И в заключение вновь подтвердим вывод теории цен базисных товаров: включение в единый рынок базисных товаров сельскохозяйственных базисных товаров для сельского хозяйства является смертельным, что подтверждает опыт всех развитых и развивающихся стран. Ни в одной из этих стран нет единого рынка для промышленных и сельскохозяйственных базисных товаров – ни в Америке, ни в Европе, ни в Японии, ни в тихоокеанских «тиграх». И если мы хотим хоть что-то взять из мирового опыта, то это должно быть осознано в первую очередь.

Разделение осуществляется путем создания (толчнее, рынок сам это создает) заниженных цен сельхозпродукции и частичной дотации сельского хозяйства. Конкретные механизмы государственно регулируемой перекачки средств от промышленности к сельскому хозяйству требуют изучения мирового опыта, приспособления к российским условиям, но всякая надежда, что сельское хозяйство способно на едином свободном рынке иметь цены, основанные на экономически обоснованных паритетных соотношениях, утопична. Не могут миллионы фермеров, колхозов, совхозов и еще сколько бы ни было форм хозяйствования в сельском хозяйстве конкурировать на рынке базисных товаров на равной основе с Ростовским комбайновым или Невино-мысским химическим. Более того, эта конкуренция, в которой они будут неизбежными победителями, разрушит прежде всего сами эти заводы.

Сельскохозяйственный рынок должен быть выделен в особый сектор рынка базисных товаров. Сделать это для Запада с его фетишизмом неограниченной конкуренции и свободной торговли оказалось непросто, и тем не менее он пошел на это и нашел пути и адекватные механизмы. И нам не грех с этим разобраться.

Информационно-аналитическое агентство «ФинИст» осуществляет ценовой мониторинг рынка базисных товаров с января 1992 года на основе технологии, изложенной в предыдущих разделах. Думается, что этот опыт представляет некоторый интерес.

Когда в 1992 году, в самом начале рыночных преобразований в России, ИАА «ФинИст» приступил к созданию системы ценового мониторинга рынка базисных товаров, еще многое представлялось неясным, в том числе направления этих преобразований и задачи, которые могут при этом возникнуть, поэтому в этой системе были допущены определенные неточности. Тем более что в ценовый мониторинг стремились включить прежде всего те области, в которых рыночные отношения уже были введены. Однако, далеко не все важные сферы экономики в 1992 году были полностью переведены в систему свободного рынка, во многих сохранялись в той или иной степени остатки государственного регулирования.

Мониторинг основывался на том, чтобы при ограниченных финансовых ресурсах, которые никак не могли сравниться с ресурсами таких организаций, как, к примеру, Госкомстат России, получить максимально эффективную систему ценового мониторинга.

С этой целью было выбрано семь товарных групп, в которых и осуществлялся мониторинг. В качестве таковых были выбраны:

1. Потребительские товары минимального прожиточного уровня.

2. Мясо и мясопродукты.

3. Алкогольные напитки.

4. Потребительские товары длительного пользования.

5. Энергоносители.

6. Транспортные услуги.

7. Продукция сырьевой переработки.

В каждой группе был выбран наиболее представительный товар, ценовой мониторинг которого реально и осуществлялся.

В качестве таковых по группам были выбраны:

1. Хлеб.

2. Говядина.

3. Водка.

4. Телевизор отечественного производства, замененный впоследствии стиральной машиной ввиду исчезновения из продажи отечественных телевизоров.

5. Бензин.

6. Авиабилет Москва-Санкт-Петербург.

7. Листовое железо. Выбор представительного товара не прост. В качестве представителя товарной

группы желательно иметь стабильный товар широкой распространенности. Например, представим, что мы выбрали бы в качестве товарной группы женскую одежду. Но что выбрать в качестве представителя этой группы, если женская одежда невероятно изменчива, и изменение цен может быть связано как с инфляцией, так и с использованием других материалов, других покроев, отделок и т. д. Таким образом, существуют очень важные товарные группы, которые было бы желательно включать в мониторинг, но выбрать представительный товар практически невозможно. Такова ситуация, к примеру, с такой важной товарной категорией, как жилье и другие.

1992–1994 годы характеризовались столь хаотичным состоянием рынка, что обычные процедуры усреднения цен по различным местам практически стали невозможными. Действительно, тот же хлеб имеет цены в разных городах, отличающиеся в два-три раза. Усреднение имеет смысл, когда колебания основной последовательности имеют пределы до десяти-двадцати процентов. Если же сама последовательность имеет разброс в разы, то тут усреднение может стать источником любых натяжек и подтасовок и не дает никаких гарантий достоверности. Такова ситуация, в частности, с методикой Госкомстата, который усредняет товары по всей стране, зачастую отличающиеся по цене в несколько раз. Такое усреднение чрезвычайно неустойчиво, ибо даже малое смещения в весовых коэффициентах приводит к очень большому изменению результата.

В этих условиях было принято решение ограничиться наблюдением небольшого числа товаров, но с целью исключения субъективного фактора были строго фиксированы места снятия информации. В течение всех четырех лет проведения ценового мониторинга неизменно выдерживались те информационные источники, по которым наблюдались цены.

Кроме того, мониторинг в основном осуществлялся для получения индексной информации. И потому абсолютные значения не играют первостепенной роли. Так, хотя цены на хлеб или мясо в Москве и Магадане отличаются в несколько раз, но динамика этих цен чрезвычайно близка, ибо процессы, воздействующие на цены в Москве, практически точно так же действуют и на цены в Магадане. И потому если ценами, наблюдаемыми в Москве, невозможно пользоваться в других городах, то индексами цен, полученными по наблюдениям в Москве, вполне можно пользоваться для характеристики общей ситуации в стране.

Образно говоря, если мы желаем охарактеризовать состояние моря в шторм, то вряд ли стоит измерять поверхность моря во многих точках. Лучше поместить единственный измеритель в представительную точку моря и измерять волны, приходящую в эту точку, ибо все волны когда-нибудь да придут. А если измерять и усреднять в разных точках, то как раз и можно исказить картину шторма. А ведь экономика России пережила за эти четыре года подлинный шторм.

Данные по интегральной инфляции с начала рыночных преобразований приведены ниже в таблице. Данные за 1995 год получены путем интерполяции.

Интересно отметить тот факт, что сопоставляя данные ИАА «ФинИст» с данными Госкомстата, мы можем заметить, что рост цен потребительских товаров шел в первые годы гораздо быстрее, чем в области производственных товаров. Например, по данным Госкомстата, рост цен в первый год рыночных преобразований был почти десятикратным. Однако интегральный индекс инфляции фиксирует всего четырехкратный рост цен. Но в 1995 году тенденция сменилась, и в этом году рост цен в области товаров производственного назначения происходит более энергично, чем в области потребительских.

Наиболее наглядно ситуация первых трех лет рыночных реформ отражается на индексах относительных цен (рис. 35).

Из диаграммы на рисунке наглядно виден тот «ценовой шторм», который происходил в эти годы. Относительные цены взлетали за неделю в два-три раза, а затем тут же падали благодаря последующему росту цен на другие товары. В эти годы происходила коренная ломка ценовых паритетов и ценовых соотношений.

На ситуации 1995 года мы остановимся более подробно.