбок, словно в ожидании моей реакции. Моё лицо, как успел сказать магистр, было скупо на эмоции, но я ощутила, как кончики ушей загорелись от его слов.

— Здесь есть подходящее место на воздухе? Я никогда прежде не видела моря, — призналась я.

— Да, как насчёт завтра на рассвете? Я буду ждать вас у восточного выхода из замка. Он рядом с той площадкой, куда мы прибыли через портал, — он откашлялся. — Это также хорошее упражнение на концентрацию. Не обернетесь ли вы в лису, когда я вас зацеплю.

— Если зацепите, — не удержалась я от легкого поддразнивания, и магистр фыркнул себе под нос. Не презрительно или возмущённо, а скорее скрывая смех. Я почувствовала себя очень довольной, получив такую реакцию и подавила улыбку, отворачиваясь к камину.

Мне не хотелось уходить. И не хотелось думать, почему.

Магистр перевёл взгляд на часы.

— Через полчаса у меня встреча с мэтром Солтом и Флос-Виной, — он поднялся и со вздохом посмотрел на порванные рукава своей рубашки. Из-за постоянных обращений ему следует носить рубашки без рукавов. Я окинула взглядом его стройное сухое тело. Ему бы подошёл подобный наряд.

— Да, — поднялась я со своего места, отгоняя прочь странные мысли о гардеробе магистра. — Спасибо.

Пора возвращаться в комнату, нужно проверить Клару.

Ранее даксарра так устала после насыщенного дня, что просто рухнула в кровать с книгой, и только подозрительно на меня покосилась, когда я сказала, что немного прогуляюсь. Сотни вопросов застыли в её взгляде, но она ничего не сказала. Однако рано или поздно мне придется как-то с ней объясниться. И я не знала, что хуже, сказать правду, или соврать, придумав какую-то убедительную причину… Вроде романа с магистром. Неожиданно мысль об этом отозвалась странным волнением в моей груди, и я поспешно отбросила её прочь, словно ядовитую змею.

Магистр проводил меня до двери и подал плащ. По короткому маршруту можно идти и без верхней одежды, но я набросила его перед выходом по привычке.

— Вы делаете это неосознанно, не так ли? — кратко улыбнулась я, пока он помогал мне одеться. Мои плечи дернулись, когда он коснулся моей косы, чтобы вытащить её из-под воротника. Короткие волоски у шеи приподнялись, спина покрылась мурашками, как только его дыхание скользнуло по кончику моего уха. Уже знакомый запах можжевельника наполнил пространство между нами.

— Это обычный жест вежливости, — небрежно ответил магистр, отступая. Я повернулась к нему, перекидывая косу вперёд, и осмотрела его худое и уставшее лицо. Мне не следует лезть…

— Магистр, вы легко можете испытать меня без лишних превращений в канема, — он прищурился в явном неудовольствии от услышанного и лицо его закрылось. — Не говорите про жалость, я просто… — и больше с моих губ не сорвалось ни слова. С почти отчаянием я взглянула на него, давая понять, что мне небезразлично его состояние. Он что-то прошипел себе под нос, но огрызаться не стал, а лишь открыл мне дверь, пропуская вперёд.

Мы двинулись по этажу в тяжёлом молчании. Я поджала губы, недовольная тем, что позволила себе лишнее. Когда мы оказались у нужной двери, я повернулась, чтобы что-то сказать, но магистр опередил меня:

— Я буду в порядке, госпожа Лунар, — он посмотрел на меня с привычной серьёзностью. — Обещаю.

И этого было достаточно. Я кивнула и удалилась прочь, пока не наговорила ещё каких-то глупостей. Его взгляд сопровождал меня, пока дверь не закрылась.