— Императрица! — она спрыгнула в салон и кинулась к еле шевелящемуся телу.
Третий взрыв заставил дверь полностью отвалиться, а посетительницу кинул в сторону от Светланы Сергеевны. Движения конвоиры непроизвольно сместили ее ближе к точке опоры, где находился я, и она со всего маху врезала своим подбородком мне в бровь, из-за чего правый глаз начала заливать кровь. Пес, не ожидавший ничего подобного, но в данной ситуации по-прежнему лежавший калачиком на стене, которая ранее являлась полом, рванул в отворившийся дверной проем. Начала шевелиться Елизавета Егоровна, отчего я с облегчением выдохнул. Конвоира пыталась встать с нас, больно надавив рукой мне на грудину. Послышался очередной стон от Светланы Сергеевны. В салон прилетел труп с перегрызенным кровоточащим горлом, а сразу следом раздался душераздирающий крик откуда-то с улицы. Фургон в четвертый раз тряхнуло так, что я со всей силы затылком приложился к стене, ставшей нам сейчас полом, а спину буквально обожгло болью. Я отключился…
* * *
Вторая попытка добраться до императрицы была более удачной, чем предыдущая. Взглянув на Светлану Сергеевну, которая пока не открывала глаза, активировала левый наруч:
— Вторая! Третья! Доложить обстановку! — и клацнув еще раз какую-то кнопку, продолжила, — База, отклонились от первоначального задания. Нужна поддержка и срочная эвакуация, Императрица в тяжелом состоянии. Координаты по маяку. Конец связи.
Наруч без каких либо дополнительных звуковых или световых сигналов тут же отозвался:
— Что-то непонятное вырвалось из фургона и убило пытающуюся залезть нападавшую. Второй прострелили шею, она захлебнулась кровью. Пытаюсь не подпускать атакующих к фургону, но их намного больше. Ай! Сука! ПРОРЫВ!
Конвоира быстро среагировала и направила руку на вход, создав уплотнение воздуха, которое могло бы защитить пострадавших от внезапного нападения, а после попыталась второй рукой поднять императрицу, отчего та снова застонала.
— Не перемещай ее, — раздалось из-за спины и конвоира, выхватив из кобуры оружие, направила его на источник.
Госпожа же, не обращая внимание на направленное в нее дуло, приподнялась и указала рукой на уплотнение:
— Автоматный выстрел выдержит?
— Надеюсь. Обычно мы так близко вооруженных людей к себе не подпускаем.
Снаружи слышалась стрельба одиночных и автоматных очередей. В проеме появилась неизвестная, вскинувшая автомат и выпустившая очередь в Елизавету, которая интуитивно присела и закрылась рукой. Пули завязли в воздухе, не залетев в салон. Тогда нападавшая с ухмылкой достала что-то из кармана и закинула внутрь. Реакция у госпожи была отменная и та, прыгая на пол, на лету разворачиваясь и падая спиной вниз, устремила руки вверх и крикнула:
— Убирай щит, быстро!
Конвоира тоже быстро сообразила, что это не монетка на прощание, чтобы вернуться, и повиновалась молниеносно. Пули, висевшие в воздухе, вместе с гранатой были выпущены с невообразимой скоростью вверх. В самый последний момент в воздушный поток влетело безжизненное тело с дымкой на груди, которая продолжала рвать на куски внутренности трупа.
— Твоего ж бать! — зло выругалась госпожа, — надеюсь, он выживет. Ты не против, — и указала взглядом на пустующий проем.
Конвоира, не ожидав, что с ней окажется архимаг в сознании, лишь кивнула, не опуская руку в направлении входа, чтобы успеть среагировать на неожиданность. Елизавета опустила руки по обе стороны от себя, а потом, ладонями вверх, свела их вместе у себя над головой. В салоне резко потемнело.
— Что произошло? — конвоира явно нервничала.
— Земляной щит. Секунду, — с руки госпожи сорвались светляки и поднялись над головой, освещая внутренности автомобиля.
— Прочный? — вопрос был задан больше для проформы, а затем она активировала наруч, — третья, докладывай.
— Один цеппоудар выдержит точно.
После ответа госпожи, секунды длились крайне медленно, из-за чего нервы натягивались в струну, но ответа от третьей так и не было. Нажав еще несколько кнопок, она уже орала в наруч:
— Третья, доложить обстановку! — она кричала, хотя и понимала, что никто ей уже не ответит. Быстрыми движениями переключилась на другую волну и продолжила орать:
— ЛЕШАЯ ВАС ДЕРИ, ГДЕ ПОДМОГА⁈
— Команда «Астра» на подлете. Мы будем через пять минут. Держитесь, — спокойный голос из наруча выбешивал еще сильнее, но конвоира сдержалась и промолчала.
— Руны, — спокойный голос императрицы, пришедшей в себя, отдавал сталью.
— Сейчас, — отозвалась конвоира и, прислонив руку к полу, который до этого был боковой стенкой фургона, что-то прошептала, — черт. Их нет.
Непонимание на ее лице было заметно всем, но промедление могло стоить всем им жизни и императрица продолжила:
— Как тебя зовут?
— Ника. Я…
— Ника, сейчас не до этого. В команде эвакуации есть люди, которым бы ты верила на все сто? Потому как у меня сейчас с такими людьми сильная напряженка — их у меня всего четверо. И трое находятся рядом.
— «Астра», вы летите полным составом? — конвоира вновь активировала наруч.
— Отставить болтовню в эфире, — ответили на повышенном тоне.
— Приказ императрицы, доложить по форме! — рявкнула Ника.
— Команда «Астра» летит полным составом, примерное время прибытия –три минуты, — через несколько секунд донеслось в ответ.
— Аня, Яна, это Ника. Вы помните мой позывной в армии?
— Так точно, — два голоса почти слились в один.
— Конец связи, — и конвоира немного расслабилась, пояснив, — это две сестры, с которыми я вместе служила. Им можно верить.
— На связи.
— На связи.
Ника снова прильнула к наручу:
— Императрицу подставили свои, на фургоне отсутствуют все руны. Вы действуете независимо от команды эвакуации. Докладывать о любых подозрительных действиях любого человека или животного, даже своей командиры, при чем незамедлительно. К фургону никого не подпускать. Личный приказ императрицы.
— Служу империи, — одновременно ответили сестры, а наруч конвоиры снова ожил.
— Я требую объяснений.
— Аня и Яна переходят под мой личный контроль и действуют по… подожди, — Ника переключила канал.
— Мы видим приближающуюся в заданный квадрат скорую. При нашей скорости очень странно, что они так быстро сюда добрались.
— Проверьте, только быстро. А потом к нам, — конвоира соображала очень профессионально и быстро, переключив канал назад, продолжила, — они действуют по личному указанию императрицы и в данной операции подчиняются мне.
— Есть, — как-то нехотя прозвучало в ответ, а после послышались выстрелы и наруч замолчал.
До этого тихо сидевшая Елизавета начала пытаться осмотреть императрицу, попутно расспрашивая:
— Как самочувствие?
— Грудь болит, дышать тяжело, — с отдышкой ответила та.
— Извини, — с этими словами госпожа двумя руками пополам разорвала платье и охнула.
Светлана Сергеевна попыталась подняться, чтобы взглянуть, что так взволновало ее подругу. Резкая боль заставила ее не только опуститься, но и выгнуться, подарив еще один приступ боли. Из глаз вырвались слезы. Грудь и живот быстро приобретали сине-фиолетовый цвет. Елизавета бросилась к Сергею.
— Солнышко, очнись, нам срочно нужна твоя помощь, — умоляла госпожа, но все безрезультатно.
Конвоира лишь непонятливо косилась на действия архимага и упорно ждала сигнала от своего наруча. Елизавета Егоровна в ходе «пробуждения» Сергея, попыталась придать ему вертикальное положение, подложив одну руку под грудь, а вторую — под голову. Обе руки враз стали влажными, а тело с трудом начало подниматься. Аккуратно повернув голову, стала видна большая кровоточащая рана от удара головой, однако кровь под телом продолжала собираться. Зря госпожа попыталась поднять бессознательное тело, ведь открыв рану, ранее закрываемую каким-то кольцом от стены, которое пробило левую сторону туловища, скорость увеличения кровавой лужи существенно возросла. Движения стали какими-то дергаными и она попросила наруч конвоиры. Та не смела возражать и быстро передала требуемый предмет. Нажав пару кнопок, Елизавета жалобным голосом заговорила: