Первый день одиночества был посвящён грандиозной уборке. Алисса не являлась поборницей частоты и спокойно переносила творческий беспорядок, однако время от времени её посещало желание навести чистоту в доме. До вечера она избавлялась от старой ненужной одежды и прочего хлама, очищала, отмывала, драила и полировала все поверхности в квартире. После уборки девушка с забитой доверху коробкой вещей направилась к специальному пункту помощи: здесь любой желающий на добровольной основе мог передать ненужную одежду нуждающимся.
Лишь по возвращении домой она заметила торчащий из двери белый конверт. Очевидно, Маркус успел побывать здесь, пока она прибиралась; возможно, он даже слышал, как она напевала песни The Rolling Stones, Queen и Avril Lavigne. Это было бы очень неловко…
Лисса спешно развернула конверт и обнаружила в нём, помимо письма, билет в кинотеатр. «Вечер старых фильмов», – гласила надпись сверху. «Ребёнок Розмари» – было указано ниже. В письме говорилось:
Пишу и не замечаю, как летит время. Не знаю, когда буду готов встретиться. Мне тебя не хватает.
Думаю, ты не из тех, кто боится ходить в кино в одиночестве. Тебе стоит развеяться. «Ребёнок Розмари» – образцовая картина 60-х. Что-то мне подсказывает, ты оценишь её по достоинству.
P.S. Расскажи мне что-нибудь забавное о себе.
Чуть ниже оказалась приписка: она была сделана другой ручкой и явно второпях:
«О том, что ты любишь петь «Killer Queen», можешь не писать. Я это уже знаю».
Алисса, смущённо хихикая, принялась писать ответ.
Очень рада, что ты оценил мои вокальные данные. Думаю, соседям тоже нравится.
Я читала книгу «Ребёнок Розмари», но никогда не видела фильм. На это стоит взглянуть. Жаль, что тебя не будет со мной. С кем же я буду обмениваться ехидными комментариями?
Я скучаю. Не забывай есть время от времени. (Кофе – это не еда).
Надеюсь, когда твой шедевр будет готов, ты его мне покажешь.
P.S. Когда мне было девять лет, я залезла на дерево, спасаясь от злобной собаки. Мне пришлось прождать на ветке около часа, прежде чем собаку забрали. С тех пор мои уличные друзья называли меня белочкой.
Ответ она отнесла рано утром. Вместе с запиской в небольшой картонной коробке девушка оставила ягодный пирог собственного приготовления. Она опасалась, как бы в своём писательском угаре Маркус не позабыл о необходимости время от времени утолять голод.
В следующем письме он поблагодарил её за заботу, к письму также прилагалась небольшая посылка. В прозрачной упаковке обнаружились насыщенно-красные спелые ягоды клубники.
«Пожалуй, я тоже мог бы поразить тебя своим кулинарным талантом, но, боюсь, ты бы вряд ли оценила подгоревшую яичницу», – уточнил Маркус.
Ягоды оказались сочными и сладкими. Алисса не представляла, где он их достал: обычно в этом сезоне на прилавках лежала клубника прекрасная на вид, но непередаваемо пресная. Часть ягод она сохранила и приготовила чизкейк.
«Ягоды были восхитительны, – писала она. – Я приготовила пирог специально для тебя. Но половина пирога удивительным образом испарилась. Не знаю, как это произошло. Обращусь в бюро расследований».
Ответ от Маркуса пришёл лишь спустя три дня. Алисса в ожидании испытывала лёгкую тревогу, однако это не помешало ей заниматься привычными делами. Она начала рассматривать различные предложения от работодателей, но отправлять резюме не спешила. На вопрос «чем бы я хотела заниматься следующие годы, чтобы не чувствовать себя несчастной» ответа пока не было.
«Прости, я был слишком занят. Несколько дней не выходил из дома. Кажется, последнее, что я ел – это твой чизкейк. Да, он был восхитителен. Ты не думала о том, чтобы всерьёз заняться кулинарией?
Уверен, тебе понравится моя посылка.
Хочу тебя увидеть. Кажется, разлука обостряет чувства. Скучаю по твоему запаху, смеху и ироничным шуточкам».
Алисса открыла посылку и некоторое время пребывала в ступоре. Маркус вновь передал ей упаковку клубники, но в этот раз к ягодам прилагались взбитые сливки. Наибольшее облегчение приносил тот факт, что этот нахал не мог лицезреть её реакцию лично. Но ему наверняка хватит воображения, чтобы живо себе это представить.
– Ну, я тебе устрою, – многообещающе пробурчала она. Конечно, клубнику и сливки она позднее использовала для приготовления торта, но осадок от сюрприза всё равно остался.
Позднее Алисса неровным шагом отправилась в маленький магазинчик на окраине своего района. Много раз девушка проходила мимо вызывающей вывески с нарисованной полуобнажённой девицей с призывным взглядом, испытывая при этом неловкость и любопытство. Сейчас она вошла туда с внутренним содроганием и тут же, изображая ненавязчивое любопытство, принялась осматриваться по сторонам.
«Боже, я никогда не смогу это развидеть», – подумала она обречённо.
– Добро пожаловать в интимный магазин «Постельные прелести»! – К ней подплыла улыбчивая девушка с короткой стрижкой и пирсингом в носу. – Могу я вам чем-то помочь?
– Добрый день. Мне нужна… э-э… плётка, – сказала Алисса, старательно изображая невозмутимость.
Продавщица улыбнулась, изображая понимание, предложила несколько вариантов на выбор и рассказала об основных отличиях и особенностях. Алисса вежливо кивала, изображая крайнюю заинтересованность, и остановила выбор на менее, как ей показалось, угрожающей модели. Она покинула магазин быстро и не оглядываясь – как преступник, сбегающий с места преступления.
Опасаясь, как бы такой подарок не был воспринят в самом извращённом смысле, девушка уточнила:
«Учти: это – не предложение, это – предупреждение».
Ответ опять задержался. Маркус оставил письмо спустя всего семь дней. Алисса в шутку предположила, что он пребывает в шоке и собирается с мыслями после необычного презента.
«О, боже! Ну, этого я точно не ожидал! Признаюсь, ты меня поразила. Теперь я знаю, что с тобой шутки плохи. Плётку я, конечно же, сохраню. Так, на всякий случай.
Я постепенно подхожу к завершению. Думаю, мы скоро увидимся.
Надеюсь, и ты оценишь мой подарок».
Посылка нашлась в отдельной коробке с белым бантом. Алиссу сразу посетило дурное предчувствие. В руках у неё оказалась невесомая чёрная ткань. Ночная сорочка. Она представляла собой настоящее произведение искусства: нежный глянцевый шёлк, изящная линия кружева, расшитый жемчугом лиф. Отражение в зеркале не удивило, но изумило её – никогда она не выглядела так откровенно сексуально, соблазнительно и вызывающе. Никто бы не поверил, глядя на черноволосую незнакомку с блестящими глазами, что это и есть Алисса Сторм. К счастью, такое зрелище для чужих глаз не предназначалось. В таком виде она могла предстать только перед одним человеком.
На улице уже сгущались сумерки. Алисса не желала терять время понапрасну и в мгновение ока привела себя в порядок. Она осталась вполне довольна отражением в зеркале: угольно-чёрные волосы спускались каскадом кудрей, глаза обрамляли длинные ресницы, губы сияли красной помадой и мягкой лукавой улыбкой. В таком виде она не рискнула бы отправиться на ночную прогулку пешком. Поэтому, едва выйдя из дома, поймала такси. В иной раз она бы чувствовала себя чрезвычайно неловко, но сейчас кураж и чувство вседозволенности перевешивали всё остальное. Никогда она не чувствовала себя столь свободно и независимо. Оковы ограничений вдруг исчезли, и она дышала полной грудью, игнорируя былые условности.
Ощущение свободного полёта чуть притупилось, когда Алисса оказалась у порога квартиры. Маркус не был предупреждён о её визите. Возможно, сейчас он работал в поте лица, или, напротив, отдыхал после затяжного труда. Но девушка на удивление быстро отмахнулась от навязчивых мыслей. Так или иначе, он будет рад её видеть.