Я боролась сама с собой. Пыхтела от напряжения. Но мне все же удалось кое-как воспроизвести часть непонятного текста. И стоило только подумать, что сложности остались позади, приключилась очередная оказия.
Самое простое и понятное слово вдруг стало самым затруднительным. Как бы сильно я не старалась, мне удавалось произнести лишь первые пару букв.
Рот выговаривал:
— Отка… — и язык тут же превращался в неподвижное полено.
— Отка…Зззз….Отка…Отка…Ззззз…
Маранта, нервно наблюдающая за моими тщетными потугами, в итоге нетерпеливо махнула рукой. А когда я окончательно потеряла бдительность, она быстренько достала откуда-то из-под своей многослойной юбки маленький ножик.
Скороговоркой, спешно уверяя, что клятву, как всем известно (всем ли??) полагается скрепить кровью, девушка стремительно схватила мою руку и полоснула острым лезвием по запястью.
Я удивленно ахнула, готовясь одарить ее всеми своими познаниями в части ненормативной лексики. Но меня отвлекло увиденное.
Прямо под ранкой — словно мы с Марантой были героями какого-то сказочного фильма — материализовался желтоватый свиток.
Моя рука дернулась, когда капля крови упала на нижний правый угол пергамента. А затем я с глубоким потрясением посмотрела на свою рану. Она моментально затягивалась прямо у меня на глазах. Секунда, и не осталось ни единого крошечного следа. Все произошло так быстро, что я даже не успела потребовать принести мне хлоргексидин и ватные диски.
И тогда-то возникла новая странность…
Внутри все разом всколыхнулось, вспыхнуло. Разум захватил свирепствующий гнев. Жаркая огненная волна недовольства прошлась по телу. Будто по моим венам текло само пламя.
Упрямая часть, возникшая неведомо откуда, взбунтовалась и не желала мириться с происходящим. И мое внутреннее, безусловно неадекватное состояние не прошло мимо рыжеволосой актрисы. Ее до этого довольные глаза вдруг широко распахнулись от испуга. Она спешно отпрянула назад. Ойкнула и едва не выронила из рук свиток.
— Айорин Фарнифси… — шокировано шепнула девушка, — Ты же сама сказала, что хочешь уйти…
— Да, все так. — мой голос прозвучал как-то странно. Сухо. На удивление резко. И в нем проскакивали рычащие нотки.
«Все хорошо» — мысленно проговорила я.
Каким бы безумным это не казалось, но я старалась успокоить саму себя.
Возможно, у меня окончательно сдали нервы от всех этих непонятных действий, вот ЦНС и взбунтовалась.
Все хорошо, мы сейчас уйдем. Вернемся домой. Так будет лучше для всех.
Для нас с тобой уж точно.
Однако несогласная часть все еще сопротивлялась. Пыталась упрямиться и настаивала не спешить. Ей отчего-то вовсе не хотелось уходить. Но, в конце концов, мне удалось уговорить строптивицу…
Ее? Себя? Нас?
Неужели за пару часов пребывания в этом особняке я энергично поехала головой вместе с присутствующими?
А вдруг это какой-то новый вирус?
Судя по реакциям моего тела, крайне заразный и, к тому же бесцеремонно передающийся по воздуху.
— Я сделала, как ты хотела. Выводи меня отсюда!
— Да, да, сейчас. — нервно пролепетала девушка, приходя в себя.
Снова приближаться ко мне она не спешила. То и дело испуганно поглядывала из угла. И с силой сжимала свиток.
Я, конечно, предполагала, что бываю страшна в гневе, но не настолько же. Чего она так смотрит, словно у меня выросли рога и хвост?
Моргает эмоционально часто. К тому же побледнела вся. Куда делся здоровый румянец? Похлопать ее, может, по щекам для профилактики?
Наконец, она собралась. Выдохнула и спешно подошла.
— Дай мне свою левую руку, а затем закрой глаза и представь то место, куда хочешь попасть.
— Слушай, я даже разрешила тебе себя порезать, а ты продолжаешь издеваться?
— Почему издеваться? У меня достаточно неплохой дар портальщика, — насупилась рыжая, а затем прытко шагнула вперед и сама схватила мою ладонь. — Представляй! Я заметила в окне, как во двор въехала карета Сэя. У нас остается очень мало времени.
Делать нечего, я прикрыла веки и вообразила свою квартиру. Постаралась воспроизвести малейшие детали. И ключницу в виде котиков и мягкий зеленый коврик в прихожей и даже кухонные полотенца с видами Италии.
А когда снова открыла веки, то не поверила собственным глазам. В стене напротив возникла круглая воронка. Вполне себе реальная, огромная дыра. Напоминающая порталы в фантастических блокбастерах.
— Ты показываешь нечто странное, но ручаюсь, я верно выстроила путь к твоему дому. — самодовольно заявила спасительница. — А теперь иди! Ступай! Уходи скорее!
Легко сказать: «Иди!».
Мне раньше как-то не приходилось участвовать в грандиозных шоу Дэвида Копперфильда.¹
С грохочущим в висках пульсом я подошла к мерцающему проходу. Остановилась. Сделала еще один маленький неуверенный шажочек. И ощутила, как некая сила едва заметно пытается засосать меня внутрь.
Впечатления были своеобразными. Не скажу, что неприятными. Просто необычными, словно напротив запустили огромной пылесос, который работал на самой маленькой мощности.
Тут дверь в комнату с грохотом открылась, заставив меня вздрогнуть и стремительно обернуться.
На пороге стоял Сэйгард. Тот, кто подарил мне незабываемый поцелуй. И неожиданно досадно оказался чужим женихом.
Во взгляде, который бросил на меня мужчина, плескалась столь мучительная печаль, что мое сердце сжалось в груди. Но также в его глазах полыхал гнев и непониманием. Будто я предала его в лучших чувствах, не сумев должным образом оценить, как ловко меня перетащили в чужую ванную комнату и напичкали долгоиграющими галлюциногенными.
Мир на секунду остановился.
Время послушно замерло.
Внутри грустно заскрежетало.
Какая-то часть нестерпимо потянулась к нему. Я чуть было не сделала шаг обратно к сиятельному, подкрепляя действия уверениями, что это все козни рыжули. Это все она меня подговорила и вынудила, а так-то мне и здесь хорошо. К тому же его поцелуй до сих пор кружит голову. Одно только воспоминание вызывает нестерпимое томление во всем теле.
Стальной голос хозяина поместья пронесся по комнате, сотрясая оконные стекла, когда он крикнул:
— Дэсея! Моя дэсея! Ты - моя! Не отпущу!
И тогда я увидела, как у него за спиной появились темные крылья.
Они разве не должны быть золотыми? - мелькнула странная мысль.
Но в следующую секунду Сэйгард со страшным ревом бросился на меня.
Внутреннее раздвоение личности дало о себе знать с новой силой.
Вместо объективного испуга, часть меня наполнилась субъективно-пылким и абсолютно неуместным восторгом. Да что со мной не так?
Однако, к счастью, здравый смысл все еще многократно преобладал. Сжав кулаки и перестав что-либо анализировать и просчитывать, я быстро шагнула в портал, краем глаза замечая, как мужчина взлетел в воздух. Его рука почти коснулась моего плеча…
Почти.
Портальное кольцо, словно предугадывая действия преследователя, тут же захлопнулось за спиной, разделяя нас с этим пугающим обществом тяготеющих к переодеваниям личностей.
Вторая сущность печально завыла, но меня и так потряхивало от эмоций, потому я жестко велела ей прекратить.
Она обиженно подчинилась, и тогда я отчетливо узрела одну интересную особенность, связанную с моей спасительницей. А точнее, с ее якобы даром.
Стоило лишь вскользь глянуть по сторонам, чтобы сразу же понять — неплохой дар портальщика, которым так кичилась Маранта, был абсолютно ненадежен. Он, видимо, как и я, был оснащен стойким топографическим кретинизмом.
***
1. Дэвид Копперфильд (настоящее имя — Дэвид Сет Коткин) — американский иллюзионист и гипнотизёр.
Глава 4
Место, в которое я переместилась, никак нельзя было принять за мою квартиру. Даже с большой натяжкой. Отсутствие стен и крыши слишком резко бросалось в глаза. И не помню, чтобы когда-то обитала на свежем воздухе.