Быстро записав мои данные в журнал, служащий поднял на меня взгляд.
— Да, конечно, — с готовностью подтвердил он. — Вам налево, в лифт, и на седьмой этаж. Там вас проводят.
— Благодарю, — кивнул я и, забирая паспорт, оставил на стойке рубль, который исчез даже раньше, чем я убрал документ в карман.
Поднявшись на лифте, я дождался, пока очередной сотрудник откроет мне двери, после чего был препровождён к номеру в конце коридора. Я сверился с часами и постучал в дверь, как только стрелка показала шестнадцать ноль-ноль.
Аня распахнула дверь, замерла, разглядывая меня…
А в следующую секунду я перешагнул порог номера и, захлопнув за собой дверь, обнял красавицу за талию и впился губами в её губы.
И лишь потом, когда мы оторвались друг от друга на смятых простынях, Аня произнесла первые слова за всё время с начала нашей встречи:
— Я соскучилась.
— Я тоже.
Глава 9
Аня прикрыла глаза и удовлетворённо улыбнулась. Я нежно провёл ладонью по её обнажённому бедру и негромко произнёс:
— Признаться, ты меня очень удивила своим звонком.
— Удивила или обрадовала? — уточнила она, подняв веки и приподняв бровь.
— И то и другое, — ответил я.
Аня ещё раз улыбнулась, положила голову мне на грудь, какое-то время так полежала, а потом сказала:
— У меня кое-какие дела в Екатеринбурге, завтра предстоит важная встреча, вот я и решила на день раньше приехать.
— И завтра же назад? — спросил я, целуя Аню в макушку.
— Да, — вздохнула она. — А потом почти сразу в Москву. Переезжаю туда.
— А как же ещё год в академии? — уточнил я, поглаживая Аню по спине.
— Без меня справятся, — легко ответила та. — Да и муж просит помочь в министерстве. Так что поработаю с бумагами годик-другой. А там уже посмотрим, как пойдёт.
— Интересная смена деятельности, — заметил я.
— У меня, вообще-то, высшее экономическое образование, — не без гордости заявила Аня. — Я аудитор, и в министерстве для меня сейчас работы предостаточно. Это как раз таки преподавание в академии для меня было сменой деятельности.
Какое-то время мы молчали, просто наслаждаясь близостью друг друга. Волны страстного жара, возникшие в первый момент встречи, успокоились, оставив после себя лишь обычное человеческое тепло.
— Ты лучше скажи, — заговорила Аня, чуть приподнимая голову, чтобы посмотреть мне в глаза, — не надумал вернуться к учёбе?
— Теперь, когда ты перешла на бумажную работу, в этом точно смысла нет, — пошутил я.
— Но я могу отказаться туда переходить, — сказала Аня, тут же рассмеялась и добавила: — Не могу, конечно. Не поймут меня. Да и мужа подставлю. У нас хоть отношения чисто деловые, но я его очень уважаю и не имею права подвести. Но в Москве три военные академии, и во все ты заранее поступил.
Слышать это было лестно, однако мы с Аней оба понимали, что никуда я не поеду. Да, мне требовалось развиваться в качестве мага, но оставить семью я больше не мог. Если раньше с академией всё было проще, то теперь…
— Но, если вдруг передумаешь и захочешь продолжить обучение, просто найди меня, я всё устрою, — сообщила Аня, поняв по моему лицу, что я думаю о её предложении.
— Спасибо, буду иметь в виду, — ответил я.
— И тебе не обязательно учиться там, где я работаю, — продолжила она, снова утыкаясь носом мне в грудь. — Я не буду настаивать на продолжении наших отношений, я просто буду рада тебе помочь.
— Я знаю, и поверь, очень это ценю, — произнёс я, чуть сильнее обнимая её.
Аня выбралась из моих рук и, сев на кровати, внимательно на меня посмотрела.
— До утра останешься?
— Нет, — вздохнул я. — К сожалению, не могу. Через часик двину уже.
Хоть я изначально и планировал остаться, но… Это было бы лишним. Наши отношения и так зашли уже слишком далеко. Я видел и почти физически ощущал, что между нами стали зарождаться чувства, у Ани так точно. А это бы всё только осложнило.
И как бы я ни хотел отправиться с ней, но нужно было расходиться, пока это ещё возможно и не привело ни к каким проблемам. Это сейчас наши встречи не мешают ни её репутации, ни делам. А что будет в Москве?
Аристократы живут своей жизнью и по своим правилам. Стоит кому-то разнюхать, что у Анны Леонидовны Васильевой есть любовник из простолюдинов, да ещё и восемнадцатилетний мальчишка, об этом раструбят, чтобы заставить реагировать её мужа. Да, брак может быть сколько угодно фиктивным, но вопрос задетой чести всё равно остаётся.
Аня печально вздохнула, осматривая свой номер, снятый явно с расчётом на то, чтобы провести в нём бурную ночь. Однако нашла в себе силы улыбнуться и нежно обняла меня за шею.
— Что ж, курсант Воронов, — игривым тоном произнесла она, глядя мне в глаза. — Раз у нас всего час, то не будем терять ни минуты! К бою!
Я обнял её и, крепко прижав к себе, поцеловал.
* * *
Екатеринбург, кабинет губернатора
На очередном совещании собрались только трое: сам губернатор Коростылёв да представители силовых ведомств — Имперской Службы Безопасности и полиции.
— Господа, с этим разгулом криминала пора что-то делать, — объявил Андрей Андреевич, оглядывая сидящих перед ним мужчин. — Нигде такого нет, только в нашем Екатеринбурге творится настоящий кошмар. Я уже даже у Святослава Георгиевича, князя нашего, помощи попросил, но тот так и не дал ответа, похоже, не до бед Екатеринбурга ему сейчас.
Тяжело вздохнув, Коростылёв ненадолго прервался, собираясь с мыслями. Последнее время работы становилось всё больше, а времени на то, чтобы с ней справиться — всё меньше. Из-за постоянной неразберихи между министерствами и людьми на местах приходилось порой не спать ночами. Или тратить свой законный выходной на такие совещания, как это.
— Однако действовать нужно, и действовать необходимо быстро, — вновь подняв взгляд на собеседников, произнёс Андрей Андреевич. — Мне, знаете ли, не хочется из своего кресла вылететь за то, что не оправдал высочайшего доверия. Вам, полагаю, тоже. Поэтому мне очень хочется узнать, что вы думаете по поводу сложившейся ситуации.
Первым слово взял представитель Имперской службы безопасности.
— По нашей линии, Андрей Андреевич, всё выполняется в соответствии с протоколом. Мы бы и рады помочь чем-то ещё, но только если полиция нас позовёт, — Константин Сергеевич бросил взгляд на сидящего напротив Александра Дмитриевича. — Разная у нас юрисдикция. Мы отвечаем за имперскую безопасность, расследуем преступления против государства, всё, что выходит за ваши местные рамки. Если я без запроса полиции займусь расследованием преступлений регионального уровня и начну производить аресты, меня же первого снимут с должности за несоответствие, а арестованных тут же отпустят из-за нарушения протокола. Мои парни готовы в любой момент вмешаться, мы даже потихоньку собираем кое-какую информацию, но чтобы заняться этим всерьёз, мне нужен либо запрос о помощи от городской полиции, либо приказ сверху, от моего руководства. Но ни того ни другого пока что у нас и близко нет. А без этого мои руки связаны. Скажу больше: информацию, которую мы всё же собрали и уже передали в ведомство моего коллеги, — он кивнул на генерала полиции, — пока лежит мёртвым грузом.
— Не перекладывайте с больной головы на здоровую, Константин Сергеевич, — неприязненно ответил полицейский. — Меня сюда приказом перевели и бросили посреди вашего бардака. Я ещё даже не все дела разобрать успел. Всё срочное и архиважное! Ускоряюсь как могу, но здесь всё для меня новое. Я как в другую страну переехал, а не в соседнюю губернию. За предшественником конюшни эти Авгиевы ещё разбирать и разбирать. Хотите поторопиться? — спросил он, оборачиваясь к Коростылёву. — Я дам команду. Но без доказательной базы любой суд преступников оправдает, и вот тогда-то мы из своих кресел точно вылетим. За превышение полномочий не в увольнение, а прямиком в тюрьму. Так что дайте мне ещё немного времени, я разберусь, и тогда уже по всем правилам прижмём ублюдков к ногтю.