Площадь встречала их гулкими голосами и рёвом автомобилей. На город уже опустилась прохлада. Сияние фонарей, свет вывесок и телефонных экранов освещали им путь. Они ориентировались по ним в этой тьме, словно мореплаватели – по звёздам.
– Здесь неподалёку есть одно место, – сказал Маркус. – Думаю, оно должно тебе понравиться.
Они вышли на набережную. Ветер с реки трепал волосы и окатывал запахами: тины, топливного масла и рыбы. Алисса остановилась, чтобы полюбоваться бледной лунной, отражённой в мрачных чёрных водах.
– Что я такое делаю? – не подумав, произнесла она вслух.
Девушка чувствовала: всё то разумное и рациональное, за что она цеплялась большую часть жизни, в этот миг потеряло всякий смысл. Она будто разом потеряла жизненный ориентир и опору, за которую всегда держалась. Алисса Сторм всегда была разумной и рассудительной; она привыкла подавлять любые спорные порывы, проявляла железный самоконтроль и, конечно же, никогда не увязывалась за незнакомцами.
Маркус был рядом. Он молчал. Некоторое время она даже позволила себе верить и надеяться, что её слова остались неуслышанным. Но нет – он просто раздумывал над ответом.
– Ты идёшь против собственных правил и поддаёшься чувствам, – заметил он. – И поэтому тебе страшно. Когда следуешь правилам, исход предсказуем – почти всегда. А когда отступаешь от них, приходится быть готовым к чему-то новому и необычному. Именно из-за страха большинство людей живут по проверенному алгоритму и никогда не отступают от него… и отказываются от множества интересных и волнующих вещей в жизни.
– Так вот, значит, что меня ждёт впереди? – поинтересовалась она, уставившись на него снизу вверх с насмешливой улыбкой. – Нечто интересное и волнующее?
– Возможно. Ты не узнаешь, пока не попробуешь.
Она прищурилась. Ей захотелось подразнить его.
– А вдруг ты – маньяк? Откуда мне знать? – невинно поинтересовалась она.
– Маньяк, который расхаживает по местным театрам и соблазняет красивых женщин? Оригинально, – оценил Маркус. Кажется, он нисколько не обиделся. – Если ты сомневаешься, то можешь передумать, развернуться и уйти. Если ты действительно веришь, что я могу быть… м-м-м… опасен.
«Ты опасен, и ещё как», – подумала Алисса, глядя в холодные серые глаза с отражённым светом одиноких фонарей. Она оказалась на распутье: развернуться и уйти, спрятаться от мира в одинокой уютной квартирке, или же пойти следом за загадочным незнакомцем, соблазняющим одним взглядом.
В конце концов, как и любой неискушённый путник, она не смогла воспротивиться соблазну.
Маркус вёл её по знакомым центральным улочкам. Она была немало удивлена, когда он остановился напротив швейного магазина.
– Ты хочешь научить меня… ткать? – озадаченно спросила Алисса.
– Я похож на швею? – поинтересовался он и протянул ей руку. – Идём. Это за углом.
Она приняла его холодную ладонь. Ей стало неловко. Разве не странно: всего полчаса назад они страстно целовались, как давние любовники, а сейчас Алисса испытывала стыд, держа его руку в своей?
Внутренний дворик был умощён булыжником. Когда она едва не упала, Маркус ловко подхватил её. Они остановились напротив неприметной деревянной двери. По правую и левую сторону от неё располагались два маленьких зарешёченных окошка. Алисса, как ни старалась, ничего не могла в нём разглядеть.
– Что это за место?
Вместо ответа он распахнул дверь. Она услышала негромкую музыку, гул голосов и смех.
– Бар? – догадалась Алисса. В подобных заведениях она никогда не бывала. Бары и кабаки традиционно ассоциировались у неё с пьянством, драками и распутством.
– Не делай поспешных выводов. Тебе здесь понравится, – пообещал Маркус.
Внутри, вопреки всем ожиданиям, оказалось светло и тепло. Стены, умощённые каменной кладкой, были увешаны сотней свечей в изысканных бронзовых канделябрах. Напротив входа располагалась небольшая сцена со старым пианино. За круглыми столиками, заставленными вазами и золочёными тарелочками, сидели смеющиеся мужчины и женщины. Бар напомнил Алиссе зловещее подземелье с сокровищами из детских сказок.
Все столики оказались заняты, и они направились к барной стойке. Девушка с усилием забралась на высокий деревянный стул. К ним двинулся невысокий бармен с добродушным круглым лицом и кудрявой бородкой.
– Чего желаете? – проговорил он. – Вина для дамы?
– Я не люблю вино, – сказала она неловко на вопросительный взгляд Маркуса. – И вообще плохо переношу алкоголь.
– Может быть, коктейль? – предложил он. – Джим, нам две «Пина Колады» без льда.
Алисса хотела вежливо отказаться, но так называемый Джим уже успел приступить к изготовлению напитков. Она пыталась привыкнуть к новой обстановке, новым людям и новым запахам. Из маленьких колонок в уголке доносился знакомый мотив.
– Это Duran Duran, – ответил Маркус на её безмолвный вопрос. – Любишь старую музыку?
– Да. И терпеть не могу новую. Она кажется мне глупой и бессмысленной, – откровенно заявила она.
Джим поставил перед ними два наполненных бокала, украшенных кусочками ананаса. Сверху ободок бокала покрывал сахар – он напоминал снежный иней. Алисса приложила трубочку ко рту и осторожно глотнула. Маркус неотрывно наблюдал за ней.
– Вкусно, – прошептала она, словно поверяя сокровенную тайну.
Маркус склонился к ней ближе. Он не прикасался к ней – но она на расстоянии чувствовала горячность его кожи.
– Кокос, ананасовый сок и немного рома. Насколько я знаю, рецепт этого коктейля был изобретён пиратами, – сообщил он вполголоса. – Традиционно пираты употребляли ром во время своих путешествий. И, поскольку чаще всего они бывали именно на тропических островах, в их трюмах ананасы и кокосы всегда были в избытке. Во время длительного путешествия по Карибам на одном пиратском корабле закончилась вода. И из съестного не осталось ничего, кроме рома, ананасов и кокосовых орехов. Капитан корабля понимал, что в дальнейшем они умрут или от жажды, или от пьянства. Он велел повару добыть из ананаса сок, а из кокосов – молоко. Затем повар смешал вместе всё, что было, и получившийся напиток спас пиратам жизнь.
Алисса и не заметила, как осушила свой бокал. Не замечала она и того, как вспыхнули её щёки, и как губы вытянулись кокетливой улыбке. По правде, она не замечала ничего, кроме притягивающего взгляда спутника.
– Ну, тогда за пиратов. За их чудесное изобретение, – она подняла бокал в знак уважения и бросила в рот кусочек сочного ананаса.
Маркус продолжал смотреть на неё. Уголок тонких губ был приподнят в намёке на улыбку. Алисса наткнулась на своё отражение в зеркале бара: волнистые волосы растрёпаны, щёки горят румянцем, глаза блестят в лихорадке.
– Кажется, я чертовски пьяна, – объявила она. Подтверждением этих слов послужило смущённое хихиканье.
– Ты чертовски обаятельна, – прошептал он, склонившись к её уху. – Алкоголь всего лишь раскрепостил тебя. И не стоит этого стыдиться.
Алисса вздрогнула. Стыдиться, может, и не стоило, но остановиться – точно. Она прекрасно знала, что привлекала мужчин. Не была уверена в том, что их к ней влекло – красота, ум, внешняя мягкость или что-то ещё. И в обществе парней она обыкновенно вела себя по-дружески, формально и прохладно, чтобы защититься от любых поползновений в свою сторону.
– Ты чего-то боишься, – сказал он.
– Я много чего боюсь. Я… Я всегда была трусихой. Всегда, – повторила она.
На мгновенье мир чуть-чуть расплылся. Она вовсе не была так уж пьяна. Но количества выпитого было достаточно для развязывания языка.
– Я думаю, это неправда. Ты достаточно смелая для того, чтобы признавать свои страхи, – произнёс Маркус. – К тому же, нужно быть невероятно бесстрашной, чтобы отправиться неведомо куда с первым встречным, осознавая все… возможные риски.
– Тут ты прав. Если что, у меня в сумке лежит газовый баллончик.
– Ах, вот оно что, – рассмеялся он. – Очень предусмотрительно с твоей стороны.