— А куда ты попросила меня в очередной раз сьездить? Вспомни?
— В Вологду. И… подожди. Ты Всеволода задействовал?
— Не его одного. Пригласил Ростика и Доргиева. В момент покоя у парня было сорок-сорок пять единиц. Когда его стимулировали на тренажёре, дошло на шестидесяти, а потом аппаратура сдохла. Сгорела, понимаешь? В течение дня приготовили дублирующий комплект, убрав ограничетели по мощности. И когда я слегка разозлил внука, он… выдал. И, знаешь, как мне показалось, это не предел для него. Предполагаю, при сильном возбуждении он может выдать и ещё десятку сверху, а может и больше. Поэтому ещё там мы составили рекомендацию к Верховному Кругу изменить шкалу измерения ментальной активности, увеличив её в два раза. Если сейчас порог максимума превысил один, то вскоре будут и другие. Да и внучка моя, предполагаю, УЖЕ превышает старый порог, правда, её возможности не измеряли. Скажу одно. То, что девочка год назад делала с напряжением, сейчас у неё выходит легко. И в клинике колличество принимаемых пациентов в день увеличилось чуть ли не в два раза. Так что, старая, думай прежде, чем наскакивать с угрозами и претензиями.
— Сам ты старопёр. Я намного моложе тебя. Этак раза в три-четыре, но не об этом речь. Что предлагаешь?
— А я должен что-то предлагать? Уволь от советов и быть посредником. Накосячила — сама и разгребай. Я тебя пытался затормозить, но ты и в самом деле как бультерьер — если вцепилась, то легче прибить и уже у мёртвой челюсти разжимать, нежели уговоривать по-доброму. Одно скажу. Хочешь схватки — сделаю так, но за последствия не отвечаю, и останавливать бой не буду, обещаю. Только напиши заранее завещание, да найди себе замену по службе. Если ты считаешь себя умнее — запрячь обиды глубоко в задницу и извинись перед парнем, да хоть и поклонись ему, в самом деле, в пояс. От тебя не убудет, а вот от последствий состоявшегося разговора избавишься. Решать только тебе.
— Я решу сама. Так, как посчитаю нужным. — Воронцова привыкла, что её слово в разговоре всегда было последним. — Пойду я, коль разговор не состоялся, а мне и надо было только узнать откуда Антон знает девушку. Ну, ту, с которой танцевал. Они ведь были знакомы до сегодняшнего дня, это точно.
— Я в курсе, о чём идёт речь, можешь не давить из себя слова. Если в двух словах, то на одной из неизвестных нам планет проводился научный эксперимент по пробою пространства и поиска других планет, населённых разумными. Что-то у них пошло не так и всех членов той экспедиции в момент аварии разбросало по множеству планет. У нас, на Земле, оказались девушка и её отец, руководитель экспедиции, который очень пострадал физически. Мог остаться парализованным до конца дней, но малышка оказалась с характером и смогла, используя Дар, не только найти тех, кто смог помочь отцу, но и, паралельно, совершенно случайно, в процессе ментального контроля за передвижением двойняшек, наткнулась на Свара, а тот, как тебе известно, был одним из первых людей на этой земле. И, как оказалось, Свар и те двое очень и очень далёкие потомки одного и того же народа, выходцы с одной и той же планеты. Кстати, далеко не просто так один из потоков беженцев с другой планеты оказался на нашей. Здесь подсуетился именно Род. Об этом есть упоминание в хрониках, что Создатель допустил на только что созданную планету людей. Немного изменил их и… благодаря тем беженцам в далёкой древности мы и существуем. Кстати, таких групп беженцев и с других планет на нашу в разные времена было несколько, но долгое время те между собой не сталкивались, имея разные языки, цвет кожи, да и почитаемых ими богов. Но знаешь ли ты, что Создатель един во всех религиях и верованиях? Вижу, что знаешь, посколько так и есть на самом деле. Род — это и есть то Божество Вселенной, которое и населило нашу планету. Только в этот раз, скажу крамолу, схалтурил. Не стал создавать новых, а воспользовался тем, что имелось под рукой. Решил — зачем тратить силы напрасно, когда можно и дело сделать, и людей спасти, опять же им самим сотворённых.
— Ближе к телу. — Елизавета Петровна усмехнулась. — Ты мне сейчас, если не остановлю вовремя, будешь рассказывать то, что и так узнала в детстве, давным-давно.
— К телу так к телу, если тебе ближе такое определение, — усмехнулся старик. — Вообщем, девица та, что ухаживала за парализованным отцом, всеми правдами и неправдами сначала связалась ментально с Антоном, заручившись надеждой на выздоровление отца, а потом те двое и сами явились в клинику к двойняшкам, заплатив за лечение в полном объёме, да и приплатив немало сверху. Хочу добавить — лишние деньги были возвращены, хотя мне и непонятно — зачем чужим были наши бумажки, коль ребята поставили старика на ноги? Не до конца, правда, но за потреяшками вскоре прибыла поисковая экспедиция с их Родины и те двое вернулись домой.
— Ты не упомянул о чувствах, — ухмыльнулась Румянцева. — Откуда за столь короткое время между Антоном и… этой… возникла любовь?
— А вот это, извини, не знаю, да, как мне кажется, и тебя столь деликатный вопрос не должен интересовть. Оставь личные отношения тем, кого они касаются напрямую. Я не прав?
— Моё мнение, что ты не прав, поскольку этот вопрос имеет прямое отношение к нашей безопасности.
— Даже к безопасности? Тебе не надоело играть в надуманные игры? Нет?
— Это не игры, а моя работа, благодаря которой мы живём сравнительно спокойно.
— И ты полагешь, что это именно благодаря тебе? Или твоей службе? А позволь спросить тебя, как руководителя самой информированный службы Братства, обладающей неограниченными возможностями, а как так случилось, что более двух лет тому назад ни ты сама, ни твоя служба ни слухом ни духом не знали, что здесь на протяжении полугода находятся двое чужих? К тому же одна, молодая, в полном смысле слова ментально орала во всю мощь (а она у неё немалая), на всю Вселенную в поисках помощи. Или же второй случай, когда произошла их эвакуация. Тогда прибыло аж дюжина человек, которые неделю находились в этом самом городе. Не подскажешь? Или почему твоя служба не отреагировала на чужой корабль, что проводил ментальные эксперименты как надо мной, так и двойняшками? И был сбит с орбиты опять же совершенно случайно именно что двойняшками, а не твоей службой. И почему генетическими исследованиями останков, что были найдены в обломках станции, занималось ненавидимая тобою ФСБ под руководством отца ребят? Или случай прорыва из двух миров на Ладоге, когда только Антон мог выстоять перед чужим менталом? А не справься Антон, вообще неизвестно что могло случиться с населением Земли. Что молчишь? Знаешь, это не отдельные косяки. На мой взгляд, так вполне закономерная связь. Ты, моя старая подруга, заигралась. Тебя в последнее время не безопасность стала волновать, а власть в Братстве. И, как мне кажется, коль ты все названные проколы спихиваешь на других, не признавая свои ошибки, считаю, что надо будет на ближайшем Совете Большого Круга Хранителей поставить вопрос о другом руководителе службе внутренней безопасности. А может и о другом Хранителе. Подумай над моими словами. Даю тебе час на раздумья и ответ на заданные вопросы, не более. А сейчас прошу одного — избавь меня от дальнейших объяснений. Да, последнее. Не вздумай девочку, ты знаешь о ком говорю, задерживать и, не приведи боги, допрашивать или применять к ней химию. Узнаю, самолично тебе голову сверну. А что такое могу сделать, уверен, знаешь. Не трогай её. Захочешь поговорить с ней, поговори. А лучше, так всячески помоги отправиться домой ей самой и тем двум парням, что у тебя без сознания парализованными в камерах лежат. Тем самым хоть немного загладишь вину. Не перед девочкой, не перед Антоном и чуждой нам планетой. Да и не перед Братством. Ты виновата перед всеми жителями земли, в первую очередь перед Родиной своей. Ты что, не поняла до сих пор, что вместо допросов могла наладить нормальный контакт с представителями переспективно дружеского нам мира? А ты что натворила? Изгадила всё чего лишь смогла коснуться. Что смотришь так на меня? Удивлена, что знаю о твоих тайных подземельях, о неоправданном применении химии? Я, как Глава, должен знать всё. Если не понимаешь о чём я, извини, не мои проблемы, твои.